Пестрая бабочка
Шрифт:
– Что ты! Я в ужасе, но если сейчас ему поддаться, мы точно никуда не дойдем. А ты пока, раз уж мы прошли первое испытание, расскажи мне вот что: ты сам тут шел, когда получил Красный замок?
Он немного помедлил с ответом, глядя куда-то перед собой.
– Н-не совсем. Мой предшественник был жив, когда мы встретились.
– Та-ак?
– Боюсь, я убил его. Время было странное, - я навострила уши, - император погиб, страну разрывали на части семь кланов заговорщиков, Гис оказался заточен в гробнице. Каждый искал место, где можно было отсидеться. Казалось, все это безумие на несколько
– он покачал головой.
– Ладно, это тебе вряд ли интересно.
– Напротив, - идти стало легче, пологий подъем от болота закончился, под ногами вместо жирной грязи был песок,- мне все интересно.
– Что ж, справедливо. Перед окончательным уходом небольшая исповедь не помешает. Жалко, ты не жрица.
– Вообще-то, я адепт Да Ки Нэ.
Он уставился на меня, аж замерев в воздухе.
– Древний бог воздаяния?!
– И еще у меня странные отношения с Шаггоратом, безумным богом драконидов.
Ксерт моргнул и покачал головой.
– Понятно.
– Что?
– На счет Шаггората. Многое, знаешь ли, объясняет. Ну ладно, слушай. У меня был один друг, - глухо проговорил призрак, смотря перед собой в туман, пока мимо нас начали проплывать первые силуэты болезненно изогнутых деревьев, - тоже некромант. Опуская подробности, наша дружба переросла сначала в соперничество, потом во вражду, в итоге мы, разумеется, друг друга ненавидели. Я сумел подстроить ловушку, пользуясь всей этой начавшейся неразберихой, и убил его. Думал, что убил. А он как-то сумел вернуться.
– Договорился с Хэль?
– удивилась я, перешагивая через толстый черный корень.
– Да в том-то и дело, что нет. Я вообще не понял, с какой силой он связался. Но суть в том, что бежать мне нужно было куда-то, где я смог бы защититься от чего угодно. Я пришел в Красный замок и хитростью убил прошлого владельца. Сначала думал, отсижусь - вернусь. Потом занялся исследованиями, вроде как, поднаберусь сил - вернусь. А потом уже и забыл, для чего мне вообще возвращаться. Так и прожил тут, практически отшельником, пока не стало слишком поздно.
– Печально,- согласилась я, - а твой бывший друг?
– О!
– хищно усмехнулся Ксерт.
– Думаю, мертвячий Даро уже горит в Бездне, учитывая, сколько прошло времени. Не могло ему везти столько веков.
Я таки споткнулась о поваленный ствол, и чуть не упала.
– Даро?..
Голос призрака зазвучал отстраненно, похоже, мысли его вернулись далеко в прошлое.
– Да, Кристиан Валленберг по прозвищу Даро.
"Да мы почти тезки!"
– А что оно значит?
– Это сокращенно от "дарониер" - на имперском означает "самый темный час перед рассветом, когда луны уже сели".
– Забавно.
– Выпендривался в юности много.
– А ты его до сих пор ненавидишь?
Ксерт шел некоторое время молча.
– Не думаю. Нет. Да и теперь - какая разница уже?
– А если бы ты мог передать ему что-то? Ты бы хотел?
Снова повисла тишина. Туман помаленьку рассеивался, впереди уже поднимались изломанные очертания серого горного хребта.
– Пожалуй, да. Что я сожалею. И что это я украл его Лунную астролябию.
–
А что это такое?– У меня на столе, гномский механизм из посеребренных колец и шестеренок. Даже жаль, что не успел вернуть, - усмехнулся он, - все равно я так и не понял, что он за силу использовал, когда ее создавал.
– А если мы дойдем...
– осторожно начала я.
– Хочешь, я ее верну?..
Ксерт вздохнул и неожиданно рассмеялся. Он хохотал, упершись призрачной ладонью в дерево - просто по привычке. Плечи его тряслись, будто призрак бился в припадке. То еще зрелище, надо сказать.
– Только не говори мне...
– простонал он, - не говори, что после всех этих веков ко мне на другой конец света принесло того, кто знает Даро!
Я только кивнула, и он расхохотался еще громче.
– Надеюсь, ты не его прапраправнучка?
– Чур меня, - фыркнула я, - родственничка с таким характером мне только и не хватало.
– Как он?
– Да нормально. Тоже отшельничает вместе с двумя друзьями. Ругается на гостей. Иллюстрация к слову "мизантроп".
– О да, очень похоже. Передавай привет, если выживешь.
– Ладно.
Мы двинулась дальше к уже отчетливо видимым горам, когда, наконец, туман расступился, открыв нам... Его.
Он спал, свернувшись клубком, а его тело наполовину закрывало тоннель сквозь гору. Высотой метра два в холке, если встанет. Я присвистнула. У него были мощные с рыжеватыми подпалинами лапы, вооруженными когтями размером с хороший кинжал, а черная шкура лоснилась, как бархатная. Три черных кожаных носа в унисон сопели. Правая голова шевелила усами и чуть скалила во сне зубы. Левая негромко "вуфкала", видимо, тоже видела какой-то сон.
– Я думал, он побольше, - проговорил озадаченно Ксерт, наклонив голову на бок, - и пострашнее как-то. Так! Погоди! А ты вообще слышала легенду о Псе Бездны?
– Нет.
– И ты не боишься собак?
– Не боюсь.
– Потрясающе. Не думал, что эта реальность настолько зависит от веры...
Надо было что-то решать. Остатки тумана разгоняли лучи странного белого солнца. Лучи его были горячими и неприятно обжигающими. Похоже, именно так днем в явленном мире чувствуют себя вампиры.
– Тут мы не пройдем, - констатировала я, указывая рукой на спящую животину, - знаешь, как его отвлечь?
– Отвлечь? Не убить?
– Я не хотела бы убивать собаку, - проговорила я, - даже такую. Я люблю собак.
– Отвлечь... Знаешь, я никогда не думал об этом в таком ключе. В принципе... Хотя нет, вряд ли.
– Что?
Ксерт немного замялся, будто решая говорить или промолчать. А я чувствовала, как по спине поползли первые капли пота. Интересно, а можно в призрачном мире схлопотать тепловой удар?
– Его бы отвлекла живая кровь, - ответил, наконец, старый "друг" "любезного" мэтра Даро, - видишь вон там миску?
Ну как - миска, тазик небольшой из блестящего темного металла.
– Ого. Это сколько крови надо?
– Да ему бы только запах почувствовать. Думаешь, тут живые часто бывают? Он не устоит, до последней капли вылакает и миску вылижет.
Я обернулась к призраку. Терпеть не могу, когда кто-то нагло увиливает от ответа, это всегда означает что-то очень нехорошее.