Меморандум
Шрифт:
– Я покажу, где лежат их тела!
– Степанов!
– позвал он, -Иди с товарищем комиссаром, он покажет, где лежат наши товарищи!
Эти трое солдат, которых я послал в охранение, были проинструктированы Зверевым, и все равно не сделали так, как надо. Они были убиты выстрелами в упор, притиснувшимися к ним бандитами, поэтому звуки выстрелов были заглушены, и мы проморгали начало атаки. Одним словом, бараны. Из-за них ранили Ивана, из-за них я чуть не потерял Миньку и Советника. Когда через минуту я вернулся назад, назревал скандал. Местный начальник желал осмотреть нашу платформу,
– Приказ мой!
– сказал, -И я его еще не отменял, вы должны проявить революционную выдержку и сознательность. Пропустить!
Стас поднял винтовку, и сделал два шага назад. Начальник закрутил головой, с платформы ему руки не подавали, а лезть самому на глазах у всех враскорячку, он считал западло. Два холуя подскочили сзади, и вознесли начальственное тело наверх, один сразу же полез вслед за ним.
– Стоять!- сказал я, и он послушно попятился назад.
– Почему вы не пропускаете моих подчиненных?
– спросил начальник требовательно.
– Государственная тайна!
– я сделал круглые глаза. Такое он понимал, вся жизнь таких как он имеет смысл, только когда они могут что-то запрещать, и накладывать гриф "Секретно". Я вспомнил бесчисленное количество бумажек, которые мы с Минькой подписали за время службы и после нее, с вечными угрозами: "в случае разглашения...", и выругался вполголоса.
– Ну, хорошо!
– сказал он.
– Ведите!
– Сначала у меня есть просьба!
– он поморщился, но кивнул головой.-Один из моих людей серьезно ранен, и не может продолжать путь, нужна срочная госпитализация...
Он помахал рукой, типа: -Нет проблем!
Мы втроем, Стас, Мишель и я, подхватили Ивана лежащего на шинели.
– Держись, Иван!
– сказал я, - если что, ищи нас в Екатеринбурге, до 20 августа, примерно, мы будем там...
– Командир, - сказал он слабым голосом, -спасибо тебе, я хоть знаю теперь, за что... Миша, Стас, до свидания... Ирина, ты такая...- с этими словами он впал в забытье. Солдаты подхватили его, и отнесли на заднее сиденье Фордовского автомобиля. Мы стояли глядя вслед.
– Я жду!
– донесся голос начальника.
– Чтоб тебя!
– мысленно ругнулся я, однако нацепив на лицо приятное выражение, сказал:
– Разрешите представить вам мою команду: Товарищ Ирина - сестра милосердия , товарищ Станислав - соратник и личный друг Феликса Эдмундовича, моя правая рука - товарищ Михаил, товарищ Алексей был ранен, легко, но пока не может вставать.
– Я слышал, что у вас есть пулеметы...- сказал он, задумчиво оглядываясь по сторонам, и я поздравил себя за предусмотрительность, когда спрятал все автоматы в машину.
– Только один опытный образец, но с патронами тяжело... Товарищ Михаил, покажи!
Мишка достал из под куртки АКМС, разрядил его, и дал в руки начальству.
– Тульские оружейники сделали, специально для охраны товарища Ленина!
– я показал на звездочку.
– Какой маленький!
– восхитился он.
– Первые экземпляры поступят
на вооружение ЧК в конце этого года!– сказал я, мысленно давая себе клятву, что ни один экземпляр не попадет в руки этих козлов.
– Ну что же, - отвечал он с важностью - мы подождем, а вот мне еще говорили, что автомобиль у вас необычный.
– От японского рабочего класса, подарок Владимиру Ильичу!
Я проводил его до укрытия, где стоял наш автомобиль, зрелище конечно внушительное, но если ты не видел как он работает, то рассказывать бесполезно.
– Ниссан, товарищ комиссар! Сделано в Японии, написано по-английски для соблюдения секретности!
– Ну, это мы понимаем!
– ответил тот, -А почему не по-русски?
– Будет заменено на "Красный пролетарий", сразу по доставке в Москву!
– Вот это, по нашему!
– Знал бы ты, насколько это по нашему!
– подумал я, а вслух сказал: - Вот вроде и все!
– Вам что-нибудь надо от нас?
– спросил он.
– Немного - ответил я, -Всю информацию о бандах - раз, продукты - два, новую паровозную бригаду - три, документ прибытия-убытия - четыре!
Он пожевал губами, глянув на меня пустым глазом: -Это все?
– Пожалуй, а все остальное, по ходу дела...
Он кивнул, обдумывая что-то.
– Народу у вас немного, женщина вот опять же...
– К чему он клонит?
– мелькнуло.
Мишка вопросительно поглядел на меня, я моргнул, успокаивая.
– Вот что, - продолжил он, неожиданно решившись, - Люди вы надежные, воюете умело...
Я молчал, а Мишка аж ногами сучил от нетерпения, он и меня не переносит, когда я начинаю так медленно.
– Есть у меня трое арестованных, которых надо отправлять в Москву. Мы поймали их вчера, с документами настолько важными, что Москва хочет как можно быстрее получить их, а у меня, сами видите какие дела, банды так и норовят захватить город. В общем поезде я их везти не могу, а литерного у меня нет, да и людей тоже. Я дам вам все что вы просите, но и вы должны взять двух моих людей, и арестованных с документами. Договорились?
Я его понял, лучше свалить все на нас, чем отвечать за доставку самому.
– Расписку писать надо?
– Как положено!
– ответил он.
Я помолчал для вида, прошелся туда-сюда по платформе, выщелкнул одну сигарету из пачки и предложил ему. Он с удивлением посмотрел.
– Американские!
– пояснил я.
– А-а, подарок американских рабочих?
– От них, родимых!
– я прикурил от одноразовой китайской зажигалки, газ был почти на исходе, но в бардачке машины у меня лежало еще две. Я протянул ему.
– От кого?
– От китайского пролетариата!
– ответил я. Видно было что я вырос в его глазах, до невероятной высоты.
– Я укажу в рапорте вашу помощь, товарищ...
– Никифоров Василий Васильевич!
Я вытащил свой блокнот и записал его имя
– И ручка у вас интересная, - сказал он, глазки его разгорелись, - чем же она пишет?
– Ручка секретная, со спецчернилами, выдаются под расписку!
– Тогда конечно!
– он видимо решил узнать все, и насчет курток, и джинсов, и кроссовок, но я его прервал: