Не опоздай...
Шрифт:
Мужчина упрямо помотал головой.
– Я никуда не уйду отсюда, обещаю. Пожалуйста! Мне правда уже больно, – он еще раз брякнул наручниками о железную ковку, в которой был пристегнут.
– Больно? – ухом отозвался Франсуа, потрогав пальцем его нижнюю губу и потянувшись к ней своими…
– Мсье Франсуа!..
Но было поздно, рот управляющего уже приник к губе Иньяцио, прощупывая место будущего укуса… зубы вампира слегка прикусили тонкую кожу… Пленник резко мотнул головой, пытаясь вырваться, это конечно не удалось, но де Винсент вдруг сам отпустил его, ослабив хватку и отступив на шаг
– Я не хочу делать тебе больно, – задумчиво сказал он, впившись взглядом в место будущего укуса, подумал немного и добавил: – Погоди-ка! Я знаю, что мы сделаем!...
– Что? Вы снимите с меня наручники? – подсказал Иньяцио почти радостно.
– Где-то там у меня был скальпель, – поделился Франсуа, направляясь в ванную и словно не слыша его вопроса. – Сейчас! Подожди немного…
Юноша закатил глаза и досадливо покачал головой. Скальпель? Он решил его не кусать, а разрезать?!.. Вот спасибо! Благодетель! Управляющий «Жиневры» скрылся за дверью ванной комнаты и какое-то время не показывался. Иньяцио принялся про себя отсчитывать секунды… двадцать… сорок две… Прошло уже больше четырех минут, а Франсуа все не появлялся. Пленник находился сейчас в таком напряжении, что готов был зубами перегрызть свои оковы! Двести шестьдесят восемь… двести семьдесят…
Внезапный шум в ванной заставил его прервать свой «метроном», а в следующую секунду тишину взорвал громкий звон стекла о кафель! За приоткрытой дверью совершенно точно что-то рушилось и какие-то стеклянные и явно металлические предметы громко падали и катились по полу…
– Эй! Что у Вас там?...
Вместо ответа раздался еще один звук, тяжелый и глухой, звук падающего тела! А потом стало тихо тихо, словно ничего не произошло. Иньяцио напряженно прислушался и крикнул:
– Мсье Франсуа! С Вами все в порядке?
По-прежнему тишина. Юноша подождал еще несколько секунд и закричал:
– Мсье Франсуа?.. Вы живы?!... Скажите что-нибудь!... Мсье!...
Никто не отозвался. Иньяцио что было сил дернул пристегнутую руку на себя, но железный браслет лишь сильнее врезался в запястье. Пленник застонал от боли и закричал:
– Эй! Кто-нибудь!... Сюда!...
Коридор, похоже, был безлюден, и молодой человек в отчаянии снял сбой ботинок и швырнул его в закрытую дверь номера. Ботинок звонко ударился каблуком о дерево и отскочил на ковер.
– ЭЙ!.. ЛЮДИ!.. ПОМОГИТЕ!!!... – заорал прикованный к кровати и в отчаянии швырнул в сторону двери второй ботинок.
Подождал немного и схватил настольную лампу, она-то была гораздо тяжелее его башмаков! Лампа с грохотом ударилась о закрытую дверь и со звоном разлетелась по полу. Уже лучше!
– ЭЙ! КТО-НИБУУУДЬ!!!..
Наконец-то! В коридоре послышались приближающиеся шаги, кто-то из постояльцев открыл дверь своего номера:
– Что случилось?..
– Вы слышали шум?..
Входная дверь в комнату распахнулась, и перепуганная горничная остановилась на пороге:
– Что случилось, мсье?... Ой! Иньяцио!...
Юноша выдохнул с облегчением, никогда еще он не был так раз ее видеть!
– Оксана! Ну наконец-то!.. Срочно приведи
сюда мадам Натэллу!– Мадам Натэллу?... Она вернется только завтра… Иньяцио, господи, что здесь случилось? – девушка в страхе оглядывалась по сторонам, приближаясь к нему.
– Завтра?.. Черт!... Она нужна сегодня!...
Девушка подошла к нему и тут заметила наручники.
– О, боже, Иньяцио! Что это?!.. Что случилось? Кто тебя здесь запер?..
– Да никто меня не запирал… Вот что, Оксана, спустись пожалуйста в ее кабинет и принеси мне…
– Иньяцио, она всегда все запирает, ты же знаешь! – горничная дрожащей рукой погладила его по волосам. – Дорогой мой, ты не должен здесь находится в таком положении! Скажи мне, где ключ, и я тебе помогу…
Она стала быстро выдвигать все ящики комода, бегло просматрвиая содержимое.
– Оксана, что ты делаешь?! Это личные вещи мсье Франсуа!
– Но его же нет… Где ключ от наручников, Иньяцио?
– Нет его здесь… Оксана, послушай! Остановись!.. Загляни, пожалуйста в ванную и скажи мне, что там?
Девушка удивленно посмотрела на него, но послушалась. Она приблизилась к ванной комнате и осторожно вошла внутрь… И конечно же, сразу раздался ее визг!..
– Что? Что там такое?!..
– Мсье Франсуа? Мсье, что случилось? Вам плохо?... – услышал он ее причитания.
– Оксана! Вернись!.. Не трогай его! – крикнул он почти грозно, – Оксана!...
Она вновь появилась в комнате, прижимая руки к груди.
– Господи, Иньяцио! Он там… лежит…
– Что? Что с ним такое?!... Он в сознании?!
– Дда… да… кажется… Но он… он…
– Крови нет? Пена изо рта?.. Он дышит?!
– А?... Да, да, он дышит!... Но, по-моему, он не в себе… Надо срочно ему помочь… я сбегаю за аптечкой!
– Нет, стой!.. Стой! Не надо аптечки!.. не подходи к нему!
– То есть? Иньяцио, я не понимаю… ему помочь надо…
– Я сам. Я сам все сделаю! Оксана! Пожалуйста, найди кого-нибудь из охранников и попроси у них ключ от вот этой штуки, – юноша опять выразительно брякнул пристегнутой кистью.
Девушка скептически покачала головой:
– Они мне никогда такой ключ не дадут. Лучше я приведу кого-нибудь из них сюда!
– Нет, стой! – крикнул он ей вдогонку, и она опять вернулась.
– Что? Они придут и освободят тебя, глупенький!
– Нет! – покачал головой пленник. – Лишних свидетелей не надо!... Вот что, Оксана… попытайся найти отмычку… ключ… не знаю… что-нибудь… чтобы снять с меня вот это… И я сам займусь мсье Франсуа. Только никому ни слова!
Она подошла к нему совсем близко и обняла за шею.
– Пожалуйста, – прошептал Иньяцио, прижимая ее у себе свободной рукой, – пожалуйста, Оксана… помоги мне…
– Я помогу тебе, – кивнула она почти клятвенно. Потом посмотрела ему в глаза и вдруг поцеловала в губы! – Я освобожу тебя, дорогой мой… я все сделаю! Потерпи немного…
– Я верю тебе… Только, пожалуйста, быстрее!
Она кивнула и отступила на шаг, ее пальцы продолжали судорожно гладить его щеки и плечи…
– Я помогу тебе!.. Верь мне… Я сейчас! – кивала она, чуть не плача, и бросилась вон из комнаты, сообразив все же затворить за собой дверь, чтобы не привлекать лишнего внимания.