Принцесса Севера
Шрифт:
– А ты настырный, – шут приподнял волосы, открывая напряженному взору демона левое ухо, украшенное серебряной серьгой с черным камнем. – Про знак принадлежности проболтался Эвгуст?
– Нет, я и сам не лишен наблюдательности. Да и сталкиваться с сателлитами богов, будучи царем, приходилось не раз.
Шут приподнял брови.
– Что ж, отлично. Тогда ты понимаешь, что моя Госпожа не шутит: смерть – самое милосердное, на что может рассчитывать предатель.
Демон потупил взор и глухо поинтересовался:
– Клятва, которую я дам, перекроет мои обязательства перед Эвгустом?
– Да, ты переходишь в непосредственное распоряжение Госпожи. Все долги магу списываются с твоих счетов.
– Очень
Локки быстро взглянул на придворного мага.
– Неужто завидуешь, дружище? Зачем тогда отказался, когда Она оказала тебе честь, предложив служение?
Тристан пожал плечами и поднял с пола кристалл с воспоминаниями.
– Временное умопомрачение. Я не смогу служить твоей Повелительнице, я видел, что бывает с ее самыми верными слугами.
– Лелия знала, на что шла, – шут вздохнул и вновь переключился на демона. – Итак, ты готов стать слугой богини?..
Через час, опустошенный физически, магически и психически, демон вступил в покои второго регента Северной империи.
Эвгуст Проклятый в эту ночь не спал, как и все первые лица страны. Он как раз закончил обсуждать обстановку с военными советниками и министром внешней политики.
Дожидаясь, пока чиновники попрощаются и оставят их одних, демон развалился в кресле и самовольно угостился вином и фруктами. После пережитого ему совсем не хотелось есть, но скрыть иначе свое волнение он не мог. Еда всегда успокаивала его, а вино не ударяло в голову, а помогало снять напряжение.
Закрыв за последним придворным дверь, Эвгуст уселся напротив демона.
– Ну? Что разузнал?
– А мы не будем ждать остальных? – разрезая яблоки на тонкие дольки, удивился Аташ.
– Они уже здесь.
Сообщники проклятого колдуна, в народе прозванные капюшоноголовыми, по одному выходили из порталов.
Сколько всего у Эвгуста приспешников, ведал только сам черный маг. Аташ одно время, любопытства ради, попытался сосчитать – и сбился на втором десятке. Единственное, что он знал, главных помощников, тех, кого выделил Эвгуст, пообещав немыслимые блага, всего восемь. Восемь кукловодов, которые в нужный момент должны, по приказу проклятого, дернуть за ниточки. Он, к сожалению, не входил в их число, и был виноват в этом только сам.
Когда Эвгуст пробудил его, выдернув из полубезумного многосотлетнего сна, он согласился бы, если понадобится, поддержать его и против богов. Но маг потребовал всего лишь клятву вассала. И демон с благодарностью поклялся служить своему спасителю, еще не понимая, во что тот его втянет.
Эйфория первых дней пробуждения прошла – и Аташ осознал, что натворил.
После заточения он оказался в чужом мире, в чужом времени, без нужных знаний, которые помогли бы ему накйти свое место. В голове все не укладывалось, как он, владыка Хекета, одним взглядом могший оборвать жизнь любого в стране, стал слугой мага. Великого, загадочного, овеянного легендами и пророчествами, но все-таки человека.
Аташ презирал людей. Даже в свой гарем в две сотни голов он не брал человечек, предпочитая демониц или, на худой конец, полукровок. Правда, бывало, представительницы человеческого рода, чаще всего магички, оказывались в его постели в качестве подарков. Но задерживались там недолго – он предпочитал их передаривать своим чиновникам.
Воспоминания о гареме заставили демона наморщить лоб. Первые ночи новой жизни ему снились смуглые, молочно-лилейные или золотистые тела его наложниц, собранных в гарем со всего Межграничья. К дарующим усладу красавицам он редко относился лучше, чем к породистым лошадям из конюшни. Нет, он любил женщин, он обожал их, понимая, что без любовной энергии, которая питала его сущность, ему не быть полноценным
камийцем.И все же ни одна женщина не зацепила его сердца, не заинтересовала его разум.
А потом он встретил ее, свою единственную любовь. Дайру он увидел при дворе императрицы Микаэль. Гордая фрейлина проигнорировала его знаки внимания. А когда он проявил настойчивость, бросилась за защитой к своей монархине. Микаэль (смешно сказать, на тот момент под ее железной пятой было всего две маленьких страны, а она уже гордо именовала себя императрицей!) постаралась избежать скандала и спрятала маленькую дурочку.
Демон не мог спать, есть, думать о будущем государства. И не знал, как справиться с наваждением. Он вел себя как хищник, рыщущий в поисках подраненной добычи, не подозревая, что на самом деле велась охота на него самого.
Почему Дайра привлекла его? Чем очаровала? Бесспорно, она, самая красивая человеческая женщина, которую он когда-либо видел. Без капли магической Силы, человечка немыслимым образом не поддавалась его любовной магии, хотя видят боги, он старался! Гордая, упрямая девчонка будила в нем противоречивые чувства: порой ему хотелось осыпать ее лепестками редчайших цветов, бросить к ее ногам фамильные драгоценности, пылившихся в сокровищнице за ненадобностью. А иногда ему хотелось взять ее против воли, чтобы она сопротивлялась. Взять жестко, не заботясь о ее удовольствии, вырывая из ее горла крики ужаса… и терзать ее плоть до полной отключки гордячки…
Демоны могут быть, как самыми нежными, так и самыми жестокими любовниками. Дарить и получать наслаждение через боль – тонкое искусство. Аташ никогда не применял его к невыносливым, хрупким наложницам-человечкам. И новые желания пугали. Он должен был разобраться, в чем причина подобных перемен, разобраться с неудобным наваждением, а для этого нужна была Дайра. И он решил пойти навстречу желаниям амбициозной императрицы.
Когда он дал согласие помочь в войне с ее соседями, Микаэль сама предложила понравившуюся фрейлину, как приятный довесок к договору. Аташу не пришлось долго ходить вокруг да около – женщина, влюбленная во власть, ради возможного могущества без зазрения совести распорядилась судьбой другой женщины. Да, Микаэль играла чужими чувствами и жизнями, при этом не щадила даже собственных детей…
Дайра смирилась с положением наложницы только через год. Одни боги знали, чего ему стоило не убить ее в первые дни приручения. Затем человечка подарила ему сына, и он сделал ее королевой.
Когда наследнику исполнилось два года, Дайра начала резко стареть. Так выяснилось, что человечка заключила договор с богиней Любви. В обмен за приворот Аташа и устойчивость к его чарам, она отдала годы жизни.
Если бы не сын, камиец, поборов чувства к ней, убил бы обманщицу. А так пришлось спасать. Для этого Аташ энергетически осушил насмерть сотни ни в чем неповинных девушек, пока его любимая «пиявка» насытилась. После такого «кормления» Дайра похорошела еще больше, если такое возможно, и вошла во вкус. Последующая энергетическая подпитка предстояла ей через полвека, и как видел демон, она ждала ее с нетерпением.
Наследнику исполнилось десять лет. Императрица Северной державы, в состав которой входило уже три страны, посетила Хекет дабы поздравить наследника своего вернейшего союзника. После очередного угарного бала Аташ проснулся среди руин храма бога Мрака, в компании мертвых красоток. Похоже, девушек принесли в жертву давно забытому богу, и улики указывали, что это сделал он…
Нагрянувшие маги Дюжины, действительно, обвинили его. Дайра подтвердила, что муж – прислужник Мрака, и ее слова не подвергли сомнению. Тем более, когда северная императрица поделилась своими давними догадками о его отступничестве.