Чтение онлайн

Дин протянула руку, все еще слегка дрожащую, и они обменялись рукопожатиями.

– Может, я принесу вам что-нибудь выпить?
– спросила она.

Джон и Карл переглянулись.

– М-м... кофе?

– Хорошо. Садитесь, пожалуйста.

Она посмотрела на Макса, и он повторил:

– Да. Садитесь. Садитесь.

В маленькой гостиной стоял единственный диван, так что они на нем и устроились. Макс сел на краешек потрепанного мягкого кресла. Дин ушла на кухню, крохотный закуток, отгороженный от гостиной обеденным столом и шестью разнокалиберными стульями.

– Папочка...
– послышался из коридора робкий

голосок.

– Все нормально, детка. Зайди, поздоровайся. В глубине коридора открылись две двери. Из одной вышел мальчик лет десяти. Из другой - на ней висел плакат с Майклом Джексоном - вышли две девочки, лет двенадцати и пятнадцати на вид. Они робко двинулись по коридору к гостиной. Макс поманил их рукой.

– Входите, входите, все в порядке. Ничего страшного... Это друзья.

Дети вошли в гостиную и стали в ряд, словно ноты на нотном стане: десять двенадцать и пятнадцать.

Макс представил их:

– Это Джордж.
– Кроме "здрасьте", Джордж ничего не пожелал сказать. Он робел и стеснялся.
– Он любит гоночные машины. А это Виктория. Двенадцатилетнгя девчушка просто легко помахала гостям рукой и принялась разглядывать их, потирая ступней одной ноги икру другой.
– Она танцовщица.

– Папа, я манекенщица, - возразила она. Макс рассмеялся.

– 0'кей, детка. По мне, так это все одно. А это Ребекка. Она - художница.

– Здравствуйте. Приятно познакомиться.

Это были прелестные дети, хотя и явно напуганные.

– А теперь идите. Нам надо поговорить. Займитесь уроками.

Они стайкой побежали по коридору, заметно успокоенные. Макс проводил их взглядом и некоторое время задумчиво смотрел в глубину коридора уже после того, как они скрылись в своих комнатах. Потом он кивком указал па ящик стола, куда положил нож.

– Я любого убью за них. Да, можете не сомневаться. Джон сглотнул и осмелился произнести первую связную фразу, раз уж они стали гостями.

– Нам ужасно жаль, что мы потревожили вас. Макс улыбнулся зловещей улыбкой.

– Как вам понравилась моя засада?

– Колоссально, - сказал Карл.

– Неплохо получилось, а? Выключил свет, прокрался вокруг дома и накрыл вас. Раз - и все дела! Карл поднял руки, сдаваясь.

– Не хотел бы я быть вашим врагом.

– Да, а враги у меня есть, и я думал, вы из их числа.
– Он в упор взглянул на Джона и добавил: - Я думал, вы те самые люди, что убили вашего отца.

Джон невольно посмотрел на Карла. Вероятно, сам он сидел с точно таким же выражением лица - ошеломленным и не доверчивым.

– Э-э... повторите, пожалуйста. Макс пояснил:

– Ну, понимаете, вы звоните мне и представляетесь Джоном Барретом. А ведь всем известно, что Джон Баррет умер, вот я и решил, что вы - это они и пытаетесь запугать меня.

– Они? Кто они?

– Люди, которые убили его. Я решил, что теперь они охотятся за мной. Они убили мою Энни, потом убили Джона. Поэтому я подумал, что теперь моя очередь.

– О...
– Джон совершенно растерялся и не знал, с чего начать.
– Ваш номер телефона дала нам одна девушка по имени Рэйчел Франклин. Она работает официанткой в ресторане Хадсона. Очень милая девушка.

– Я знаю, кто она такая. Но не видел ее с самой смерти Энни. Я думал, что обошел всех их, всех подруг Энни. Я не особо удачно справился с этим делом.

– Ага. Рэйчел сказала, что вы расспрашивали всех,

пытаясь выяснить, делала ли Энни... аборт. Это правда?
– Макс не ответил, лишь свирепо взглянул на Джона.
– Послушайте, мы ничего об этом не знаем. Я никогда не знал, что вы с Папой были друзьями...

– А я никогда не видел вас раньше. Похоже, вы с отцом проводили вместе не очень много времени.

– Да, полагаю, вы правы, - признал Джон.
– В общем... я просто ничего не знал о вас и ничего не знал об Энни.

Макс прошел к книжному стеллажу в углу и взял с полки фотографию в рамке. Он протянул ее Джону, который принялся разглядывать снимок вместе с Карлом.

– Это Энни, - сказал Макс.
– Фотография сделана незадолго до выпуска.

Девушка очень походила на свою мать: милое, привлекательное лицо, обаятельная улыбка.

– Ей было семнадцать, - сказал Макс.
– Выпускница школы Джефферсона. Самая прелестная девушка на свете.
– Он замолчал, сдерживая подступившие слезы. Потом посмотрел в сторону кухни.
– Кофе готов, детка?

– Сию минуту, - ответила жена.

Макс снова посмотрел на Джона с Карлом и вытер глаза.

– Мне следует быть поосторожней в выражениях.

– Мне очень жаль, мистер Брювер.

– Зовите меня просто Макс.

– Макс.

– Энни умерла в мае... 26 мая, в воскресенье. Я никогда не забуду тот день. Мы ничего не знали о том, что с ней случилось. В пятницу она вернулась из школы больная и легла в постель. Мы подумали, что у нее грипп или что-то вроде этого, а она нас не переубеждала. Мы положили ее в комнате Джорджа, а Джорджа положили сюда, на диван, чтобы Энни оставалась в комнате одна. Мы не хотели, чтобы другие дети подхватили заразу. Всю ночь ей становилось все хуже и хуже, она горела как в огне и жаловалась на боль в животе - поэтому мы отвезли ее к врачу в субботу, и он дал ей какие-то порошки от гриппа, но они не помогли. В конце концов в воскресенье мы снова отвезли ее к врачу, и он сказал: "Отправляйте ее в больницу". Мы так и сделали, но...
– Он не мог продолжать. Вошла Дин с кофе и сказала:

– Мы опоздали. Энни умерла в больнице от какой-то инфекции. Мы так и не узнали, что это за инфекция. Мы думали, это грипп, но гинеколог, обследовавший ее, сказал, что смерть наступила в результате токсического шока.
– Дин попыталась взять себя в руки и спросила: - Сливки, сахар?

Джон воспользовался случаем немного отвлечься от темы.

– Да, и то и другое, пожалуйста.
– Он несколько мгновений держал чашку в руке. Все молчали. Наконец он решился спросить: - Итак... Энни умерла от токсического шока? Рэйчел Франклин считает, что причиной смерти мог быть аборт, по крайней мере, у нее сложилось такое впечатление, и...

Макс начал было отвечать, но внезапно разразился слезами и закрыл лицо ладонями, сотрясаясь всем своим огромным телом.

Джон почувствовал себя глупо.

– Извините... Я перешел границы приличий... Извините.

– Нет, вы правы, - сказала Дин, входя в гостиную со сливками и сахаром. Она села в кресло рядом с мужем и сказала дрожащим голосом: - Энни умерла от инфекционного аборта. Мы не знали о ее беременности. Она ничего нам не говорила. Но мы выяснили, что она делала аборт, и...
– Дин сморгнула набежавшие слезы, - операцию провели неудачно, занесли инфекцию, и в результате Энни умерла от общего заражения крови.