Потерянный берег-2 (СИ)
Шрифт:
– Это вроде как местный Ной?
– Ага, только он на тварей, которые по парам забил почему-то и себя в первую очередь спас, а потом сюда к реке пришел и людей по окрестностям собирал.
– Прямо библейские рассказы нового времени...
– Не знаю Серый, сколько из этого правды а что выдумки, но факт на лицо, есть нормальный мужик, основавший поселение и организовавший его жизнь... и не на халявном золоте или рабском труде а своими мозгами и руками тут все поднимали.
– Это да, это факт... Ну что, пойдем посты проверим?
– Пошли, - согласился Иваныч.
Всю ночь мы перемещались с Иванычем между
– Ох Серый, что то натопался я уже, - сказал Иваныч, когда мы шли через поселок, - думаю в темноте по этой быстрой реке никто не пойдет, да и вообще есть подозрение, что артельщикам сейчас есть чем заняться. Рассвет скоро, идем, позавтракаем... Андрей вон уже в беседке у костра колдует.
– Доброе утро, - сказали мы с Иванычем почти хором, подойдя к дому Андрея, где он под навесом уже развел огонь и подвесил кипятиться большой закопченный чайник.
– И вам доброе утро братья, храни вас Бог... Сейчас позавтракаем.
– Андрей, - сказал я присев рядом костром на бревно, - а как ты узнал, что волна будет и спасся?
– Да Бог с тобой брат Сергей, - ответил он и расхохотался, - от куда же мне грешному знать было? Это люди, храни их Господи уже напридумывали небылиц, ну да я и не разубеждаю никого, раз им так хочется.
– А как тогда?
– То что есть в моем спасении отчасти и Божий промысел сомнений нет конечно. Дело так было - Я при монастыре сторожем был, плотником да звонаря иногда подменял... но в основном конечно по плотницкой части. Не далеко на склоне сопки монастырская пасека была, так там косолапый пошалил аккурат с утра, перед волной то, улики сломал, один вообще с собой утащил... вот и попросил меня отец Павел, сходи говорит, почини что еще уцелело, да забор поправь. Собрал я инструмент да перекусить что Бог послал на тачку, и пошел работать. Весь день провозился и не заметил как стемнело, собрал все и решил покушать посидеть, время то позднее, в монастыре для меня отдельно братья не будут печь топить да готовить, ну сижу значит, трапезничаю, костерок развел, на звездное небо смотрю... и началось... раз тряхнет, другой, да сильно... испугался конечно. Потом и небосвод повело, а следом вода... много воды, вот я со страху то и запрыгнул в тачку свою... да вон он, 'ковчег мой', - кивнул Андрей улыбнувшись на стоящую у дома самодельную деревянную тачку, метра полтора в длину и в ширину с полметра, на велосипедных колесах. И потом продолжил:
– Снесло меня со склона конечно мигом, поболтало да шарахнуло о другой склон. Я то уже и покаялся и помолился и с жизнью попрощался... видать услышал Господь искренность в моих словах покаянных, да повис я в тачке вон там выше по распадку, - показал он рукой куда-то себе за спину, - такая вот история Братья, улыбнулся Андрей, достал из кармана очки, завязал на затылке тонкий шнурок, и принялся насыпать в глиняный заварной чайник ручной работы травяную смесь
и залил ее кипятком.– Понятно, - кивнул Иваныч, - а то я уж было, креститься собрался, историй про тебя наслушавшись.
– Ну это дело нужное, только не со страху и не от удивления делаемое, - улыбнулся Андрей, и похлопал себя по левой стороне груди, - тут должно созреть у каждого и исключительно по собственному разумению.
– Вот Серый, я же говорил, правильный он сектант, - снова улыбнулся Иваныч, достал из костра щепку и раскурил трубку.
Андрей широко улыбнулся и разлил чай по чашкам.
– Вот братья, пейте чай, да лепешки берите, - поставил он корзину у костра и тоже присел на бревно.
– Как там Леха интересно?
– подумал я вслух.
– Не волнуйся Сергей, - сказал Андрей, - Алексий ваш, он как перст Господень, наказание неотвратимое несущий.
– Слыхал Серый? Ты запиши где-нибудь про неотвратимое наказание то... и хорошо бы, что бы каждый знал - 'Тронешь нашего, поплатишься в двойне', и только так.
– Верно говоришь Иван, - кивнул Андрей, - коли взялись общину строить сызнова и люди доверились вам, то сдало быть люди эти знать должны, что не пропадут они коль в беду попали, и что за каждого обиженного обязательно расплата будет... Око за око братья.
– ...Сергей Николаевич, это застава, - услышал я голос Яковлева в рации.
– Да Олег, на связи...
– Дозорный прискакал, говорит, свет фар на дороге видел.
– Принял, идем, - ответил я, взял автомат, достал патрон и поставил на предохранитель.
– И я с вами, - спохватился Андрей, быстро сходил в дом и вышел с двустволкой.
Застава стояла в пятидесяти метрах от перекрестка таежной дороги, на котором остановились две машины и вроде два квадроцикла, направив фары в нашу сторону. Что за машины было не разглядеть, но тарахтение одного мощного дизеля было слышно.
– И что они там встали?
– спросил худощавый парень сжимая в руках выданный во временное пользование СКС.
– Спички тянут, кому идти рамсы разводить, - сплюнул на землю один из Лехиных бойцов, пристроившись с пулеметом рядом за бревном.
И действительно, транспорт тронулся и поехал к нам остановившись колонной за пару метров перед бревном, лежащим на дороге. Дверцы хлопнули в свете фар показалось три силуэта подошедшие к недавно установленному деревянному шлагбауму.
– Эй слобода... старшего зови, побазарить надо.
– Фары потуши, а то интима нету, - крикнул все тот же боец у пулемета.
Не высокого роста мужик отбежал от шлагбаума к машинам, и через несколько секунд, водители выключили фары оставив только габариты. Теперь недалеко от шлагбаума горящий костер освещал троих 'спортсменов', все вооружены. Один из них, что постарше облокотился на шлагбаум и сказал:
– Ну так что, побазарим?
К нему вышли я Иваныч и Андрей.
– Что хотел? Спокойно спросил Андрей.
– Я Вова Тульский, - сказал 'спортсмен' и стал ждать реакции на произнесенные им слова.
– Я знаю тебя, - ответил Андрей, - и о делах твоих знаю.
– У меня предъява к фраерам, которые на вашей территории сейчас... пропустишь меня с братвой к ним побазарить?
– Базарь, - сказал я и уставился ему в глаза, - я один из них.
Было видно, что удержаться от не оправданных действий ему стоило больших усилий.