Обречённые
Шрифт:
— А я могу быть другом?
— Да! — Стен крикнул в трубку. — Не знаю, что у тебя там произошло. Ты всё равно мне не расскажешь. Но не смей! — он продолжал разговаривать на повышенных тонах. — Не смей расклеиваться и впадать в депрессию! Ты же самый сильный, самый быстрый, самый умный! — Я усмехнулся. — В понедельник жду тебя, напарник, — уверенно заявил Стен. — Всё побежал. В дверь звонят.
— Пока, — тихим голосом сказал я и отключился от разговора.
Мне нужно взять себя в руки и заучить сценарий, где я был просто другом. Ошеломляющая теория других вселенных. Параллельные миры, скрывающиеся за тонкой гранью наших снов. Безмятежная, тёмная аура несуществующей реальности задевает каждого из нас, оставляя прожженный след.
Волны прошлого вновь окатили меня с головой, окуная в свою историю. Помню, как заперся на чердаке заброшенного
Пять лет я искал семью Бена, но напрасно. Они словно канули в неизвестность. Мне было страшно. Страшно от того что не был способен спасти хоть кого-нибудь. Время утекало из моих рук. Люди, лица, имена, события, рождение, смерть песком просачивались сквозь мои пальцы. Щемящая боль уже не была достаточно сильной, чтобы привести меня в чувство реальности. Я утопал в болотах безнадёги, отчаяния, безысходности. Я отвожу взгляд с неба. Смотрю на свою ладонь. Десятки линий виднеются на бледной прозрачной коже. Они словно спутанные дороги, по которым мы неустанно пытаемся дойти до нашей конечной цели. Но что делать, если этой цели не существует? Как быть тогда? Загнанные в тупик мы пытаемся найти выход. Сильная личность будет бороться до конца, даже если придётся пробить новый не существующий ход. Но вот добравшись до конечной остановки, понимает, что напрасно так спешил. Ведь самым увлекательным было само путешествие. Пытался ли я спешить до своей конечной станции? Нет. Ещё одна бессонная ночь. Не смыкая глаз, не видя снов. Лишь пустота под моими ногами. Сотни жаждущих проклятых душ тянут ко мне свои руки. Измученные и голодные по чужим страданиям они трясутся в предвкушении ощутить новый прилив энергии боли. Я не могу обернуться, не могу отойти ни влево, ни вправо, не способен уйти назад. У меня только один выход — шаг вперёд. Горький отравляющий плен мирских иллюзий. Извечная борьба выбора человеческих умов между раем и адом. Просветлением и плотскими грехами. Неверные убеждения, приводящие к унынию и разочарованию в жизни. Всё это я испытал уже сотни раз в своём воображении. Вселенская дыра. Несоизмеримая ни с чем тоска, окутанная мраком, ужасом и смертью. Мне не нужно умирать, чтобы знать — моя конечная остановка пустота.
Глава 22 Бескомпромиссность
Суббота. Утро. На пороге нашего дома появился Уолтер Грейсон. Ни слова не говоря, он прошёл внутрь.
— Что-то потеряли? — спросил я.
— Да, Джошуа Николас Маккален. — Он приблизился и, всматриваясь мне в глаза, продолжил. — Или вас можно называть Дэрек Митчелл Райн? — он произнёс одно из моих имён в прошлом. — Или Майкл Нестон? Или сколько ещё выдуманных имён было у вас? Так какое из них настоящее? — Я подозревал, что рано или поздно правда может всплыть наружу, но даже не представлял, что какой-то недалёкий человечишка из пригорода будет проговаривать эту информацию, стоя наедине со мной в огромном доме. Я ничуть не изменился в лице, так как уже устал от нападок этого глупца. — Не бойся. — Его немного озадачило, что я не пытаюсь оправдаться или найти причину любезничать с ним. — Мне плевать, что вы с сестрой меняете имена направо и налево. Не моё дело. Только вот твоя сестра однажды была привлечена за убийство человека. И несмотря даже на тот факт, что дорогостоящие адвокаты вытащили юную девушку из тюрьмы, это может крайне навредить ей, когда я обвиню её в пропаже Питера Смита и убийстве Джины Лоуд. Тем более скажи мне, как семнадцатилетние подростки смогли успеть столько, натворить за свою сравнительно недолгую жизнь?
— Не понимаю, о чём вы, — спокойно произнёс я, проходя в гостиную. Уолтер Грейсон поспешил за мной.
— Не откажусь от стаканчика чего-нибудь крепкого. — Грейсон решил, что может вести как ему заблагорассудится. Он налил из графина себе в стакан. — Поэтому у меня есть предложение к вам. — Он развалился в кресле, и надменно наблюдая за мной, начал высказывать свои условия. — Мне нужен миллион наличными, и я забуду о том, что твоя сестра убила этого старика и эту размалеванную
куклу.— Я даже понятия не имею, о ком идёт речь. — Я решил продолжать держать оборону, пока не услышал следующее.
— Роза Клэйтон из противоположного дома видела и может подтвердить, что наблюдала, как Питер Смит заходил к вам домой в день своего исчезновения и оттуда больше не вышел. Где вы его закопали, признавайся, сынок? — на его заевшейся морде появилась довольная улыбка. Меня воротило от этого мерзкого мужика. Блестящий от пота лоб и щёки испускали такой отвратительный запах, что я только за это готов был свернуть ему шею. Мне ничего не стоило сделать это. Но мысли о Джейн и о том, что мне нужно, во что бы то не стало остаться в этом городе заставляли меня держать себя в руках и не позволять себе лишнего.
— Это не важно. Слова безумной старухи… — начал я, но Грейсон с радостью перебил меня.
— Или чьи слова? Людей, которые странным образом чуть ли не каждый месяц меняют имена. А? — он смаковал стакан. Звуки его чавканья звоном стояли у меня в ушах. Давление начало с невыносимой болью сжимать мою голову. Я слышал каждый шорох в районе. Лай собак за окном. Писк мышей. Разговор соседей. Игру детей на улице. Казалось, она взорвётся от жуткого шума, который стоял вокруг меня. Я повернулся к нему спиной, так как моё лицо начинало принимать звериные очертания. Мой свирепый свист, с которым я дышал, разносился эхом по комнате. Я слышал, как бешено, забился пульс у этого ничтожества. Я сжал стакан. Лишь на мгновение, не контролируя силу, я позволил себе лишнее. Он рассыпался на десятки мелких кусочков. Осколки полетели вниз, ударяясь о пол. Я не обернулся, боялся, что он заподозрит что-нибудь. Я уловил его дрожь. Словно ошалелый он соскочил на ноги и поспешил выйти в коридор. Я рванул за ним.
— И что мы не договоримся? — моё бледное как снег лицо возникло перед напуганным и уже не таким смелым Уолтером Грейсоном. Он долго молчал, прижимая шею к плечам. Его зрачки бешено скакали из одного угла глаза в другой.
— Я всё сказал, — осмелился ответить он осевшим голосом. — Миллион через две недели или я даю ход этому делу. — Увидев, что на моём лице нет эмоций от его слов, он набрался храбрости и продолжил. — И поверь, чувствую, что там не только это преступление будет обнародовано. Думаю у вас с сестрой не такое уж невинное прошлое, чтобы раскидываться шансами спастись. — Я замахнулся и пронёс кулак мимо его лица, легонько ударив кулаком по стене. Стена затрещала. Уолтер Грейсон нервозно оглядел место удара и пришёл в ужас, когда увидел глубокую вмятину. — Да кто ты, чёрт возьми? — Его трясло.
— Я тот, чьё терпение не стоит испытывать, — спокойным ровным голосом я ответил на его вопрос.
После он вылетел прочь. Не оглядываясь, он бежал до своей машины. Я услышал, как он вздохнул с облегчением только лишь тогда, когда закрыл все окна и двери своего служебного автомобиля. Я чувствовал, как трепещет его безмерная туша. Он судорожно пытается вставить ключи в зажигание. Его руки нервно обхватывают руль. Он бегло оглядывается по сторонам, опасаясь, что я всё-таки решу разделаться с ним сейчас. Он боится меня. Неужели он знал о нашем существовании? — этот вопрос не выходил из моей головы. И тут же на ум приходил только один ответ о том, что он уже сталкивался с вампирами. Догадки то или уверенность, неважно главное найти управу на него.
Сидя в одиночестве, целый день я мысленно пытался определить выход из западни, в которой оказался. Но он не должен содержать насилие и тем более убийство. Всё должно быть сделано надлежащим образом, ведь я осознавал, кто мог дать о нас достоверную и точную информацию. Благо врагов у нас было более чем достаточно. Но никто, кроме Ричарда и ничтожной кучки его приближённых не ведали, кто мы такие. Наш покровитель тщательно заметал за нами грязные следы вот уже более ста лет.
Ребекка была рядом, я ощутил её приближение ещё в несколько километрах отсюда. Она была в ярости. Её гнев ударной волной доходил и до меня. Наконец-то двери хлопнули, и в комнату влетела сестра.
— Я ненавижу этого муравья! — Она морщила лоб и скалила зубы. — Джек, наверное, никогда от нас не отвяжется! — Угнетённая и разбитая она свалилась на диван и попросила меня открыть окно. — Почему я чувствую запах гнилья? — Ребекку, как и меня, тошнило. Немного принюхавшись, она поняла. — Здесь снова был этот любопытный человек? — Я кивнул головой. — Что на этот раз ему было нужно? — Я слышал, как её зубы скрипят друг о друга от ненависти ко всем.