Мастера иллюзий
Шрифт:
– Конечно, Паш, но потом все же верни - одна из лучших работ в этом году.
– О чем речь? Еще бутылочку "Нахимова" добавлю. А где, говоришь, студент твой живет, Любимов этот?
– Ох, Пашка, бросай ты эти сыскные штучки, ничего я еще не говорил. Живет он в общежитии на Большом, семнадцать, так что поезжай туда, может и застанешь. Серафиму Александровну спроси, коменданта, я ей позвоню. И Артема с пристрастием не допрашивай, парень хороший, ни в чем замешан не был.
– Не переживай. Разузнаю просто, вдруг припомнит что-нибудь про этого господина? Спасибо за помощь, Лега.
– Всегда пожалуйста.
– Ну, если вареников! Я позвоню, сам понимаешь - дела!
Ботинки майора гулко простучали по мраморной лестнице, а Олег Арсеньевич укоризненно покачал головой. Когда-то они с Павлом были не-разлей-вода, но в десятом классе влюбились в одну и ту же девушку, и на тебе - красавица Марина предпочла спортсмену Смолину отличника Чижова. Павел ушел в армию, а Олег сыграл свадьбу, и с тех пор с Мариной они вместе. Та часто укоряет мужа, что не приглашает старых друзей, а он до сих пор чувствует себя виноватым перед Пашкой, хоть и глупо это.
Дай бог, чтобы нашел майор своих террористов.
* * *
Санкт-Петербург. Лиговский проспект. Многоквартирный дом.
Тиканье отдавалось в голове ударами молота, забивавшего добрый гвоздь-сотку всё глубже и глубже в отупевший мозг. И чего Дима не купит электронные часы, как все нормальные люди - мелькнула единственная здравая мысль. Артем открыл глаза. Помахивая маятником-хвостом, на дальней стене висел улыбчивый заяц с циферблатом на пузе. Глаза трусливого животного ходили из стороны в сторону, высматривая крадущихся врагов. Ну, погоди, мне бы только встать и ты умолкнешь навеки, пообещал Артем.
Рядом кто-то заворочался. Любимов вздрогнул и медленно повернулся. В бок уткнулось что-то мягкое и теплое. Артем аккуратно приподнял одеяло и убедился, что они с прекрасным созданием абсолютно голые - значит, пирушка удалась. Ещё бы вспомнить, как зовут прелестницу... стараясь не разбудить девушку, он осторожно выбрался из постели и натянул плавки - почему-то они оказались на телевизоре, а остальная одежда валялась в художественном беспорядке на полу. Заяц качнул хвостом в последний раз и затих. Удовлетворенный местью Артем выскользнул за дверь.
– О, Темка встал! Доброе утро! А Венерка уже переживать начала, - сообщил Дима.
– Утро добрым не бывает, - озвучил Артем народную мудрость и сел рядом.
– Всем привет.
– Здравствуй, солнышко, - откликнулась Димина подруга.
– Сушнячок? Сейчас чайку зеленого налью. Наташа встает?
"Точно! Наташа!" - мысленно возликовал Артем и ответил:
– Похоже, что нет. Умаялась девушка.
– Ну, это нормально, - сказал Дима голосом Машкова и заржал, за что тут же получил полотенцем от Венеры.
– Все вы мужики одинаковые! Пойду будить, а то мы точно в институт опоздаем.
Оставшись с другом наедине, Артем первым делом выпил две таблетки "панангина" и поинтересовался, что было вчера. Картина вырисовывалась следующая: после телевизионных новостей Артем впал в какую-то прострацию, ушел в себя, не забывая, однако, поглощать пиво в ужасающих количествах. Появление Венеры с Натальей несколько его развеяло, а по приезду на Димину квартиру он так и вовсе разошелся - сыпал анекдотами похлеще Трахтенберга
и пел караоке, затмевая Баскова.– Я еще по Академии помню: если в компании симпатичная девчонка, так ты просто верх остроумия, - закончил рассказ Дима.
– Откуда у тебя это берется? Наташке ты очень понравился.
– Я заметил, - буркнул Артем.
– Меня другое волнует. Понимаешь, я думаю, Казанский собор рухнул по моей вине.
– Да, пьянство до добра не доводит, правильно люди говорят. Ты еще вчера нам что-то подобное втюхивал, но скажи на милость, как ты мог его взорвать, если находился в это время в "Капкане", а?
– У меня изредка бывает такое состояние, увижу что-то особенное и начинаю быстро рисовать, даже не глядя на бумагу. Потом смотрю - помарка какая-то, штрих неосторожный, и это переносится в жизнь. В прошлый раз я нечаянно чиркнул по фюзеляжу истребителя, и самолет рухнул за городом, в этот раз мазнул карандашом по стене Казанского собора - он взорвался.
– Чепуха!
– заявил Дима.
– Как черточки на бумаге могут влиять на предметы? Это просто рисунок, вбил себе в голову невесть что!
– Не скажи. На площади перед храмом моей работой даже заинтересовался один человек, хотел купить... правда, странный он был какой-то.
– Ага, ты сейчас тоже странный, вот вы и нашли друг друга! Может, пивка? Пиво с утра не только вредно, но и полезно.
Артема передернуло.
– Пойду лучше умоюсь и зубы почищу.
Так совпало, что одновременно с Артемом ванна потребовалась и вставшей Наташе. Они умывались до тех пор, пока в дверь не забарабанила Венера, требуя отдать подругу, на что Артем резонно заметил, что с похмелья у мужчин либидо повышено, и он с этим ничего поделать не может, а вот Наташа вполне даже может, чем сейчас и занимается. В итоге девушек отправили в институт на такси, хотя на первую "пару" они все равно опоздали.
Друзья вернулись на кухню, где Дима продолжил дегустировать пиво, аппетитно причмокивая и закатывая глаза. Артем уже почти сдался, когда в прихожей раздалась трель звонка.
– Кто там?
– подойдя к двери, задал сакраментальный вопрос Дима.
– Департамент полиции, майор Смолин. Мне нужно поговорить с Артемом Любимовым.
Друзья в изумлении уставились друг на друга.
* * *
Смолин подождал минуту, пока в квартире справятся со вполне понятным замешательством, и вновь нажал на кнопку, показывая в глазок удостоверение. Щелкнул замок, дверь отворилась.
– Входите, - сказал юноша с красными глазами и пивным амбре.
Майор прошел на кухню, ненароком заглянув по дороге в обе комнаты, и устроился на предложенном стуле. Да, молодые люди вчера что-то праздновали, видимо, защиту дипломного проекта. Вид у обоих изможденный, впустивший его хозяин квартиры выглядит чуть веселее - ага, вот и знакомый нектар в кружке, - а второй чем-то обеспокоен, взгляд виноватый. Длинные волосы зачесаны назад, влажные, с утра душ принял, молодец. Сложен хорошо, темно-карие глаза с вкраплениями серебристых звездочек, щеки чуть впалые от студенческой жизни, нос с маленькой горбинкой и острым кончиком - примерно так Павел и представлял художника. Лицо броское, смуглое - такой типаж любят использовать в рекламе продвинутых одеколонов и молодежной одежды. От девушек точно отбоя нет.