Недури
Шрифт:
– Тогда кто это был? – Ну, почему Эдуарду это так интересно? Ну, что за любопытство?
О, ну вот! Вот и пошла фирменная реакция Маньки выгибать левую бровь. Ну, что ж такое…
– Тебе есть до этого дело?
– Я услышал, как ты вскрикивала что-то про «жену»… – замявшись, ответил Эдик. Прямо перед тем, как услышать грохот, юноша уловил смешки с этим словом. Это его разбудило, правда, он решил и дальше подремать, поэтому особой уверенности в том, что он «словил» именно это слово, не было.
Манька кивнула.
– Ты же в курсе, что я не просто девочка на побегушках у призраков?
– Ну, типа того. – а ещё ты
– По традициям моей…Э… Семьи. Я обязана быть с одним… – ей явно трудно давались объяснения, ведь стопорилась она почти на каждом слове – Ну типа… Э… Правнуком чувака, который однажды спас мою… Ну, бабку вроде… – она щурила глаза, вскидывая взгляд в левый угол. Она, что… Придумывает?
По наставлениям дяди Ваньки, мы все выучили невербальные жесты и мимику, для лучших и продуктивных переговоров с некоторыми личностями. Нас иногда засылали на всякие там, встречи по бизнесу, так что, мы, хоть и редко, но метко, практиковались.
Эдуард молча кивнул.
– Ну, вот так как-то. – пожав плечами, заключила Мария.
– Я сделаю вид, что поверил, а ты сделай вид, что повелась на моё доверие, договорились? – ну не могу я врать на враньё. Табу у меня такое.
Машка усмехнулась и с грохотом закрыла передо мной дверь. Я остался один в тёмном коридоре. Грудь сама поплыла вверх, я сделал вид, что вдохнул. Само собой, получилось, по инерции. Хотя, справедливости ради, на секунду мне показалось, что по лёгким прошёл холодок.
Немного погодя, я вернулся в свою комнату. Как Маринка любовалась новым платьем в зеркале, я любовался своим видом. Я заснул напротив рамы и проснулся там же. Если бы Ванька увидел, как долго я трусь возле отражения, он бы непременно записал меня в ряды всем известной ориентации. НО КАКОЙ ЖЕ Я КРАСИВЫЙ, ОКАЗЫВАЕТСЯ. Даже чернушные круги под глазами не казались мне столь отвратительными, как было при жизни.
– Да уж… Я такой идиот. – опускаю взгляд на ладони. Такие живые… Может, это сон? Глупый сон? Кошмар? Да, точно, кошмар!
Голова вскинулась к потолку. Я слегка шандарахнулся затылком об стену. Тут, кстати, в своей комнате, я чувствовал все поверхности и проходить сквозь них, не мог. Хотя чего это я… Будто, люди могут чувствовать и щеголять сквозь плоскости. А вот дверь в комнату Машки, кстати, наоборот, была для меня закрыта. Ни коснуться, ни нырнуть насквозь. Ведьма постаралась. Хотя, личное пространство, все дела… Уважение ей, ну или типа того.
Слёзы слегка проступили из глаз, я мощно хлюпнул носом. За стеной послышался недовольный стук.
«Бум-бум-бум» – она явно бьёт кулаком. Такая силища. Краем глаза я уловил, как с стены посыпалась штукатурка. Невольно сработал невроз горла. Прогнав ком, я слегка поднялся. Плакать уже не хотелось. Я попробовал ударить по стене.
«Бум»
В глазах у меня появился нескрываемый восторг. Я сделал ещё один стук. Снова глухое «бум». Да, я знал, что могу трогать стены и не могу щеголять внутри них, через них, но бить по ним?! Дотрагиваться?!
Я затарабанил от радости посильнее. Град из ударов, вероятно, быстро настиг Маню, потому что за стеной послышался быстрый топот ног. Я резко замер.
Через секунду распахнулась первая дверь.
Следом вторая.
– Я. Тебя. Убью.
На моём лице расплылась приветственная, ставшая уже привычной, глупая улыбка.
Вдвоём
с Манькой, мы вот уже полтора часа тряслись по мокрой дороге. Недавно начался сильный ливень, поэтому девушка старалась ехать максимально аккуратно. К тому же, дворники абсолютно не справлялись со своей задачей. Дорогу было видно плохо.После того, как Манька застала меня избивающим соседнюю стену, она сказала такие слова, цитирую: «Ни разу не сомневалась в твоих умственных способностях, Эдуард, но, чтобы так отличиться в первый же вечер, это достойно похвалы.» На мой вопросительный взгляд, девчонка указала на электронные часы, мигающие в углу комнаты. Надо же, только тогда я заметил, что они очень похожи на мои. Циферки выстроились в знакомую полосу: «23:00».
– Время хоронить усопших. – объявила ведьма. И, учитывая то, что следом за окном сверкнула молния, освещая её безэмоциональное лицо, момент был жутким. Вряд ли это из-за молнии…
В машине я сидел молча, старался не засыпать, чтобы не схлопотать сарказм со стороны водителя. Девушка же, что-то приговаривая, то и дело выглядывала через окно на дорогу, пытаясь, видимо, лучше рассмотреть полосы, от чего её розовые волосы приобретали, как бы, седоватый оттенок.
– А куда мы едем-то? – Вот, блин, не выдержал. Сам не ожидал, что спрошу. В окне переливались ряды деревьев, в отражении которых я попытался спрятаться – Сказала «А», говори и «Б». Меня хоронить едем, да? – На кой чёрт ведьма высовывалась то и дело из окна, мне было невдомёк. Волновало меня одно и это самое «одно» я озвучил.
В голове до сих пор сидел образ этого монотонного лица и пугающих слов: «Время хоронить усопших».
Машка, в очередной раз, нырнула в машину:
– Я Матвея не обману. Раз сказала, что душу твою отпущу, значит отпущу. – смахивая дождевые капли с волос, отчитала Маша.
Нервозность слегка успокоилась. Я немного расслабил плечи. Бог знает, почему я ей так доверял, но меня и это тоже мало волновало, честно говоря.
Вдалеке стали еле-еле различимы неоновые буквы. Когда мы стали подъезжать чуть ближе, я смог увидеть название: «Мотель: Белая розочка». О, вау. А название-то… Загляденье.
Машка подъехала настолько близко, насколько смогла.
– Приготовься, придётся много побегать. – она достала с заднего сиденья свою сумку и начала там что-то укладывать – Смотри, заходим по очереди. Там при входе будет штук пять ребятни, нужно будет их поймать. Давно хотела это сделать, но всё руки не доходили. Мои люди в 9013 номере подготовили пять стульев. Нужно будет детишек туда всех засадить. На ловлю детёнышей тебе три часа, справишься?
– А ты что делать будешь? – недовольно спросил я. Тут меня подписывают под какую-то авантюру, не хотелось бы одному влипнуть в какое-нибудь дерьмо – Детишки непростые, как я понимаю. Что-то я сомневаюсь в своих способностях.
– Умственных, полагаю? Слушай, Эд. Меня не волнует, как ты это сделаешь. Сделай и всё. Отвечая на твой вопрос: я буду спать. Ты ж разбудил меня танцем с бубном, забыл? – Манька заглушила тачку и открыла дверь – Давай, вперёд. Не ссы.
Деваха ловко вынырнула из автомобиля и в мгновение ока оказалась в дверях мотеля. Изобразив жест рукой, как бы зазывая, она скрылась в помещении.
«Во, влип.» – пронеслось в голове. – «Ну, надо ж было сдохнуть. А бабушка говорила, что на «том» свете отдохнём. ОтдохнЕм, когда сдохнЕм. Враньё!»