Не опоздай...
Шрифт:
– Иньяцио, не пытайся его выгородить! Я видел записи камер видеонаблюдения, – отмахнулся его хозяин. – Я видел, как он вошел к тебе на цоколь…. А потом вы оба появились, и ты был весь в крови! Или ты и это станешь отрицать?
– Нет, мсье, все правильно. Мсье Франсуа в самом деле заходил в мою комнату… и очень вовремя.
– Как это?
– Я действительно сам разрезал себя… а мсье просто появился вовремя и… и не дал мне довести задуманное до конца!
– Иньяцио, черт побери, говори толком, что ты там «задумал»?! Неужели ты надеешься, что я поверю в этот бред? Поверю, что ты сам себе хотел губы разрезать???
–
– ???
– ???
Герардески переводил взгляд с одного на другого.
– Франсуа! Что он несет?!
– Я сказал Вам правду, мсье.
– Заткнись! Франсуа?!
– Ммм… я в самом деле вошел именно в тот момент, мсье, – подал голос управляющий.
– Все так и было?
– Да, мсье.
– ХМ!
Молчание длилось на этот раз слишком долго.
– Ну… и кто из Вас врет?... – прищурился хозяин поместья. Потом снял трубку телефона внутренней связи: – Мсье Сингха ко мне!
Сингх появился через минуту. Словно он тоже был все это время по ту сторону двери.
– Мсье Сингх!
– Да, мсье Герардески?
– Вы видите этих двоих?
– Вижу, мсье.
– В карцер! Обоих!
– ? Обоих, мсье Герардески? Но один из них – Ваш управляющий…
– Вы не ослышались, мсье Сингх. ОБОИХ!
Раджив Сингх чуть улыбнулся своей дежурной дипломатической улыбкой и почтительным жестом пригласил обоих следовать за ним.
– Ты что, в самом деле хотел перерезать себе горло? – прищурился Франсуа, когда все трое уже были в подвале.
– Нет. Но в конце концов... какая разница?... Днем раньше… днем позже… что изменится?
– Что?!... – опешил де Винсент и, пользуясь тем, Сингха сейчас не было рядом, прижал юношу к стене и наклонился к его лицу слишком близко: – Не смей!... Слышишь?!.. Ты это сделаешь, только когда Я тебе разрешу! Понял?! Только Я решаю, как долго тебе жить! А ты мне пока нужен.
Иньяцио долго и молча смотрел в его глаза. Потом грустно усмехнулся:
– Я ЕЙ не нужен. При чем тут Вы…
====== LXXV. Тайна Франсуа де Винсента ======
Иньяцио шел по коридору второго этажа, прислушиваясь к тишине вокруг и попутно выключая лишнее освещение. За последнюю неделю гости вселились почти во все комнаты в этом крыле, и работы прибавилось. Но час был поздний, и все уже спокойно спали. Стоп! Нет, похоже, спали не все… Молодой человек заметил, что одна из дверей приоткрыта, и из щели пробивается яркий луч света. Может, что-то не в порядке? Иньяцио подошел ближе и с удивлением обнаружил, что это – комната управляющего гостиницы, на двери красовалась табличка с номером сто тридцать три. Ну да, это та самая дверь. Очень странно, что она сейчас открыта. Юноша прислушался – внутри было тихо. Он осторожно постучал.
– Мсье Франсуа! Вы здесь?...
Никто не ответил, и Иньяцио осторожно постучал еще раз. Почему-то сейчас в памяти всплыли события двухмесячной давности, когда вот так же Франсуа де Винсент вошел к нему в каморку… тот, наверное, тоже стучал, но Иньяцио тогда был в таком состоянии, что не услышал…
Стук повторился. И результат повторился. Юноша нахмурился. Подождал еще немного и вошел.
–
Мсье Франсуа?..В комнате действительно горел яркий свет, слишком яркий для этого времени суток. Управляющий «Жиневры» сидел на своей постели, спиной к двери и никак не реагировал на вопрос.
– Мсье Франсуа… это я, Иньяцио! У Вас все в порядке?
– Сегодня день ее рождения.
– ? Чей день рождения, мсье?
Де Винсент ничего не ответил. Прошла еще пара минут, а он все сидел и молчал. Молодой человек в небольшой растерянности подошел к нему и сел рядом, прекрасно понимая, что сейчас вновь нарушает правила…
– Мсье Франсуа?... Что случилось? Я что-то не то сказал?.. – его взгляд упал колени управляющего. – Кто это?
Франсуа повернул к нему свое лицо, словно только что очнулся. Лицо было бледное. Обычно такое лицо у него бывает перед приступом. Но зрачки глаз не увеличились… Странно. На коленях мужчина держал фотографию. Фотография была в рамочке за стеклом, в котором отражались блики искусственного света. Он так бережно прикасался к ней, что Иньяцио спросил:
– Это она?
Де Винсент молча кивнул, не глядя на него.
Из-под стекла на них смотрела молодая женщина в красном платье. Блондинка. Она смотрела и улыбалась. Фото было не профессиональным, но очень хорошим.
– Да. Она… Моя Лаура… – еле слышно пробормотал управляющий, не сводя глаз с портрета.
– Красивая женщина! И счастливая…
– Да… Она очень красивая!... Мы были очень счастливы…
Последняя фраза прозвучала как-то сдавленно и в прошедшем времени. Словно говоривший отказывался верить в то, что говорил…
– Были?..
Молчание.
– Вы никогда не рассказывали о том, что у Вас кто-то есть, мсье Франсуа, – негромко сказал Иньяцио. – А где она?.. Я хочу сказать… где она сейчас?
Франсуа де Винсент удивленно взглянул на сидящего рядом, словно тот ляпнул откровенную глупость, и кивнул на портрет в своих руках:
– Так вот же она!..
– А… – Иньяцио открыл было рот, но тут же его закрыл. – Вы позволите?...
– Убери руки! Не смей ее трогать! – тут же рявкнул де Винсент, дернув плечом.
– Извините, – юноша поднялся на ноги и сказал: – Я пойду… спокойной ночи, мсье.
Но едва он подошел к двери, как управляющий окликнул его:
– Постой!
Он остановился.
– Сюда иди!
Иньяцио вернулся и встал перед ним. Де Винсент осторожно поставил фото на прикроватную тумбу и тоже встал на ноги:
– Ты зачем заходил?
– Я увидел свет в Вашей комнате, и дверь была не заперта… Я постучал, а Вы не отзываетесь.
– И что?
– Ну… я подумал, что с Вами что-то случилось, мсье. Вы никогда раньше не оставляли дверь в свою комнату открытой в такой поздний час.
– Разве? – рассеянно отозвался де Винсент. Его мысли сейчас точно были не здесь, не в этой комнате.
– Да, мсье.
– А… сколько сейчас времени?
Юноша бросил взгляд на свои часы:
– Без четверти двенадцать.
Франсуа молчал, по его лицу вдруг пробежала судорожная гримаса. Он явно нервничал.
– А… почему ты сам болтаешься по коридорам в такое время?!
– Потому что я сегодня дежурю мсье, – спокойно объяснил стоящий перед ним.
– Вот как?..
– Да, мсье. Я провожу плановую проверку всех помещений.