Чтение онлайн

Легар улыбнулся и успокоил кобольда:

– Мы обязательно останемся, Мургураш. Рыцари и маги не оставят вас одних в этих гнусных подземельях.

– Я тоже останусь с тобой, великий Мургураш. — Стукнув кулаком по столу, сказал Эоллег — Я ведь полуорк и у меня даже нет клыков. Почти нет. Совсем маленькие.

Оба князя гномов тоже решительно заявили:

– Гномы Оркерии останутся с тобой, король Мургураш. Сейчас ты и твои воины пойдёте с нами, и мы скуём для вас магические доспехи. Мы возьмём с собой столько магической стали, сколько сможем сварить, и будем работать без устали, чтобы сковать магические доспехи для всех твоих воинов.

Мургураш заулыбался, сверкая зубами и спросил:

– Вы скуёте доспехи всем лепреконам, лешим и домовым? Они ведь тоже присоединяться к нашей армии.

Князь Болрин посмотрел на князя Лобрина, приходившегося ему родным братом, гномы ухмыльнулись и сказали разом:

–

Всем скуём, лишь бы навсегда избавиться от этой подземной нечестии, король Мургураш. Для этого мы и своего собственного золота не пожалеем, ведь нам тогда достанутся все подземелья Илмирина и мы заживём совсем по другому.

Легар улыбнулся и с улыбкой воскликнул:

– Тогда за работу, друзья! — Вставая из-за стола он всё же не выдержал и спросил — Эй, король лопоухий, где ты нашел себе новые зубы? Свои-то ты вроде бы давно уже съел.

Кобольд рассмеялся и ответил:

– Когда ты выбил королю Колдерии зуб, я его подобрал. Теперь у него только половина зубов, зато у меня полная пасть.

Стания подошла к Легару и тихо сказала:

– Легги, чтобы ты мне ни говорил, но я сейчас же свяжусь с дедом и обо всём ему расскажу. Маги всех орденов Илмирина должны принять участие в этой великой битве.

– Я не против, Стания. — Ответил с улыбкой Легар — Лишь бы они успели собраться в дорогу и прибыть в Лунную долину. Ты только не забудь предупредить его о главном, далеко не все обитатели Илмирина понимают, что гремлины это враги. Очень многие гоблины, люди и даже привечают их.

Подошедший Уртулай прибавил:

– Орки, особенно горные, которые живут в пещерах, тоже.

Вечером пятого дня Легар со своими спутниками стоял на огромной каменной площадке у подножия горы Большой Сайате-Агвур. Ну, назвать большой эту гору, высотой всего в два с половиной километра, у него язык не поворачивался. Он видал горы и повыше. Зато эту гору тролли ещё в глубокой древности превратили в удивительно красивый обелиск. Гора голубого гранита, имела из-за этого геометрически правильную форму. Два стоящих рядом треугольника и ромб, стоящий между ними. Нижние края ромба очерчивали два лестничных марша, а ровно посередине его пересекала широкая полка-терраса. Левый лестничный марш шириной в пятьдесят метров, ещё задолго до полуночи заполнили эльфы, а правый, с куда более высокими ступеньками, тролли. Число воинов-троллей увеличилось уже до полутора тысяч потому, что на самом верху стоял император Зелёной Элторнии со своей очаровательной супругой.

Тролли и эльфы Сайате-Агвура стояли на вперемешку террасе и лишь в самой середине, перед треугольными каменными вратами, запечатанными драконами, оставалось свободное место. До той минуты, когда свет Большого Брата, поднявшегося точно над вершиной Большого Сайате-Агвура отразится в зеркале, установленном на вершине Малого Сайате-Агвура и осветит врата драконов, оставалось полчаса и Легар, сидевший верхом на Буре, не торопился. Рядом с ним замерла верхом на Бесси и взволнованно дышала Стания, а Эолтан стоял перед ними. Ну, а за спиной Легара стояли и сидели верхом на грифонах тысячи магов и рыцарей из всех магических орденов, собравшихся в Лунной долине в обстановке строжайшей секретности. Ну, а за ними, под кронами величественного дубового леса стояла двадцатитысячная армия больших народов, а на ветвях священных дубов возилась и копошилась неисчислимая армия малых народов.

Любители подземелий и расщелин, а также большие мастера по части розыска золота и драгоценных камней, кобольды и лепреконы, бесшумные лесные скитальцы лешие, пугливые домовые и даже озёрные шалуны-водяные. Все они охотно откликнулись на призыв пусть и не самых рослых и сильных своих собратьев, но зато самых воинственных — кобольдов. Все пришли со своим излюбленным оружием, но кроме кобольдов никто не пожелал облачаться в доспехи, поскольку имели свои собственные средства защиты. Каждый малый народец прислал своих самых лучших и могучих воинов потому, что древние предания и легенды обещали им великое чудо преображения. Ну, а поскольку все они обладали поразительными магическими способностями, то эта армия собралась быстрее всех. Ну, а ещё все они мечтали выжить в битве, чтобы потом отправиться на просторы Зелёной Элторнии, правда, не все. Кобольды, самый малочисленный малый народец, решили собраться в Лунном княжестве. Легар, вспоминая, как приняли короля Мургураша в замке Сайате-Агвур, улыбнулся и Стания, увидев его улыбку, тихо попросила:

– Легги, может быть поднимемся к вратам?

Легар вздохнул и ответил:

– Ну, давай поднимемся. Всё равно от этого ничто не изменится. Хрустальная арфа ведь всё равно установлена на постаменте и независимо от того, будем мы стоять здесь или поднимемся

наверх, всё равно зазвучит только тогда, когда на неё упадут лучи Большого Брата. Эл, а ты что скажешь?

Дракон молча пожал плечами и стал плавно подниматься в верх на своих невидимых днём, но слегка заметных ночью, огромных крыльях. Это произвело на всех огромное впечатление, но в ожидании обещанной чарующей мелодии, все выражали свои чувства тихим шепотом. Бур и Бесси распахнули свои белоснежные крылья, мощно оттолкнулись земли, покрытой вытоптанной травой, и стали быстро догонять Легара, чуть слышно курлыкая. Грифоны и Эолтан, перелетев через балюстраду, приземлились справа от гранитного постамента с возвышающейся на нём хрустальной арфой. Бур и Бесси немедленно легли на живот. Почти никто из зрителей, эльфов и нескольких десятков троллей, поднявшихся на террасу, кроме тех, кто стоял рядом с запечатанными вратами, не мог видеть хрустальной арфы, в этом плане зрителям, стоящим на лестничных маршах, повезло куда больше. Но очень многие эльфы захотели подняться наверх, чтобы оказаться поближе. Легар посмотрел на эльфов и троллей, стоявших позади них, ухмыльнулся и сказал:

– Ну, мы-то, когда закончится этот ночной концерт, уже через десять минут окажемся в своих покоях, а вот что будут делать они, для меня полная загадка.

Стания вздохнула, поцокала языком и отозвалась:

– Ох, Легар, до чего же ты примитивный тип. Ничто тебя не трогает, даже эта волшебная, чудесная ночь. Разве ты не чувствуешь, что на нас сейчас с небес смотрят боги?

– Нормальные боги, кроме одной парочки, по ночам спят, моя девочка, а вот я уже забыл, когда спал в последний раз. — С насмешливой улыбкой ответил Легар.

За этой шутливой перебранкой время прошло быстро, Большой Брат поднялся над вершиной Сайате-Агвура, зеркало собрало его свет и метнуло осязаемо плотный, серебристый луч на хрустальную арфу с золотыми струнами. И тут же она издала мощный, громкий и торжествующий аккорд, затем второй, третий и над Лунной долиной зазвучала чарующая мелодия. Под её звуки бесшумно распахнулись каменные врата и Легар, не отрывавший от них взгляда, быстро соскочил с Бура и легонько дёрнул за ногу Станию, глядевшую на то, как вибрируют в луче лунного света золотые струны. Девушка встрепенулась, но, вспомнив, зачем они здесь, перебросила ногу через седло и спрыгнула на руки своего любовника. Осторожными шагами все трое приблизились к открытым вратам и увидели за ними небольшое помещение с постаментом, на котором лежала громадная обоюдоострая секира Синий Гнев Богов. Легар повернулся к владыке Сильмаору, помахал ему рукой и тихонько позвал:

– Пс-с-т… Силь, иди сюда.

Владыка тронул за руку сына, они подошли и эльф шепотом поинтересовался:

– Ты думаешь её уже можно выносить?

– А ты подумай сам, пока музыка играет, самое время вытащить эту бандуру, пока боги развесили уши и слушают. — Ответил Легар — Знаешь, у меня к ним нет никакого доверия. Что если, как только эта стеклянная брынчалка замолкнет, двери возьмут и снова захлопнутся? Так что давай лучше вытащим секиру сейчас.

Все впятером они шагнули вперёд и четверо мужчин довольно легко подняли Синий Гнев Богов. Не то что бы секира оказалась слишком лёгкой, но и не была неподъёмной. В руках такого могучего тролля, как Кер-Балл, она точно станет порхать, словно ласточка. Легар и Эолтан подставили под длинные лезвия секиры плечи, владыка Сильмаор и принц Дольфаон подставили плечи под длинную, резную красную рукоять и, ведомые Станией, они бесшумно вышли из хранилища. Двери за ними так и не захлопнулись, а арфа всё продолжала изливать в Лунную долину свои божественные звуки и так продолжилось более получаса. Наконец мелодия утихла последним, долгим, звенящим аккордом и владыка Сильмаор ликующе крикнул:

– Рыцарь Кер-Балл, прими из наших рук священное оружие.

Тролль шагнул вперёд к своей секире, а жена владыки Лессерина, красавица Тевлиона, к арфе, сняла её с постамента и прижала к груди. Кер-Балл опустился на колени, низко склонился и поцеловал оружие, изготовленное богами, а эльфийка ударила пальцами по струнам и запела древнюю песню:

Эршад тауд тет, арди Сайате-Агвур,

Сэйлор тарен, бай дел лартан улрин…

Арфа в её руках звучала так же громко, словно её струны перебирал своими серебряными пальцами Большой Брат. Все тролли и эльфы подхватили эту торжественную песню, под звуки которой, когда-то очень давно, в совершенно незапамятные для многих народов времена, маленький отряд, состоящий из троллей и эльфов под предводительством Сильмаора Неистового и Кер-Гартака, выходил из Сайате-Агвура на верную гибель. Когда отзвучали последние аккорды этой песни, Кер-Балл встал на ноги, поднял вверх Синий Гнев Богов. Он шагнул вперёд огромную секиру осветили лучи Большого Брата, поднявшегося в небо уже достаточно высоко. В серебристых лучах она вспыхнула синим пламенем и тролль оглушительно прокричал: