Чтение онлайн

– Принцесса Аурелия мною спасена и благополучно выдана замуж за короля Альфаро, а это, господа маги, вам на закуску. Прошу любить и жаловать, чёрная ведьма, заморившая до смерти семнадцать юных девушек. Аурелия должна была стать восемнадцатой, но её участь оказалась куда более счастливой.

– Король Альфаро? — Удивился верховный маг — Никогда не слышал о таком. Из какого он королевства, Легар?

Легар с сокрушенным вздохом ответил:

– Из королевства троллей Зелёная Элторния, Селенус. Ладно, допрашивайте лучше эту бестию, а не меня. Я устал, хочу жрать, но ещё больше хочу спать. Сейчас зайду в свою квартиру, возьму кое-что из вещей и отправлюсь куда-нибудь в горы, но далеко улетать не стану. Да, кстати, Селенус, квартиру я освобождаю. В этой вашей цитадели даже дракону пожрать не дали, так что уже тогда говорить обо мне? Все вещи из неё пусть маги снесут на склад, но чтобы далеко не прятали и в мой сундучок с золотом руки не запускали. И вот что ещё, если в следующий раз снова пошлёте за мной кого-нибудь, то сначала

подумайте, кого посылаете. Следующему хаму я переломаю все руки и ноги.

Буран выплюнул цепь из клюва и уже было развернулся к выходу, как верховный маг воскликнул:

– Стой, Легар! Ответь сначала, где Эолтан?

Повернувшись полоборота, он указал рукой на Клыка и насмешливым тоном ответил:

– Пострадал за свою доброту. Нас тут, между делом, ночные боги Аштавия и Таврус пригласили к себе в гости, но угощать ничем не стали. Эолтана и Клыка заперли в кристалл из хрусталя, а на меня и Бурана спустили целую прорву чертей. Ну, с ними-то я быстро разобрался, порубил всех в капусту, после чего даже попытался померяться силами с Таврусом. Пендаля я ему отвесил славного, он даже на жопе по серебряному песку проехался, после чего попал под лапу Бурана. Ну, тут он пустил в ход свои боговы трюки и на этом всё закончилось. После этого ночные боги вселили Эолтана в тело Клыка, а моего пса сделали призраком. Зато из него теперь получился отличный разведчик. Став невидимым, он может пролезть куда угодно. Даже нашел таким образом хрустальные топор и арфу, которые мы сегодня сбагрили с рук владыке Лессерину и его бабе. Это из-за них эльфы организовывали экспедиции на Проклятый континент. Так что можете слупить с эльфов за это денег или ещё чего-нибудь. Да, вот ещё что, все магические кристаллы связи, которые я приказал отобрать у магов, им будут возвращены с минуты на минуту, так что вам много чего интересного обо мне расскажут теперь.

На следующий день Легар проснулся в шатре рано утром и первое, что увидел, это облизывающегося Эолтана. Он мигом понял, что произошло и спросил:

– Ну, и чего мы так облизываемся?

Пёс-призрак широко открыл пасть, зевая, снова облизнулся и сытым голосом ответил:

– Когда ты и Буран дрыхли, я в два часа ночи, превратился в нормального пса и сразу же отправился на охоту. Вы же с Бураном всё мясо сожрали. Охота была славной. Поймал крупного поросёнка и сожрал его целиком. Потом вволю напился воды и даже искупался. Целых два часа наслаждался тем, что вновь обрёл тело, пускай даже собачье.

Легар усмехнулся и ответил:

– Ладно, теперь буду готовить для тебя что-нибудь вкусненькое на ночь, Элли, а теперь давай спать. Ещё солнце не взошло. Вот увидишь, как только рассветёт, нас обязательно опять потащат в цитадель, чтобы очередной втык сделать.

Хотя деревня Большой Шум и находилась всего в сорока семи километрах от Эвриля, её считали глухоманью и всё потому, что она располагалась в самом конце долины реки Велины к востоку от города. В своей верхней части, ближе к истоку реки, долина несколько сужалась и превращалась в довольно широкое горное ущелье, поросшее высоченными кедрами с синеватой хвоей, стиснутое с боков ещё более высокими горами с почти отвесными склонами. В Синем Бору водилась целая прорва мелкой, но очень злобной нечисти, появившейся на свет в стародавние времена в результате опытов молодых магов, а потому входить в этот лес никто, кроме жителей деревни и магов, не решался. Деревня Большой Шум с комфортом расположилась на невысоком, маленьком плато, половину которого занимало не очень большое овальное озера. С гор в него, высокими водопадами, стекали сразу три реки, а вытекала одна — Велина, делившая деревню пополам. В месте истока река имела в ширину всего метров тридцать, отличалась большой глубиной и мощностью водного потока. Ниже по течению Велина расширялась и текла так стремительно, перебраться через неё не представлялось возможным.

Из-за этого деревня называлась Большой Шум, впрочем, постоянный мерный рокот и плеск воды никому из шести с лишним сотен жителей деревни спать не мешал. Жили большешумцы неплохо, а точнее припеваючи. Плоское плато, окруженное Синим Бором, полого спускавшееся в ущелье, они превратили в большой огород и выращивали на нём по три урожая в год, благо тёплый климат позволял, Синий Бор давал им огромное количество очень крупных кедровых орехов, ими они откармливали не то что бы очень крупных, но на редкость злобных диких чёрных свиней, обладавших нежным и вкусным мясом, да, добывали в Синем Бору чёрную пушнину, стоившую очень дорого. Именно в этой деревне пятнадцать лет назад поселились Легар, Эолтан и Буран, имя которого за эти годы сократилось до Бура. Главным образом из-за вкуснейших чёрных свиней и ещё потому, что туда никто не совал носа из-за чёрной нечестии, обитавшей в Синем Бору.

Хотя у них имелся свой дом в Большом Шуме, стоявший на околице впритык к лесу и они давно уже стали в деревне своими, кроме Эолтана в лес не совались ни Легар, ни Бур. Рыцарь однажды прогулялся по Синему Бору и даже углубился в него километров на десять, но после пятичасового сражения с чёрной нечистью, с воплями вылетел в изодранной в

клочья одежде и исцарапанный до крови, не смотря на магические доспехи. Своими когтями эти хищные твари буквально искромсали его цельносшитый любимый наряд из чёртовой кожи, а всю остальную одежду и обувь и вовсе сожрали. Зато Легар обзавёлся шкурами трёх здоровенных, матёрых чёрных волков и одного столь же чёрного и потому жутко свирепого, громадного оленя и его рогами. Это произошло через полгода после того, как они нахально поселились в Большом Шуме и вернулись в эту деревню, с оглушительным скандалом завершив очередную миссию.

Изодранный в клочья, окровавленный, но весело хохочущий во всё горло, полоумный рыцарь неба доказал тем самым большешумцам, что они имеют теперь полное право жить в их деревне, хотя Бур всё же поостерёгся пойти в лес на охоту. Ну, против него большешумцы ничего не имели, так как считали, что тот справится даже с самим Хозяином Синего Бора, огромным чёрным туром, но попросили грифона не делать этого. Да, знали бы они, как обрадовали этим Бура. С тех пор грифон если и заходил в Синий Бор, то недалеко, к ближайшему глубокому овражку, который превратил в отхожее место. Из тех шкур, которые добыл в лесу Легар, молодая жена старого мельника Гримма Уверна, Энни, пошила рыцарю отличные штаны, камзол и сапоги из плотной чёрной оленьей замши, а к ним рубаху из тончайшей волчьей замши, похожей на чёрный шелк. Из остатков замши она стачала ему исподние портки, носки и перчатки без пальцев, чтобы не столько защищать руки от холода, сколько скрывать золотой браслет рыцаря. Наряд получился может быть и простой, но невероятно прочный, даже прочнее, чем из чёртовой кожи.

Рога оленя Легар приколотил над входом в свой неказистый дом с громадными дверями и всего одной единственной комнатой. С той поры они сделались в деревне своими, ведь Синий Бор, покряхтев и поскрипев, принял рыцаря. Приняли его и жители деревни Большой Шум, народ отчаянной храбрости, хотя диковатый и на дух не переносивший всех городских жителей, включая даже магов. И жил бы Легар в этой деревне припеваючи, тем более, что приглянулся нескольким молодым вдовам и совсем уж молодой жене мельника, не посылай его Золотой Марг чёрт знает куда. Поэтому он иногда отсутствовал по два, три месяца, иногда по полгода, а один раз даже застрял в Подгорном королевстве Теродан на целых полтора года. Всё бы ничего, но так уж повелось с его самой первой миссии на континенте Хедеран, что каждая последующая не смотря на весьма впечатляющие результаты, оканчивалась крупным, а иногда и вовсе грандиозным, скандалом, из-за чего Легар разругался вдрызг с магами всех орденов без исключения и стал нежелательной персоной в добрых двух десятках королевств.

О том, чтобы поселиться в цитадели Золотого Марга, теперь уже не шло и речи, поскольку архимаги и особенно рядовые маги, его без малого чуть ли не ненавидели. Более того, даже орки и те открыто выражали ему своё недовольство потому, что везде, где бы Легар не появился, он так или иначе ломал весь привычный уклад, хотя при этом и находил выход из самых неприятных и опасных ситуаций, грозящих большой кровью и неисчислимыми бедами. За свой неказистый, но очень удобный, наряд, он получил прозвище Чёрный Вестник и даже орки называли его так, пока он не снимал с головы чёрную косынку и не показывал им свой обруч с белым камнем, но и тогда они неохотно склоняли перед ним голову. Нигде, кроме деревни Большой Шум, Легар так и не завёл себе друзей, если не считать тех одиннадцати рыцарей из Золотого Марга, с которыми вместе проходил обучение в Семёрке. Ну, те парни находились на особом счету и по сути дела являлись членами его команды, хотя они и не часто работали вместе. Из-за этого и у них тоже пострадала репутация.

Ну, Легару, по большому счёту, было плевать на всё, что он и делал, доводя всех в цитадели Золотого Марга до бешенства. На него даже совершали несколько раз покушения. Правда, безуспешно. Легар за эти семнадцать лет заматерел, несколько огрубел и сделался совершенно невыносимым. Ко всем он относился настороженно и с нескрываемой иронией, драк первым никогда не начинал, но если на него нападали, то бил так, чтобы его противник уже не мог подняться без посторонней помощи. Сильнее физически он в общем-то не стал, но зато приобрёл огромный боевой опыт. Однако, получив несколько тяжелых ранений, а одно и вовсе чуть ли не смертельное, после которого маги-гномы выхаживали его четыре месяца, Легар был теперь не так гибок, как в годы своей юности и к тому же прихрамывал на правую ногу, но своей быстроты и выносливости не утерял.

Постоянно магических доспехов Легар уже не носил, поскольку они, пусть и понемногу, старели, но самое главное отнимали часть силы рыцаря и потому, однажды, очень сильно подвели его. После того случая, когда сбрендившие гномы выстрелили в него из своей пушки и ядро угодило ему в живот и доспехи прогнулись внутрь так, что у желудок чуть не разорвал лёгкие, он надевал их только перед боем. Так выходило надёжнее и давало хоть какую-то гарантию, что он не умрёт молодым. Впрочем, его молодость уже прошла. Да, тридцать девять лет для рыцаря это уже возраст, особенно если тобой постоянно затыкают самые опасные дыры. Что ни говори, но человек всё же не грифон, срок жизни которого сравним с эльфийским. Буру стукнуло уже четыреста тридцать лет, а он, иной раз, вёл себя, словно игривый котёнок. Впрочем, Легар внешне тоже практически не постарел, а лишь возмужал и если бы не бритая на лысо голова и хромота, то снискал бы себя лавры писаного красавца.