Осень
Шрифт:
Вся ее одежда была насквозь мокрая и потихоньку бралась ледком. Изо рта даже не шел пар — словно она остывала окончательно. Посмотрев вниз, Рей увидела лишь мутную воду, в которой бледным блином отражалась луна.
— Я жива, — пробормотала Рей и поползла вверх по лестнице.
15: Столкновение
На парковке стояло совсем мало патрульных машин, почти все экипажи были в разгоне, и из непроходящей ледяной мороси слышались отдаленные, словно бы ненастоящие звуки сирен. Аска вышла из полицейского участка и на пробу пошмыгала носом. Детективы безбожно сопливили, а девушке совсем не улыбалась перспектива присоединиться
Был уже совсем вечер, саднили запястья, и очень хотелось есть.
«До дома, может, и дотяну», — подумала Аска, прислушиваясь к ощущениям. С другой стороны, рыжая натура настойчиво требовала если не спрыснуть мелочную победу, то, как минимум, сделать что-то непривычное.
«Вот хотя бы поем в закусочной».
В маленькой забегаловке оказалось прилично и почти уютно, с эдакими даже следами старого доброго Токио — бумажными фонариками, веревочными занавесками и низкими столиками. Аска видела такое только на картинках, и темное помещение рассматривала с щемящим одобрением. Интерьер напоминал ей о детских книжках, почему-то о манге с сорванной обложкой и старом календаре, который мама не снимала с кухонной стенки лет пять.
Аска заказала какой-то суп, острое мясо и — «а пошло оно все» — слабенькое пиво.
Сидеть за невысоким столиком оказалось неудобно, никак не получалось разместить коленки, а дорисовав в воображении плошку с супом, рыжая окончательно приуныла. «Это конечно, здорово и мило, но как мне согнуться, чтобы есть?»
Посетителей почти не было. В дальнем углу кто-то читал газету, очень по-домашнему встряхивая ее каждый раз, когда надо было перевернуть страницу. Сорью стоически ожидала заказа, с интересом принюхивалась к пряностям и вспоминала. День прошел плодотворно: она пришла на работу, была шлепнута по попе и устроила в раздевалке небольшой спарринг. После этого прибежала служба охраны, вызвали полицию, Аске на закуску выдали решение об увольнении и с тем спровадили к чертям.
В участке копы повеселились, записали показания, выяснили, что претензий стороны друг к другу не имеют. Примечание Аски «встречу еще раз — еще раз надаю» записывать не стали, но посмотрели на рыжую с уважением. Сорью вздохнула: она вспомнила свои усталые интонации и поняла, что сказано это было прохладно, больше для проформы, бравады и вообще — лишь бы верить, что все как раньше. Конечно, равнодушный тон добавил изюминки в высказывание, но девушке было не по себе.
Капитан NERV Сорью за косой взгляд в свою сторону могла прибить, всласть поиздеваться, а потом еще сходить написать рапорт о попытке домогательства.
— Ваш заказ, госпожа.
Сухонькая пожилая женщина, почти старушка, поставила на стол дымящиеся тарелки, и все посторонние мысли очень быстро испарились.
«Неужели в этом проклятом городе есть что-то хорошее?»
Аска удовлетворенно вздохнула и принялась за еду, и из ее мыслей исчез и неудобный столик, и натянутая на коленях ткань брюк, и уютный господин с газетой в углу.
Кадзи положил телефонную трубку и озадаченно погладил ухо, слегка опухшее от долгого разговора. Его контакт в Комитете требовал однозначных немедленных действий и эффекта, а означало это только одно: Гендо чем-то серьезно их всех припугнул.
Инспектор получил еще более широкие полномочия, и даже не подумал отказываться, хотя уже знал, с какой стороны подъехать к уважаемому командующему. Он встал из-за стола и пошел в зал для брифингов, который руководство ему отдало «насовсем». Редзи теперь много чего отдавали безвозмездно, потому что все отчетливее за спиной инспектора просматривались
силуэты погруженных во мрак кресел — главных кресел проклятой страны.«А ведь меня когда-то сбагрили старикам просто как отписку — очередной окурок, который должен проработать от силы одну операцию и сгореть, узнав слишком много».
Редзи распахнул сразу обе створки и вошел в набитый конференц-зал. Внутри было тесно, накурено, слышались вездесущие запахи мазей и спреев якобы от гриппа. Весь этот больнично-тюремный коктейль резко отличался от картинки: брифинга ожидали пять командиров оперативных подразделений конторы, трое чинов спецназа из полиции. С двумя контрразведчиками он пересекался раньше, но до сих пор не был уверен, в каком звании эти парни.
В полном распоряжении инспектора сейчас находилась маленькая армия, способная взять под свой контроль столицу Японии. «Так и рождаются мысли о хунтах, — подумал Кадзи по дороге к своему креслу. — Просто от нечего делать перед ответственным брифингом. Хорошо, что мне есть, что делать. Да и на черта мне сдалась эта Япония?»
— Добрый день, господа. На повестке дня у нас довольно сложная и щекотливая процедура. Во-первых, все должно быть сделано быстро, во-вторых, чисто. И главное…
Кадзи обвел взглядом присутствующих. Офицеры скучали: они не любили громких преамбул — им и так платили за все эти «чисто», «быстро» и «аккуратно». И именно поэтому Редзи всегда начинал с таких слов — по крайней мере, он был уверен, что раздраженные силовики точно не проспят что-то важное.
— …Главное — мы используем армию, но не сотрудничаем с ней. Утечки я не потерплю.
Включая проектор, Кадзи искренне надеялся, что его интонации напомнили всем о как можно менее приятных вещах.
Мисато задумчиво почесала подбородок.
На ее столе скопились распечатки восемнадцати директив, согласовать которые получалось из рук вон плохо. Ее телефон не умолкал ни на минуту: подчиненные стремились выяснить, как им следует выполнять заведомо трудновыполнимые общевойсковые приказы.
На заваленном столе майор расстелила карту, безжалостно накрывая все странные распоряжения командования NERV. Женщина впервые в жизни не могла выполнить приказы, потому что их было много и их нельзя было выполнить все одновременно. Обращение к руководству не утешало.
«Вы же тактик, майор. Согласуйте фрагменты операции. Если понадобится, задействуйте логистическую службу».
Кацураги потянулась за чашкой кофе и скверно выругалась вслух. Тон командующего был донельзя обидным и издевательским. Начальник оперативного отдела едва могла свести воедино всю схему и согласовать перемещения войск, но хуже всего было то, что она не понимала, зачем их так перемещать.
Она уткнулась пальцем в обозначение авиабазы и, прихлебывая порядком остывший кофе, пыталась вспомнить, какая пропускная способность этого аэродрома. По всему выходило, что минимальная, но именно через него предстояло перебросить семьдесят пятую дивизию вместе с приданными ей танками.
«Зачем понадобилось тащить мотопехоту за шестьдесят километров и потом устраивать ею затор на мелкой базе? Вот здесь ведь есть куда лучшее решение…»
Чем больше она смотрела на карту, тем больше понимала, что здравым смыслом тут и не пахло, потому что ключевые моменты плана развертывания противоречили не только логистике, но и логике. Кацураги встала и прошлась по кабинету, то и дело поглядывая на схемы маршрутов. Рядовые исполнители видели только отдельные трудности вроде занятых железнодорожных перегонов или под завязку забитых баз, а вот майор видела всю картину.