Под провокатором
Шрифт:
— Он уже у тебя в боксе?
— Ну да…, раз ко мне изначально попал, тут и будем держать. Тюрем то нет…, тем более, ты же сам знаешь, что лучше ему быть под наблюдением.
— А он… не навредит Мел?
— Нее… не думаю. Капельница вчера только была, для заседания же решили сделать в последний раз.
— То есть, ты не исключаешь, что такое «может быть?». Где сейчас Мел? — процедил сквозь зубы я. — У нее коммуникатор не работает. Почему ты пустила ее?!
— Я что, нянечка ей? Ну, внизу, в боксе должна быть. Может связь плохо ловит. Там охрана, если что! Что ты сразу злишься?!
— Я
— Ууу, очень страшно, я вся дрожу. Не переживай, найду я твою строптивицу. Можешь не переживать за нее. Кстати, краем уха услышала, что у вас мобилизация? Ты тоже участвуешь?
— Конечно.
— Поняла, береги себя, искорка.
— Пригляди за Мел пока меня нет.
— Хорошо. Пойду, поищу ее чуть позже, дела только закончу.
— Спасибо Асдис, за все что делаешь, — оттарабанил, и не дожидаясь ответа, отключился.
Я направился в сторону мотоцикла, на мне была военная экипировка Нордов. На голове шлем — с виртуальным визором и кучей голосовых помощников, учиться пользоваться которым придется прямо находу.
— Система, свяжись с командным центром, скидывай каждые 30 секунд новую геопозицию контрольной консоли искр.
— Будет выполнено, сер.
— Система, включи антирадары на мотоцикл и активируй инвизоры.
— Принято, сер.
Я сел на супербайк, наблюдая, как мое тело, вместе с мотоциклом, становятся прозрачными. Положил ногу на газ, на что двигатель оглушающе пророкотал. Главное не забыть включить подавители звука, когда я буду слишком близко к консоли.
— Система, соедини меня с моим отрядом.
— Как прикажете, сер.
Мне понравилась ее адаптивность к живой человеческой речи. У нашего СЭЭк с этим были жуткие проблемы.
— Солдаты, слушать мои команды! Сели по машинам, как все будут готовы, оповестите меня идентификатором об этом. На сборы у вас десять минут, по моему сигналу, выдвигаемся.
Ну что ж. Я ударил кулаком по своему плечу, наблюдая за обратным отсчетом секундомера на визоре.
Три
Два
Один
«Из недр воспрянем под красным солнцем! Не забыто, не прощено!»
Вперед!
[1] Зала джудов — «дворец суда»
Глава 57. Все меняется вокруг, и с этим меняюсь и я
МЕЛАНИЯ РОШ
День суда — смело можно было назвать «американскими горками», прожитые эмоции именно так и ощущались. Моя душа то воспаряла до небес, то с ужасающей стремительностью проваливалась в тартарары.
Что сравнится с чувством, когда ты стоишь одна против всех, когда ты — чужая, и пришла отстаивать права, стоишь лицом к лицу к людям, по умолчанию ненавидящих тебя лишь за одно происхождение, и в этот момент твой мужчина становится плечом к плечу с тобой, укрывая от колких словесных стрел и нападок? Готовый, защитить тебя от целого мира — любой ценой. Который в довесок, заявляет что ты — его будущая жена, тем самым, оберегая силой своего имени, даруя неприкосновенность.
К довесок ко всему, после этого ты добиваешься поставленной цели, ради которой пришла, переворачиваешь мнение большинства на триста шестьдесят градусов. У тебя впервые за все время получается что-то действительно стоящее, значимое. Когда до этого твоя жизнь была
лишь существованием, неспособным повлиять ни на один жизненно важный процесс, когда ты иллюзорно находилась на вершине мира, за счет своего происхождения, но при этом была никем. По факту, твоя фамилия была лишь пустым звуком. И несмотря ни на что — ТЫ СМОГЛА! Сама, своими силами.Разве могло сравниться с этими двумя чувствами что-либо?
Могло, только кое-что полностью обратно пропорциональное, развивающееся со скоростью геометрической прогрессии. Вот и он — эффект американских горок во всей красе. Сегодня я доказала достоверность выражения — ни один взлет не бывает без падений.
И да, падать было больно. Очень больно. Однако…, будь на моем месте прежняя Мел, она бы разбилась, так и осталась лежать на дне раздробленными осколками, сокрушаясь о несправедливости жизни.
К счастью — та Мел умерла.
А новая Мел — будет действовать. Все меняется вокруг, и с этим меняюсь и я.
Глава 58. Консоль
КЛАУД ДЮБОН
— Мой отряд на месте. Ждем вашего приказа, командующий, — сказал я в свой наушник, по засекреченному каналу.
— Генерал, консоль движется к вам по траектории в 41 градус, после моей команды, двигаясь по прямому углу, вы пересечетесь с ними через четверть часа.
— Понял. Подсчет конвоя сделан?
— Да, четыре тяжеловесных с солдатами Конфедерации, военные Провиданс в отдельных тяжеловесах.
— Принято. Жду вашей команды, сер, — сказал я и принялся всматриваться вдаль.
Перевозились искры исключительно в усыпленном состоянии. Держать их все время под контроллерами нельзя. Все-таки, это живые люди, и у них тоже есть износ организма, а если они будут бодрствующими в одной кабине — поубивают друг друга. Оснащать каждого отдельным оборудованием для перевозки — накладно. Потому их всех усыпляли и перевозили на тяжеловесах, как обычных солдат.
Нашей же проблемой были солдаты Конфедерации.
Хельм с отрядом войдут с ними в открытый конфликт, а мы будем огибать по правому флангу и нападем сбоку сразу на контрольную консоль.
Консоль представляла из себя аппаратуру, похожую на мою, для погружения, только в разы больше. Перевозилась она на длинномере. Преимуществом на нашей стороне было то, что мы получали утечку данных из Провиданс. Знай Правящие, что мы имеем доступ к их данным, не оставили бы своих искр без тщательного присмотра. Достаточно было — не перевозить их спящими, и мы не смогли бы к ним приблизиться даже на йоту.
Я оглянулся на свой отряд. Крепкие, сильные ребята. Готовые к бою. Их ряды сильно опустели, после вторжения. Но иной участи у нас нет, как и иного выбора. Если все пойдет по плану, и искры окажутся в наших руках, мы привезем консоль в Гипфель, и сразу выдвинемся на Столицу. Все юниты конфедерации не успеют стянуться к ее границам, нападем молниеносно и неожиданно, застанем Бришалот врасплох. Хотя, полноценно врасплох не получится, о том, что мы захватили искр, им станет известно сразу.
Встал с мотоцикла, размялся и закурил сигарету, щурясь из-за света заходящего солнца. Отряда Хельма я не видел. Они были на другой стороне. Дальше, чем мог уловить мой усиленный слух.