Овертайм
Шрифт:
Тиджей запрокидывает голову и смеется.
– Какого черта ты вырядился как гангстер? Еще и эти телохранители.
– Дьявол, детка, закрой глаза.
Я хмурюсь. Он кладет руки мне на плечи и повторяет:
– Закрой глаза.
Тяжело вздыхаю и делаю то, что он просит.
– Видишь темноту? Именно так выглядит моя жизнь, когда тебя нет рядом, – громким шепотом произносит Тиджей и начинает смеяться.
Придурок!
Распахиваю глаза, толкаю его в плечо, при этом смеясь над его очередной идиотской шуткой. Он придерживает мне дверь, и я захожу в его гримерку.
–
– Думаю, ты уже знаешь ответ на свой вопрос, Морган. А вот ты на мой все еще не ответил, – произношу я и направляюсь к столу с закусками. Беру кисть винограда и бросаю ягоду в рот.
Тиджей усмехается. Замечаю, что он странно выглядит в этом костюме. Из-за высокого воротника рубашки не видно ни одной его татуировки, обычно взъерошенные волосы сейчас аккуратно уложены, а в глазах нет того огня, что обычно говорит об озорстве Тиджея.
– Может быть, я решил сменить имидж, чтобы привлечь более взрослую аудиторию.
– Ну тогда ты немного ошибся с местом проведения концерта. «Крестный отец» вышел в семидесятых, Тиджей. Боюсь, дамы за пятьдесят сейчас в клубе для любителей садоводства, а не здесь.
Морган снова начинает смеяться, а затем резко становится серьезным.
– Я скучал, – неожиданно произносит он, опираясь задницей на стол.
Мои глаза изумленно смотрят на него. И я даже перестаю жевать. Нет, нет, нет, только не это!
– О нет, нет! Не в том смысле. Дьявол. Извини. – Тиджей проводит рукой по волосам. – Мне просто нравится, что рядом с тобой я могу быть самим собой. Я рад, что ты здесь.
– Извини, Морган, но не могу сказать того же о себе. Это место просто отвратительное.
– Это потому, что ты трезвая, – фыркает Тиджей. – Нужна всего одна бутылка виски, и этот клуб будет крутиться перед глазами, словно диско-шар под потолком.
Когда он произносит эту фразу, я слышу в его голосе нотки отвращения и печали. Я шумно выдыхаю, подхожу к нему и сажусь на стол рядом с ним.
– Хэй, с тобой все в порядке?
Он отрицательно мотает головой, глядя себе под ноги, и несколько минут мы оба молчим. Конечно, его лакированные туфли очень круто выглядят, но не до такой же степени, чтобы с таким интересом их разглядывать несколько минут.
– Тиджей, две минуты до выхода, – доносится женский голос из коридора.
Морган выпрямляется и внимательно смотрит на меня. Его зеленые глаза сейчас не столь яркие, как обычно, а выражение лица такое, будто он собирается на публичный расстрел, а не на презентацию своего же альбома.
– Оставайся в моей гримерке. Здесь тихо и безопасно, – произносит Тиджей, прежде чем выйти за дверь.
Я застываю на месте, не понимая, что с ним происходит. Спрыгиваю со стола и окликаю его.
– Морган! – Делаю шаг к нему навстречу и крепко обнимаю. – Со мной не нужно делать вид, что все в порядке, – повторяю ему его же слова.
Он кивает, кидает свою фирменную ухмылку и выходит на сцену, а я возвращаюсь наверх. Подхожу к нашему столику и помимо Джессики и противной стервы Маккенди вижу Келли. Высокая брюнетка с ногами от ушей громко над чем-то смеется, а затем поворачивается боком, и я цепенею от
шока, когда ее стервозная подружка кладет свою ручонку с длинными когтями на ее живот.– Я так за тебя рада, сладкая! – восклицает стерва.
– Уже четвертый месяц! – визжит Келли. – Сама до сих пор не могу поверить!
Клянусь, я перестаю дышать.
Глава 26
KINA, YAEOW – WISH I WAS BETTER
Рид
После раскатки, вслед за парнями, захожу в раздевалку, где беру бутылку воды и тянусь к телефону, чтобы посмотреть, не писала ли Эбби.
Блонди:
Порви их сегодня. А уже завтра порвешь меня:)
Я запрокидываю голову и громко смеюсь.
Черт побери, она идеальная. Я счастливчик.
Только я собираюсь ответить ей, что жду не дождусь, как от нее приходит еще одно сообщение:
Блонди:
Келли беременна от тебя?
Какого хрена?!
Келли приходила ко мне пару недель назад. Просила, чтобы я хранил наш маленький секрет с эскорт-агентством в тайне, потому что у нее вроде как все закрутилось и завертелось с ее новым агентом. Я не знал, что она залетела. И она бы определенно сказала мне, если бы ребенок был моим. Да? Даю яйца на отсечение, что ребенок не мой. Мы всегда предохранялись, да и трахал я ее в последний раз в июне. А если все же мой?
Голова начинает кружиться, руки трясутся, и бутылка падает из моих рук.
– Эй, Рид, все в порядке? – взволнованно спрашивает Эштон, поднимая мою бутылку со скамейки.
Мне в самом деле словно не хватает воздуха, чтобы что-то ответить. Я молча беру у друга бутылку, делаю глоток и жду, когда мне станет легче. Но легче не становится.
ТВОЮ МАТЬ.
Какого хрена вообще Эбби спрашивает меня об этом прямо перед игрой?!
Тренер дает указания, но я его не слышу. Пульс громко стучит в ушах. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди. В глазах темнеет. Мир вокруг перестает существовать. Все мысли моментально вылетают из моей головы.
– Ты идешь? – толкает меня в плечо О’Донован.
Ну вроде он спросил меня это. Я ничего не слышу, кроме звона в ушах. В состоянии глубокого транса направляюсь на лед и делаю именно то, что ни один хоккеист никогда не должен делать – перевожу свои эмоции на лед.
Первую половину периода я чертовски рассеян, потерян, зол. Майклсон отдает мне пас, но я пролетаю мимо шайбы, даже не обращая на нее внимания. Когда я оказываюсь на скамье, тренер глазами мечет в меня ярчайшие молнии. Но они даже не ослепляют меня, настолько мне сейчас на все насрать.
Во время очередной атаки нашей команды я беру и впечатываю защитника «Анахайм Тойз», сорвавшего бросок Грегга, в бортик, а затем набрасываюсь на него, как гребаный шизик. Бросаю клюшку на лед и наношу удар по самодовольной роже Морицца. Он улыбается, а затем бьет меня в ответ. Чувствую вкус металла на своих губах и бью говнюка снова. И снова. Когда я немного прихожу в себя, а звон в ушах отдаляется, я вижу охреневшего от всей этой ситуации Эштона, который пытается оттащить меня от ублюдка.