Наемник (Пришлые-1)
Шрифт:
– А вы, Чародеи, навести ее можете?
– Теоретически. Но это под таким запретом... Хотя вообще-то странно: в горах нежить и нечисть всякая обычно появляться избегает. Ладно там, оборотень или волколак, но вот то, что ты рассказываешь...
– Я к тому, что, возможно, на Гнездо и Орден зубки точит.
– Слушай, а что им всем вообще от вас надо - Институту, Ордену?
– А что им от тебя надо?- вопросом на вопрос ответил Роджер.- У них же заскоки глобальные, кто их разберет? Насчет тебя, кстати, я тут подумал: а может, тип, что тебя сюда закинул, изначально тебя убрать хотел?
– Не стыкуется. На фига такие сложности?
– Тоже верно. Со мной так не церемонились.
– Ты бы хоть рассказал, а то я вам уже всю свою подноготную выложил, а о вас пока ничего не знаю.
– А, - Роджер снова разбил
– Сколько ж у вас, людей, миров?
– голос Хельга прозвучал почти иронично - редкий случай. Роджер его проигнорировал и ответил на мой непрозвучавший вопрос:
– Миры Зоны - это миры, где Институт имеет официальный статус. Не то что бы колонии, просто миры с менее развитой технологией. Сателлиты. И пушечное мясо, вроде меня, вербуют именно там. Войны-то постоянно идут...
– А из-за чего?
– Думаешь, мне объясняли?
– криво усмехнулся он.- Я ж тогда только после Академии, звание получил, щенок совсем - и тут подкатил ко мне вербовщик. Наплел с три короба - насчет благородных целей, защиты свободы, контракт предложил - не контракт, а разлюли-малина, ну я, сопля дурная, и подмахнул в присутствии трех свидетелей. А в контракте оказалась парочка симпатичных ловушек, и не имел я по этой бумажке никаких особых прав и привилегий. Врать не буду, платили хорошо, но по условиям, меня в течение десятка лет могли в любую задницу пихать.
– Погоди-ка, а в самой Пятерке ты был?
– Как же, черта лысого! Сидели почти безвылазно на какой-то базе, якобы жестоко засекреченной, городишка рядом - смех и грех, на все это недоразумение один кабак и две нормальных бабы, так что когда на операцию послали - не поверишь, обрадовался. Я тогда секцией бронепехоты командовал - три легких машины, две тяжелых, два десятка обслуги, сорок десантников, половина - щенки необстрелянные. Вилли тогда из таких же был. Естественно, операция назначается в другом мире, и естественно, никаких координат на этот счет нам не дают. Ничего кроме карты, направления, ориентиров... Продвигаться, значит, обходя очаги сопротивления. В общем, рванули. Первая машина прошла, я на второй, на тяжелой. Прыгнули. Я сразу сообразил - что-то не так, а потом и понять-то ни хрена не успели. Такое ощущение, что с высоты метров, наверно, десять гробанулись, в машине - все друг на друга, ребята орут, двое - сразу насмерть, в том числе водитель, оптические системы - к черту... Ну, думаю, началось. Сами ослепли, другие машины вызываю - одни помехи. Делать нечего, выглядываю. Вокруг, сам понимаешь, горы, стоим метрах в двух от пропасти. Я сначала думал - сбрендил, на карте-то никаких гор... И никаких тебе очагов сопротивления, тишина и благодать. Огляделся - одна машина в котловине, вторая рядом с нами приземлилась, еще одна винзу догорает. Куда последняя делась - до сих пор не знаю. Уцелело нас - человек сорок, половина порананные, с переломами, ну, шлепнулись здорово. Ладно, думаем, ошибка, сидим, ждем, когда нас отсюда вытаскивать будут. Неделю ждем - никого. Отправил троих ребят на разведку - выяснить хотя бы, куда это мы попали и что тут к чему. Часика через четыре возвращаются мои разведчики, шары по полтиннику, волосы дыбом. Рассказывают: прошли немного, повстречали типа в кольчуге и с арбалетом, давай его выспрашивать - а с тем истерика, он их за каких-то колдунов принял...
Отлично представляю состояние того парня: топал себе по лесу со своим верным арбалетом, и на тебе - напоролся на автоматчиков...
Роджер помолчал немного, продолжил, голос его звучал ровно:
– Ну вот, опуская подробности, принялись мы тут в конце концов робингудить помаленьку. Тоннель отрыли, через который мы пришли - он завален был,- пещеры в склонах нашли - натуральная крепость, только непонятно, кто и когда построил. Оружия - ворох, топоры, мечи, ржавчина их не берет, только человеку там ничего не подходит... Потом покажу. И вот, только все более-менее устаканилось, являются ко мне два клоуна из Института, давай мне жевать насчет исторической экологии, всякого прочего... Объясняют, короче, что мы тут лишние, предлагают возвращение организовать, контракт восстановить... Ну, я как про контракт услышал - совсем взбеленился.
А с какой, говорю, стати вы решили, что я контракт собираюсь возобновлять? И из ребят моих на это никто не пойдет. Они давай на сознательность давить, про историческую экологию рассказывать... Меня и прорвало. "Где ж вы, говорю, были стервы, пока мы тут пропадали?!" - в голосе Роджера впервые за все время рассказа прозвучала неприкрытая злость.– Они туда, сюда, потом говорят: если вы не согласитесь, мы вас уничтожим. Валяйте, говорю, попробуйте. Они ребятам предложили: кто с ними уйдет, будет вольной птицей. Знаешь.
– он улыбнулся даже с некоторой гордостью, - ни один не ушел. Этих двух придурков чуть не повесили, еле отбил. Короче, попытались они нас и в самом деле уничтожить, чуть не в тот же день, только ни фига у них не выгорело, кроме неприятностей.
– Погоди-ка,- я поскреб бороду.
– У них ведь, по идее, полное техническое превосходство.
– Так это по идее...На самом деле существует у них какой-то пакт - в Пятерке, в Зоне, даже в Приграничье. Досконально не знаю, просто переброс в слаборазвитые миры высоких технологий резко ограничен. В частности, любого оружия, исключая, по-моему, только стрелковое. А потом, технология технологией, но знание местных условий что-нибудь, да значит.
– Ага. А я, значит, нужен для эффективности защиты?
– Ну так не для коллекции же.
– Я в принципе согласен. Только у меня по отношению к ребятам, смертникам, вроде меня, тоже обязательства имеются.
– Эту институтскую публику я знаю. Не дадут они тебе их выполнить, каких бы благ ты им при этом не желал.
Похоже на правду... А с другой стороны, совесть моя чиста - Друга Апачей я с весточкой отправил, а на пулю прыгать - я еще не настолько сдурел...
В распахнувшуюся со стуком дверь влетел Большой Швед:
– Роджер! Парламентеры, идут к ущелью!
Роджер поднялся, затянул пояс, физиономия - танком:
– Институтские?
– Похоже, так.
Хельг неодобрительно покачал головой и проверил, легко ли ходят сабли в ножнах. Весь пердыдущий разговор он явно списал за счет эксцентричности рода человеческого. Роджер повернулся ко мне:
– Ты со мной?
– Конечно. Спорим на пачку сигарет - будут требовать мою голову?
– Принимается. Швед, разбей.
Договорили мы уже на ходу, а потом Роджер дунул так, что я еле успевал за ним. Хельг по своему обыкновению пристроился чуть позади меня.
Так, а в ущелье, по которому мы сюда пришли, выходит эта стенка. Наблюдательный пост по уму сделан: бортик из камней, что-то типа дозорной площадки...А в нескольких метрах вниз по склону, до половины гусениц в траве - здоровенный танк. Да, хоть невооруженным глазом видно, что сняли с него все, что только можно снять и что может понадобиться, все равно внушительно выглядит. Приплюснутая громадина серо-стального цвета, ствол задран в небо, как хобот атакующего слона, колеса чуть не по грудь мне, траки гусеничные щерятся шипами размером почти в ладонь... Я не сразу разглядел троих рядом с этой махиной - один с автоматом и в хаки, двое в зеленых суконных куртках и с арбалетами. Тот, что с автоматом оказался Вилли, он сообщил - на сей раз кратко:
– Трое. Вон они.
Ага, теперь и я вижу. С обрыва тропа как на ладони, и на ней, десятках в двух метров внизу, три фигурки в пятнистой форме, еле различимые на фоне камней, один размахивает малюсеньким, меньше носового платка, белым лоскутом. Ох, не нравятся мне эти переговоры...
– Эй, стойте, где стоите!- Роджер гаркнул так громко и неожиданно, что я чуть не сверзился вниз, на тропу. Троица внизу послушно остановилась, передовой задрал голову:
– Эй, капитан Роджер! Мы хотим говорить с тобой!
– Вы со мной уже говорите.
– Может, поднимешь нас к себе, чтоб не приходилось орать на весь кряж?
– Я сказал, стойте где стоите! А чтоб не приходилось орать...
– он повернулся и бросил через плечо негромко:- Давай, Швед.
Ого! Бронепехота не шутит! Швел извлек из мешка что-то вроде пары полевых телефонов и приличную катушку провода, через пару минут один аппарат оказался внизу, Роджер щелкнул каким-то переключателем:
– Ну как, не приходится орать?
– Спасибо, не приходится,- голос в трубке звучал несколько гнусаво, но расслышать вполне можно.
– Значит, так, капитан: мы готовы оставить тебя и твоих людей в покое. Раз и навсегда.