Под провокатором
Шрифт:
Мы быстро завернули за угол и помчались на всех парах, прочь из города.
_______________________________
Глава 64. Благими намерениями выстлана дорога в ад
На угнанном Джошуа аэрокаре, как позже выяснилось, стоял ограничитель скорости. Когда я въезжала в Гипфель с Клаудом на мотоцикле, дорога казалась куда более короткой. Я кисло глянула на спидометр, всего 130 километров в час. Далеко не уедешь на таком. Тоже мне, «технополис», а транспорт используют как во времена второй эры, когда машины ездили еще на бензине.
О том, что мы, наконец,
Как выяснилось позже, обрадовалась я рано, потому что до этого барьера нужно было добираться еще около четырех часов.
— Как ты потом обратно попадешь? — спросил меня Джошуа. К тому времени мы уже миновали первый пролет барьера, оставалось проехать и до второго.
Я расслабленно улыбнулась, и дотронулась подушечкой пальца до кнопки коммуникатора на ухе.
— С помощью этого.
— У тебя коммуникатор есть? — расширил он свои глаза, и как-то очень странно на меня посмотрел.
— Да, недавно дали. Мое дело вытащить тебя отсюда. Проедем с тобой на безопасное расстояние, оставишь меня и поедешь дальше. А я позвоню Урсуле, приедет за мной, заберет. Понимаю, что шума будет много, но мириться с бесчинствами я больше не собираюсь. Будь что будет.
Он удовлетворенно кивнул, и мы поехали дальше.
К внешнему барьеру мы доехали за минут сорок, миновали ущелье и, наконец, выехали на каменистую пустыню.
Я глубоко вздохнула и с превеликим облегчением выдохнула. Гипфель оказался позади.
— Не верится…, у меня получилось, — радостно сказала я, посмотрев на Джошуа, — Знаешь, это мой первый поступок в жизни. Правильный, хороший поступок, когда я сделала так, как посчитала нужным!
Джошуа не ответил, выглядел он невероятно уставшим, рассеянным. Глаза были красными, а кожа казалась бледной.
— С тобой все в порядке? Выглядишь неважно.
— Голова болит, устал наверное.
— Может сделаем привал? Я планировала отъехать километров за триста и потом звонить Урсуле. Там бы и распрощались с тобой. Но раз ты себя неважно чувствуешь, давай остановимся здесь.
— Нет, доедем.
Но мы не доехали. Еще через минут тридцать у Джошуа начался жар, и мы были вынуждены остановиться.
— Не самое безопасное место, — пробурчала я. — Если Клауд кинется нас искать, то нагонит за считанные часы.
Мои слова провалились в пустоту, потому что Джошуа меня даже не слушал, положил голову на руль, и обхватил ее руками. Я виновато закусила губу.
— По голове будто кувалдой бьют.
— Прости, давай ладно сделаем привал, поспим пару часов, а потом двинемся дальше. Может доехать с тобой до ближайшего полиса, попросим там помощь.
— Ты поедешь домой в Гипфель, Мел. Я разберусь сам…, просто посплю чуть-чуть.
Я скептически посмотрела на друга, но откинула сидушку аэрокара и устроилась на ней поудобнее. Я и не заметила, насколько сама устала и быстро провалилась в сон.
Я почувствовала что-то теплое
на своей щеке. Разлепив сонные глаза, не сразу поняла, что происходит. Джошуа нависал надо мной, упираясь руками по обе стороны от меня. Его немигающий взгляд застыл на моем лице, а горячее дыхание обжигало кожу.— Джошуа…, — я вопросительно уставилась на него, а затем, постаралась отстранить от себя. Боковым зрением поняла, что на улице уже светало. Сколько часов мы проспали?! И что вообще творит Джошуа. — Слезь с меня!
Он молчал, и это пугало. Не шевелился, не моргал. От него все так же исходил жар. Я могла бы предположить, что он пытается…, приставать или что-то вроде того, но нет. Это было чем-то другим. Дав ему небольшой шанс реабилитироваться, я прождала еще какое-то время, в надежде, что он отодвинется, объяснится и мы поедем дальше, но этого не произошло.
— Так все, это уже не смешно, — приложив силу, я надавила, и отстранила его от себя. — Что все это значит?!
Тревога начала прокрадываться в меня.
Видимо, стоило начать говорить раньше, потому что мой голос вывел Джошуа из ступора, он резко отстранился, суетливо вышел из машины и стал оглядываться по сторонам.
Я тоже огляделась, понимая, что мы с ним тут одни на расстоянии сотен километров от кого либо еще, а его поведение казалось крайне нездоровым. Мне стало страшно, но поддаться панике, означало признать то, что я поступила опрометчиво. В любом случае, свое дело я сделала, может не совсем так, как планировала, но ничего не поделать. Джошуа на свободе, а мне пора ехать домой.
Я вызвала панель коммуникатора, и набрала номер Урсулы.
Мои движения привлекли Джошуа и он резко посмотрел на меня, а затем и на коммуникатор. А в моем ухе, вместо заветных гудков вызова, послышался монотонный звук, сигнализирующий о том, что связи нет.
Я не отрывала взгляд от Джошуа. Он замер, но потом быстрым движением пересек между нами дистанцию и открыл мою дверь.
— Дай коммуникатор, Мел.
— Джошуа, ты пугаешь меня. Давай я дозвонюсь до Урсулы и уже поеду домой, а ты…
— Дай мне коммуникатор, — вновь, холодно сказал он.
Я исподлобья посмотрела на него. Мне совсем не понравилось ни его выражение лица, ни его тон.
— Кому ты собрался звонить? Иди, уезжай, ты на свободе, зачем ты тянешь время.
Он подошел ко мне и больно сжал запястье, одергивая руку от коммуникатора.
— Гипфель глушит внешние сигналы связи. Ты не сможешь дозвониться до тех, кто находится внутри.
— А что ты мне раньше не сказал?!
— А зачем?
— Как это зачем…?
— Ты мне нужна Мел, нужна нам.
— Нам?! Что ты несешь.
— Набирай номер Мел. Сама. Быстро. Я не хочу навредить тебе.
— Ты же сказал, что я не смогу дозвониться до тех кто в Гипфеле.
— Да мне и не нужен Гипфель. Вызывай панель набора номера. Бегом.
Я отрицательно замотала головой, и попыталась вырвать из его хватки руку. Тогда он больнее сжал ее и, взяв мое лицо в тиски, нажал пальцем на кнопку наушника коммуникатора на моем ухе. Перед нами всплыла голографическая панель. Он наклонил мое лицо, чтобы разблокировать ее.