Чтение онлайн

Повторяющееся сжатие ее стенок вокруг его члена ошеломило его. Издав приглушенный рык, Даг позволил оргазму захлестнуть себя и излился в тепло своей пары.

Он рухнул на Кайли, сдвинувшись, когда она застонала, протестуя против его веса. Даг скользнул на дюйм или два в сторону, не желая выпускать ее из теплых объятий, но в то же время стремясь не задушить.

Они лежали, как раненые после битвы, тяжело дыша, слабые и неподвижные. Одна его рука запуталась в ее волосах, а другая обхватила изгиб ее бедра, наслаждаясь влажной и нежной кожей.

Никто из них не произнес ни слова. То ли потому, что

ни у одного из них не хватало дыхания, то ли потому, что ни один из них не знал, что сказать. У Дага не было проблем с определением своих чувств, но его хватка на Кайли казалась гораздо менее уверенной. Он заявил на нее права; она была его парой. Он знал, что никогда не сможет ее отпустить, но вот приведет ли эта новость ее в восторг или ужас, не понимал. Его маленький человечек редко реагировал так, как он ожидал.

Например, зная, как его маленькая женщина любит говорить, Даг ожидал, что она что-нибудь скажет. Будет ли это серьезное замечание или дерзкая колкость, он даже не пытался предугадать.

Но вместо этого Кайли просто окунулась в его тепло и прижалась ближе, подложив одну руку под подбородок, а другую прижав к его груди. Когда ее рот широко открылся, единственным звуком, вырвавшимся наружу, был огромный зевок, которым мог бы гордиться Царь Давид.

Затем, как и ее кот, она быстро погрузилась в сон. Даг вздохнул и прижал ее к себе, наклонившись, чтобы поцеловать влажные локоны, прилипшие ко лбу Кайли. Жизнь с его парой никогда не будет скучной. Возможно, это единственное, в чем он был уверен в данный момент, но так и будет.

Для начала.

Резкий стук разбудил Кайли и заставил ее нахмуриться. Ей было слишком тепло и хотелось спать, чтобы беспокоиться о том, откуда он доносится, поэтому она решила не обращать на него внимания и снова погрузиться в сон. Через несколько секунд он повторился, на этот раз громче и с такой силой, что задрожало окно.

Подождите, окно? Почему кто-то стучит в ее окно? Что происходит?

Сонная и растерянная, Кайли попыталась перевернуться, но путь ей преградило очень большое, очень мужское, очень голое тело, распростертое рядом.

Воспоминания нахлынули в полном, неотредактированном техническом цвете. Боже. Что она наделала?

Очевидно, в этом был замешан горгулья.

Ладно, из всех моментов, которые мог выбрать ее мозг, чтобы подтрунить над ней, он остановился на этом? Серьезно? Закрыв глаза руками, Кайли лежала неподвижно и думала, не слишком ли рано молиться о смерти. Или слишком поздно.

Бам! Бам! Бам!

Стук раздался снова, вызвав рычание откуда-то слева прямо над ее головой. Она игнорировала мир за пределами своих рук и почувствовала, как матрас прогнулся, когда Даг вскочил на ноги. Когда он прорычал свое недовольство, снова раздался грохот, и она наконец поняла, что шум исходит от дрожащего стекла в оконных стеклах. Кто-то стучал в окно.

Окно второго этажа.

Осознав,

она почувствовала панику, чувство вины и каплю откровенного унижения. Взгляд Кайли метнулся к окну спальни, увидев серокожее, оскаленное клыками лицо, смотрящее на нее.

Поскольку лицо явно принадлежало Стражу, а единственный, с кем она была знакома… очень близко знакома… явно стоял в комнате вместе с ней, ей не составило труда догадаться, что Нокс сейчас висит за окном гостевой комнаты с выражением смешанного раздражения и веселья.

Вскрикнув, Кайли потянулась за одеялом, чтобы укрыться, но не обнаружила его. Она еще не застелила кровать, которую они с Дагом только что, гм, заняли. Застонав, она сделала единственное, что могла и, соскочив с матраса, забилась в угол рядом с кроватью, где никто из посторонних не мог увидеть ее голые грудь и задницу.

О, Боже мной!

Нокс снова постучал по стеклу, на этот раз с гораздо меньшей силой, и жестом велел Дагу открыть окно. Тот с раздражением подчинился, так что старая створка заскрипела в знак протеста.

— Уинн ждет внизу у входной двери, — сказал Нокс, как только барьер исчез. — Никто не ответил на наш стук, и она забеспокоилась, поэтому я согласился осмотреть окрестности в поисках наших хозяев. Похоже, я нашел вас.

Кайли застонала и отчетливо услышала голос бабули в своей голове.

«Dayn mazl, Got, vos du voynst azoy volt men dir di fentster oysgezetst. (Тебе повезло, Господи, что ты живешь так высоко, иначе люди разбили бы твои окна)». В этот момент Кайли хотелось взять камень.

— Мы не слышали стука, — прорычал Даг, и Кайли, выглянув, увидела, что в ответ на грубое пробуждение он вновь обрел свою естественную форму. Жаль, что второй мужчина тоже был Стражем, а то она бы с удовольствием посмотрела, как эти когти Дага наносят урон самодовольной улыбке придурка.

— И я вижу, что это правда.

Кайли застонала и ударилась головой о край кровати.

— Агрх! Заставь его уйти. Мы спустимся вниз и впустим их через минуту. Одетые.

Даг не потрудился повторить ее указания, просто захлопнул окно и повернулся к ней, расправив крылья, чтобы закрывая вид снаружи.

— Я виноват в этом. Не смог защитить тебя должным образом.

Это заявление заставило разум Кайли немедленно переключиться на презервативы, которые они так и не использовали, и паника на секунду овладела ею. Затем она потратила минуту на то, чтобы заново научиться дышать, и с чувством огромного облегчения напомнила себе, что принимает таблетки. Это не сделало все лучше, но немного помогло.

— Да, сейчас уже поздновато об этом беспокоиться, но, надеюсь, ничего страшного не произошло. Я имею в виду, что чиста, и, если у тебя не было гораздо больше свободного времени, пока ты бодрствовал, полагаю, что шансы на то, что ты заразился чем-нибудь, довольно малы. Если инфекции вообще могут жить в течение трехсот лет, запертые в камне.

Крылья Дага зашелестели, и выражение его лица сменилось с мрачного на явно смущенное.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь. Конечно, ты регулярно купаешься, и какое отношение к этому имеет мой сон? Я позволил постороннему человеку застать нас, не зная о его приближении, и позволил ему увидеть твою наготу. Нужно охранять тебя лучше. Эта неудача позорит меня.