Чтение онлайн

Я дернул за ручку и постучал:

– Добрый день! Просим прощенья за визит! Мы сбились с дороги и заблудились… – крикнул я нарочно громко. – Эй?!

Нет ответа.

Мы топтались перед входом, заглядывали внутрь сквозь щели в ставнях, безрезультатно стучали и звали, пока окончательно не убедились, что ферма пуста. За то время, что мы спали под оливой, тамбурист в черном плаще успел ускользнуть.

И все-таки не помешало бы это проверить…

Окна, находящиеся под самым потолком и сконструированные для вентиляции, не только были спрятаны за толстыми прутьями решетки, но и слишком узки. Я оценивающе осмотрел дверь сверху вниз и прицелился…

– Нет-нет-нет! Мы не будем ломать эту

дверь! – замотал головой Йан, читая мои мысли.

– Мы не можем уйти отсюда, не посмотрев, что там!

– Идем, поищем мирный способ войти!

Обогнув ферму, мы оказались во дворе. Широкие подгнившие двери были заколочены крестом толстыми наспех отструганными досками, словно кто-то торопился заблокировать их. На примятой траве стояла пустая тачка, в которой маг в черном плаще привез чан и тамбурин.

А в провалившейся крыше зияла широкая дыра.

– Смотри! Вот она, единственная открытая для нас дверь. Если поставить тачку на дыбы, то она заменит лестницу.

– Придется тебе поднапрячься и подтянуться на руках.

– То есть, первым полезу я?

– Ну да! Ты же почти два метра ростом!

Сказано – сделано. Через несколько минут, перепачкавшись и порвав рукав рубашки, я оказался на черепичной крыше загадочной фермы. Я протянул Йану руку и помог взобраться на край. До каменного пола было метра два с половиной. Мы слезли сначала на балку перекрытия, а оттуда спрыгнули вниз.

Поднятая нашим приземлением пыль клубилась в тонких лучиках света, который просачивался через щели между черепицами и крохотными оконцами под потолком. Под ногами шмыгали насекомые, и хрустела скорлупа, в углах возились мыши, потревоженные нашим появлением. И ни лестницы, ни веревки.

Йан оглянулся на дыру в крыше, оценив расстояние до потолка:

– Интересно, гений, а как мы отсюда выберемся?

Я пожал плечами:

– Найдем выход в другом месте.

Нас встретил тяжелый дух запустения. В пустом, узком и длинном, примерно метров пятнадцать на пять, помещении друг напротив друга вдоль стен были отгорожены вольеры, по пять с каждой стороны. На полу грязь перемешивалась с засохшими обглоданными костями, на камнях виднелись глубокие следы когтей, к стенам были прибиты мощные кольца. Кое-где сохранились массивные железные ошейники с шипами и остатками цепей.

– Не похоже, чтобы здесь держали лошадей, – заметил Йан, рассматривая кованые цепи толщиной с кулак.

Искусство магии смерти, которому я учился, позволяло определять дату гибели животного или человека по его останкам. В данном случае все эти обглоданные кости принадлежали забитым не менее десяти лет назад свиньям.

– Кем бы они ни были, постояльцы этих вольеров, в последний раз они поужинали очень давно!

Кроме мусора, мышиного помета, черной плесени на стенах и чего-то еще, наподобие яичной скорлупы, при каждом шаге хрустящей под ногами мы не нашли ничего, что приблизило бы нас к разгадке. Внутри ферма производила такое же впечатление давно заброшенного здания, как и снаружи.

Однако черные пятна, подобные тем, что я видел в башне у колдуна Мельхиона, сплошь покрывали облезлые стены и свидетельствовали о близости демонических сил.

С торцовой стороны зала располагалась глухая каменная стена, а с другой – арочный проход. Мы прошли мимо вольеров, повернули за угол и очутились во втором зале, построенном под прямым углом к первому. И здесь в исцарапанные стены были вбиты толстые кольца, а в грязи на полу валялись куски ржавых цепей, перемешанные с костями. Напротив – заколоченные крестом ворота, те самые, что вели во двор. Несколько сломанных клеток из толстого металла валялись в проходе. Зал заканчивался приоткрытой обшарпанной дверью. Рядом с которой стоял тамбурин и пустая

кадка. И повсюду обильно разрослась чёрная демоническая плесень.

Йан толкнул меня локтем вбок и показал в направлении двери в конце зала. С трудом протиснувшись сквозь щель, из-за двери показались два крупных, размером с мясистого бульдога, четырехногих цыплёнка. На их розовой кожице не росло ни единого перышка, будто бы бедолаг уже ощипали, лишь бесполезные крылья кое-где покрывал зеленый тонкий пух. Животные по-куриному вскинув голову, увенчанную вместо гребня двумя короткими рогами, прошли вдоль вольеров, кудахча и склевывая что-то с земли.

Не сговариваясь, мы побежали к двери.

Квадратная комната, откуда вышли эти цыпобычки (или теляцыплята) была раза в три меньше залов с вольерами. Единственное окно, закрытое решеткой и деревянными ставнями, освещало ее рассеянным сквозь щели в дереве светом и позволяло осмотреться. Сюда же вела и та запертая дверь, в которую я стучался снаружи.

Черная плесень на стенах, потолке и деревянной мебели лоснилась бархатом. Напротив окна стояли грубо сколоченные стеллажи. Полки были заставлены обглоданными мышами книгами, десятками пыльных склянок, грязными ретортами 30 , треснутыми бутылками, колбами, перегонными аппаратами с остатками засохших экспериментов. Рядом со всей этой, засиженной мухами, алхимической утварью красовались черепа неузнаваемых животных и заспиртованные зародыши неизвестного происхождения.

Мое внимание привлекла одна склянка с розовой жидкостью, похожей по цвету и густоте на смесь крови и молока. К ней бечевкой была привязана записка: «одна капля в глаз цыпленку, три золотых за полстакана». Неровные строчки налезали одна на другую, буквы напоминали детские каракули, а цифра три была подчеркнута несколько раз:

– Для фермы Хромого Жака, – прочитал я вслух, – три на восемь бык, четыре на восемь кура, один на восемь тмин для запаха.

– Поздравляю! – воскликнул Йан. – Ты нашел рецепт создания тех цыпотелят, которых мы встретили!

На громоздком деревянном столе в беспорядке лежали бумаги с начертанными углем магическими знаками, печатями духов, диаграммами и сигилами 31 . На пробках трех маленьких склянок, стоящих тут же, была криво начертана шестиконечная звезда. А в центре стояла огромная пузатая бутыль с широким горлышком, заткнутым тряпицей. В ней, как в безводном аквариуме, плавало с десяток черных пузырей размером с куриное яйцо. Через полупрозрачную мембрану виднелись темные пятнышки ядер.

Наше присутствие потревожило черные пузыри, и они принялись энергично биться о стекло. Икринки подпрыгивали выше и выше, доставали до затычки и пытались ее вытолкнуть. Они атаковали тряпичную пробку с такой силой, что бутыль зашаталась и, в конце концов, опрокинулась. Тряпица выскользнула, и пузыри выстрелили в воздух. На мгновенье они зависли перед нашими лицами, а после половина улетела за дверь, послушные движению воздушного потока, а другие остались в комнате. Они замерли под потолком, как черные воздушные шарики.