Чтение онлайн

— Мам, честно, если бы не Климентий, я бы того… — Анна Ильинична, кидалась обнимать сыновей, потом мужа, и все снова.

Андрей Петрович, бледный еще после пережитого ужаса, стоял рядом с семьей и мысленно произносил одно только слово: «Спасибо». Кого благодарил? Он и сам не знал, может и Бога…. До этого дня не верил.

— Боже мой… Клим…Женечка…. — Анна Ильинична, утирала слезы, но уже готова была смеяться от радости. — Ой, Полина же!! Я ее напугала.

Достала телефон, но в этот момент услышала крик — громкий и какой-то отчаянный.

— Клим!!!!

Обернулись все. Полечка бежала

к ним, волосы ее спутанные, пушистым флагом вились за спиной.

Женька обрадовался, увидев ее, и сначала не понял, почему она брата звала. Дернулся к ней, но встал, как вкопанный, когда увидел, что Клима швырнуло навстречу Полине.

— Клим!! — она влетела в его объятия и заплакала громко. — Как ты?! Где болит? Все в порядке? Клим….я думала ты умер.

Видел Женька сейчас то, чего не видел никогда. Лицо старшего брата, сумасшедшее, отчаянное и ….влюбленное? Он схватил Полину в объятия, приподнял и шептал или бормотал…

— Что ты….Ну что ты….Все хорошо. Я в порядке, Поль. — Целовал ее заплаканное личико. — Не плачь, девочка моя любимая. Я жив. Все…уже все хорошо.

Женька понял совершенно четко, им сейчас ни до кого. Сознание отказывалось принимать эту истину, сопротивлялось ей.

— Кwим…. — Полечка обняла Клима за шею, он наклонился к ней и целовал так нежно и долго, что Женьке стало больно. Физически, анатомически, морально, духовно.

Отец и мама молчали, наблюдая за детьми. Андрей Петрович удивлен не был, смотрел так, будто все уже знал, и это не укрылось от Анны Ильиничны.

— Андрюш… — прошептала тихо мужу. — Что это?

— То самое, Ань. Любовь называется. Ты….это…отойди-ка в сторонку.

Мудрый взрослый человек сразу понял, что ничем хорошим это не закончится сейчас. Он прекрасно видел, что было нарисовано на лице младшего сына, а потому готов был ко многому. Он неплохо знал обоих своих сынищ и готовился к ….драке. Ни больше, ни меньше.

— Отойти? Андрюш….
– и Анну Ильиничну осенило.

Сразу занервничала, но все же, не могла оторвать глаз от Клима и Поли. Она не предполагала в своем старшем сыне таких эмоций и такой нежности. А Поля просто убила! Нереальная, огромная разница в отношении к Жене и к Климу — этого не заметил бы только слепец. Девочка любит и очень сильно.

Мысленно помолившись, Анна Ильинична последовала совету мужа и очень вовремя. Женька выдал зло и громко.

— Девочка ТВОЯ ЛЮБИМАЯ? — Клим и Поля очнулись, обернулись оба к семье.

— Жень…я объясню. — Клим опустил Полечку на землю и аккуратно задвинул ее себе за спину. — Я давно хотел рассказать тебе все, для того и просил о встрече.

— Давно? Правда? Все это уже долго длится? — Женька надвигался на Клима, тот и не думал отступать.

— Жень, я виноват. Я объясню… — Женька не выдержал!

Подскочил к Климу и ударил его — зло и отчаянно — по лицу. Брат даже не подумал сопротивляться, принял удар с завидным спокойствием, словно заслуженное наказание. Слегка покачнулся, но с места не сдвинулся и продолжал смотреть прямо в глаза младшего.

Анна Ильинична охнула, подалась к сыновьям, но была остановлена крепкой рукою мужа. А вот Полечку никто не остановил.

Девушка вышла из-за спины Клима, в слезах и ужасе.

— Нет!!! — крикнула громко,

прижала руки к груди. — Не надо, Женя! Это все я….все из-за меня!

Клим попытался схватить ее за руку, но она ловко увернулась, сделала шаг от него.

— Простите меня. Я виновата во всем. Женечка, я должна была рассказать тебе все, но я очень боялась. Я полюбила вашу семью, и мне страшно было потерять всех вас. У меня такой крепкой семьи нет! И никогда не будет!! Вы все вместе и любите друг друга! А я все испортила!! — кричала. — Клим ничего не получится! Не надо! Вы братья и это навсегда! А я …была и забудусь! Не надо! Мне ничего не надо!

Развернулась и побежала прочь.

— Полина! — Клим дернулся за ней, но Женька схватил его за плечо и развернул к себе.

— Я с тобой не закончил! — младшему сказать было нечего, но хотелось сделать больно, вот и не отпустил за Полей, хотя и понимал — для Клима это важно.

— Пусти. — Этого Климова голоса боялись все, Женька тоже, но сейчас адреналин просто стер страх.

— Пустить? Она сказала — ты ей не нужен. Ей ничего не надо. — Сделал, все же, больно и получил от Клима мощный удар по скуле.

Женька схватил Клима за ворот рубашки, дернул так, что ткань разошлась, и сжал кулак, занося его для нового удара.

— Стоять! — Андрей Петрович… — Разошлись оба в разные стороны! Я кому сказал, щенки! Устроили драку на глазах у матери и Полины. Позорище! Хотите драться, валите отсюда подальше, ко всем чертям.

Подошел к сыновьям и втиснулся между ними. Те же руки воинственные разняли, но буравили друг друга страшными, ненавидящими взглядами.

— Пошли вон отсюда.

Женька в сердцах сплюнул, развернулся и ушел. Клим стряхнул с себя отцовские руки, кивнул матери и побежал догонять Полю.

Несся быстро, но выскочив за воротца больницы, не увидел ее. Достал телефон, чудом уцелевший после аварии, включил его и начал звонить. Она была вне сети… Клим побежал к лавке.

Анна Ильинична, стояла и смотрела на мужа.

— Андрей, ты знал все? — впервые в жизни муж утаил от нее нечто важное.

— Догадывался, Анюль. Ты… — сделал шаг к жене, а та отстранилась, обиделась и тоже пошла к воротам.

Андрей Петрович остался один и подумал, что впервые семья разошлась в разные стороны. Родители и дети разбежались, рассыпались, не в состоянии понять и услышать друг друга. Полину он тоже принял в семью и, что примечательно, за нее волновался более всего. Видел прекрасно отец семейства, что девочка и его страшенький любят друг друга. Слова Полины о том, что они крепкая семья отозвались в нем двумя словами — девочка правильная. А это значит, что она своя и так будет.

Вздохнул тяжело и направился отыскивать жену. О сыновьях знал наверняка — остынут, иначе и быть не могло. Близки друг другу, любят, а стало быть поймут и примут все, что случилось.

Клим поспешил за Полечкой. Он волновался о ней и гнал от себя жуткую мысль — отказалась от него, оставила. Он не мог осознать, что его Паулина могла вот так просто сделать выбор и совершенно не в его пользу. Злости не было, только боль, обида и звучавшие в его мыслях слова старой песни.