Матка
Шрифт:
Тасманов без лишних церемоний взял один из стульев с выцветшей потертой обивкой и сел к тянувшемуся через комнату длинному рассохшемуся столу для переговоров.
— Знаешь, я тут кое-что придумал, — решительно сообщил он, отвечая скорее на собственные мысли, чем на ее слова.
— Надеюсь, ты обойдешься без философских отступлений, как в прошлый раз? — насторожилась Матка, припомнив их последний разговор.
— Мне прошлого раза тоже хватило, — холодно отозвался Тасманов. — Я пришел поговорить не о прошлом, а о будущем. — Он выдержал паузу, как бы предлагая ей сосредоточиться. — С тех пор, как ты появилась, я прекратил свои исследования. А между тем я работал всю жизнь, и праздность меня раздражает. Из-за отсутствия достойной
Когда Тасманов ставил перед собой конкретную задачу, он при необходимости мог продемонстрировать и абсолютно не свойственное ему красноречие. Он давно заметил, что в случае с Маткой грубая лесть служила самым надежным источником взаимопонимания.
Матка аккуратно перебралась с потолка на стол, обхватив его конечностями с обеих сторон и по привычке держа голову в неестественном с точки зрения человека положении, чтобы видеть все в перевернутом состоянии.
— Что ж, отрадно слышать осмысленную речь, — осторожно заметила она. — Но… и что же ты собираешься во мне… усовершенствовать?..
— Для этого мне нужно изучить исходный материал, — без запинки пояснил Тасманов. — Предоставь в мое распоряжение образцы, ответь на мои вопросы, и мои предложения тебя не разочаруют.
Матка приблизилась на несколько шагов, развернула голову в нормальное положение и посмотрела на Тасманова без всякого выражения, но он всем телом, словно по нему ездил асфальтовый каток, чувствовал, как она сканировала его мысли с придирчивой тщательностью, стараясь взвесить для себя последствия подобной сделки.
— Хорошо, — прошелестела она наконец.
Из книги Чероны-Бели "Открытие памяти":
Приближаясь к рассказу об обстоятельствах, сопутствовавших моему появлению на свет, я должна подчеркнуть специфическую перемену в мировоззрении моего отца. В какой-то момент его извращенная натура отшатнулась от собственных пороков перед лицом абсолютного зла, воплощенного в его ужасном создании, и он понял меру своих прежде безудержных притязаний. Конечно, это не сделало его ни великодушным, ни милосердным; для него, как и для моей ужасной матери, было потеряно все. Однажды связав с Маткой свою судьбу, он был призван разделить с ней ее преступления и ее смерть. Однако его наблюдения касательно принципов ее существования, продиктованные причудливой смесью необузданных амбиций и безответной страсти, подкрепленные его гениальной одаренностью и беспрецедентным опытом близкого общения с Маткой, составили бесценный материал для исследований, благодаря которым мне впоследствии удалось разработать оружие против паразитарного камня, уничтожить расплод и положить конец произволу Матки на этой земле.
Чтобы передать противоречивость чувств, приведших моего отца к эксперименту по трансформе собственной природы, а также представить источник, из которого я позже черпала незаменимую информацию о сущности имаго и своем собственном происхождении, я считаю необходимым опубликовать отрывки из дневника отца, относящиеся к тому периоду, когда он после длительного перерыва вернулся к научным исследованиям и начал работать над выяснением свойств созданной им же самим паразитарной материи. Эти записи тем более интересны, что являются последними каким-либо образом зафиксированными наблюдениями отца за всю его жизнь.
Расшифровка стереографической записи:
…
Я должен избавиться от одержимости любви к ней. Я не могу больше так жить.
…
По результатам вскрытия зрелой особи, имаго представляет собой высокоразвитую, я бы сказал самую совершенную из всех существующих
паразитическую структуру. На теле жертвы формируется нечто вроде внешнего, каменного скелета, который поглощает органические покровы вплоть до деградации организма-носителя к состоянию наподобие зародышевого. Оставшееся от человека карликовое существо, синтезированное из нескольких видоизмененных жизненно важных органов, закрывается в грудной клетке особи, пронизанное густой сетью каменных нитей, блокирующих все базовые энергетические каналы, и служит паразиту чем-то вроде личного живого аккумулятора.По составу телесные покровы имаго — это минерал, но гораздо более прочный, чем любой, в том числе аналогичный по химическим свойствам, природный, так как паразитарный камень образует замкнутый сам на себя многофункциональный субстрат наподобие самодостаточного организма, что существенно повышает адаптивность и сопротивляемость внешнему воздействию. В отличие от экзоскелета насекомых, состоящего из нескольких сегментов, физическая оболочка имаго — это цельный покров, как кожа человека, поскольку паразитарный камень способен проявлять свойства как жесткой каменной пластины, так и эластичной связки (в сочленениях суставов).
Строение тела соединяет в себе признака человека и насекомого. Корпус по основному контуру человеческий, пропорции — женщина среднего роста (все особи 168 см), хорошего сложения (96/66/92). Единственное видимое отличие Матки от рабочей единицы — золотистый цвет волос (остальные особи целиком черные с темно-зеленым отливом), а также небольшая каменная корона на голове. Я как-то в шутку спросил, зачем ей знаки отличия, если рой и так без преувеличения знает ее в лицо, но в общем-то и без объяснений понятно, что это, конечно, не корона, а орган восприятия, что-то вроде антенны.
На две пары сравнительно человеческих конечностей приходится три пары насекомых. Руки и ноги идентичны человеческим с той разницей, что способны выворачиваться в суставах в любую сторону — это удобно для передвижения ползком, — а вместо пальцев длинные заостренные суставчатые когти. Вообще предпочитает ползать, в горизонтальном положении очень быстро бегает. Я кросс не устраивал, но с ее слов способна бежать не меньше суток со скоростью около 60 км/ч. Надо будет как-нибудь погонять какое-нибудь из ее отродий по пересеченной местности и зафиксировать результат. Сама-то она откажется, поймет, что я издеваюсь. В вертикальном положении бегать не способна, передвигается довольно неуклюже, так как ступня не предназначена для прямохождения — два крупных суставчатых когтя.
Насекомые конечности крепятся к спине. Ближе к бокам расположены две пары ходильных ног, заканчивающихся каждая парой длинных подвижных когтей, которыми удобно отстригать различные части тела жертв, как ножницами, или измельчать внутренние органы, как миксером. За плечами находится самая крупная пара конечностей — хватательная. Это огромные зазубренные клешни, складывающиеся по образцу перочинного ножа, как у богомола. Не то, что человеческое тело, — способны сломать бетонный блок, как плитку шоколада.
Крылья состоят из нескольких сцепленных между собой широких полупрозрачных пластин, в размахе достигают 3 м, складываются веерообразно. Если учитывать общую массу тела особи, крылья у них сравнительно хрупкие; их роль в полете скорее вспомогательная, а истинная причина, по которой имаго чрезвычайно эффективно перемещаются в пространстве, состоит в особых механизмах взаимодействия с гравитационным полем.
Летные характеристики имаго намного превосходят соответствующие возможности птиц и напоминают скорее полет стрекозы. Независимо от того, с какой скоростью и куда особь летит, она может остановиться в любой момент и продолжить движение в противоположном направлении, или на неопределенно долгий срок зависнуть в воздухе. Скорость полета, со слов Матки, до 700 (!!) км/ч. При характерной рваной траектории за имаго невозможно проследить взглядом.