Полечка
Шрифт:
— Полина….
– такого голоса, такой вот поразительно-нежной интонации, она никак не могла предположить в своем холодном шефе.
Девушка обвила его ногами, руками, приподнялась навстречу ему, и Клим не стал медлить….
Леночка опомнилась и выскочила из домика, а ей вслед неслась песня белокурой Полины, крик ее торжествующий и радостный. Он был для Клима, но Лене посчастливилось его услышать.
Бежала по улочке, пыталась собраться с мыслями и получилось. Она упала на скамейку возле живописной церквушки и задумалась о любви. Странно? Отнюдь! Она сама уже давно не невинная девочка, только что
Сидела и сокрушалась. Да не о Климе, а о том, что когда-то давно сама оттолкнула единственного человека, которого любила вот так же, как и эта белокурая Поля сегодня любила Клима.
Одноклассника, Петю Зайцева, Леночка вспоминала частенько. Он любил ее все то время, что они учились в обычной школе. После выпускного вечера, Леночка и Петя остались одни в пустом зале, и он пригласил ее на прогулку. Следующим днем поджидал у подъезда и снова повел гулять. Через неделю Лена поняла и оценила разницу между своими бывшими парнями и Петей. Так обнимал только он, так целовал и смотрел только Петя, а она бросила его и умчалась в Москву ловить успех и богатство.
И вот сейчас, сидя на скамье, она не стала раздумывать, а просто достала телефон из кармана и набрала номер, который уже несколько лет собиралась удалить из телефонной книги, но все как-то рука не поднималась. Петька ответил сразу, будто ждал все это время ее звонка.
— Лена?! Ты? Чёрт, что случилось? — а она, дурёха, заплакала. — Лен….Лен! Ты где? Что с тобой? Не плачь! Скажи куда ехать?! Я заберу тебя!
— Петь…прости меня.
— За что?
— За то, что сбежала и оставила тебя одного. Петь…я такая дура!
— Так, ясно. Откуда тебя забрать? Я смогу быть в Москве часа через три, не раньше. Ты сиди, где сидишь, и я подскачу. Только телефон не отключай, ладно?
— Встреть меня вечером в аэропорту, ладно? Я в Крыму. И Петь…прости. — Он молчал долго, с минуту, должно быть.
— Я встречу тебя и…. Ленка, я очень ждал твоего звонка.
Глава 11
Клим наблюдал за Полиной. Нет, не караулил, не подглядывал — любовался, тонул в непривычных, сильных эмоциях и все же, наблюдал. Она говорила очень мало, но ее личико, выразительное и нежное, показывало много, как и ее жесты, движения, что поражали своей плавностью и красотой.
Сейчас она лежала рядом с ним в постели, он обнимал ее крепко и внимательно разглядывал, боясь увидеть на ее лице малую тень разочарования или равнодушия. Не видел ничего, кроме нежности, радости и небольшого испуга. Вот это его терзало и интересовало. Он рискнул прервать долгое молчание, что возникло сразу после их полёта. Именно, полёта! Ему сложно было найти другое слово для всего того, что произошло между ними.
— Полина, что с тобой? — Голос его прозвучал слишком громко в тишине комнаты, может потому Поля вздрогнула.
Она ткнулась носом в его грудь и обняла крепко за шею. Прижалась к его горячему телу и замерла.
— Не знаю, что со мной, Кwим.
— Скажи мне. — Руки его прошлись по ее обнаженной спине и трудно сказать, кто от этого получил удовольствия больше — он или она.
— Я скажу, только ты смеяться будешь. — Выгнулась, словно кошка под его ласкающей рукой, принимая
жар его ладони и нежность прикосновения.— Ты напугана. Думаешь, есть повод для смеха? Поль…поговори со мной, — поцелуй в макушку. — Просто поговори.
— Хорошо… Кwим, я боюсь. Я очень боюсь, что проснусь, и все исчезнет. И ты, и море. А я очнусь у себя дома одна и никого рядом. — Он с трудом сдержал смех, но не ехидный, а радостный и счастливый.
— Тогда будем смеяться вместе, Паулина. Я тоже боюсь, что очнусь, и все пропадет. — Полечка подняла к нему лицо и в глаза заглянула.
А там счастье и какая-то невероятная мальчишеская радость.
— Ты ничего не боишься!
— Не боялся, пока тебя не встретил, Паулина Мельцаж. Стал психом и параноиком. Тебе нужно бояться не того, что я исчезну, а того, что буду всегда рядом. Ненормального заказывали? Получите и распишитесь.
Поля засмеялась тихонько, и решилась рассказать Климу кое-что.
— Ты спрашивал, зачем я летела. Кwим, я хотела видеть тебя и быть рядом — это правда. Но была и другая причина. Только не ругайся, ладно? — Поцеловала его в губы, обрадовалась, что он ответил на поцелуй очень горячо, и это придало смелости. — Я летела, чтобы тебя соблазнить. Что? Почему ты так смотришь?
Брови Клима, темные и густые, поднялись в немом изумлении так высоко, что Полечка снова испугалась.
— Соблазнить? Меня? Поль, рассказывай. Я серьезно. — Он даже приподнялся на локте и навис над ней, давая понять, что не отстанет, пока не выяснит все до конца.
— Ну….Хотела знать, как это — быть с тобой. И еще понять насколько мы подходим друг другу. — Поля догадывалась, что сказала глупость, но примечательно, что Клим так не считал.
— И?
— Что «и»?
— Подходим? — теперь в его взгляде был горячий интерес и эдакое мужское любопытство.
— Мне не с чем сравнить, Клим. Со мной никогда не было такого. «Подходим» — не то слово. Я не понимаю, как я так долго жила без тебя, — нервно сглотнула, ожидая его ответа.
— Скажи еще раз, — голос его стал глухим, хриплым.
Он властно, но и аккуратно, подмял под себя Полину, оказавшись сверху и требовательно уставился на нее, ожидая тех слов.
— Я не понимаю, как жила без тебя, Кwим.
— Я понял. До того, чтобы услышать от тебя — люблю, совсем немного осталось. Поль, ты соблазнила, точно говорю. Теперь моя очередь. Знаешь, я хотел приехать к тебе ночью с той же самой целью. Ночь, собственно, уже наступила, а потому, имею полное право составить свое мнение.
После этих слов Полина получила жаркий поцелуй и Клима.
Его любовь сводила с ума, не давала ей ни малейшего шанса войти в разум, подумать или просто отвлечься от Клима. Женщины поймут….
Это нельзя назвать сексом, это больше и сложнее. Полина вовсе не была невинной девушкой, но в ее интимной жизни случалось и такое, что в постели она думала совсем не о мужчине и том, что происходит. Бывало, что изучала обои и потолок, размышляя — не пора ли делать ремонт? Не всегда, разумеется, но случалось. А Клим…. Тут не до мыслей, вообще ни до чего! Потому и отвечала жарко, любила крепко, ловила счастливые моменты, и не стыдилась показать ему, как ей хорошо. Он чувствовал и брал так, как хотел сам и заводился, волновался не меньше, чем Полина.