Чтение онлайн

— Самому старому из тех, что я знаю лично — чуть больше девятисот. И я понимаю, к чему ты клонишь — для меня это не проблема, более того, есть возможности, но давить я не буду. Прими решение. У тебя есть время до бала.

С этими словами он встал из-за стола, наклонился и поцеловав меня, замершую, в лохматую макушку — вышел.

*Отличаются коротким жизненным циклом, поэтому широко используется в научных целях по генетике пола и хромосомной теории наследственности.

Еще со времени первых экзаменов

в школе, я про себя поняла одно — лучше всего мне думается во время готовки, причем, чем сложнее блюдо, тем быстрее я прихожу к правильному решению. Еще ни разу за всё время, такого рода кулинарная магия меня не подвела, простые, монотонные действия, заученные и многократно повторенные движения, помогали мне сосредоточиться и дойти до нужной кондиции. Поэтому сейчас, спустившись на рабочий этаж, прилично испугав повара, который думал, что я пришла выказать недовольство, я попросила выделить мне маленький уголок и продукты, чтобы трудотерапией привести в порядок мысли.

Я задумала борщ. С чесночными пампушками.

Пока варился крутой говяжий бульон, я нарезала овощи, ставила тесто и думала, думала, думала. По большому счету я всё решила уже давно, но вот признаться и смириться с самой собой две половинки Леры никак не желали. И всё же, кулинария сделала свое дело, и пока руки чисто механически совершали привычные действия, от чистки свеклы, до раскатывания теста, мысли сами собой разложились по услужливо подставленным, Максом ранее, полочкам.

Когда любимое блюдо моего папы было готово, я показала, как его принято сервировать в украинских ресторанах и попросила оставить ровно две порции.

— Мисс, но что делать с остатками? — спросил краснеющий шеф. Всю дорогу, пока я готовила, он крутился рядом, подмечая наметанным глазом точные пропорции и разнообразие ингредиентов. Сейчас он смешно поводил носом, а в его взгляде читалось восхищение и восторг. Даже запах борщечка вышел великолепным. Уверена на вкус он еще лучше.

— А что хотите, можете подать его сегодня к обеду, а можете вылить.

Шеф поохал мне в спину, а я, выйдя из кухни, отправилась на поиски Макса. Через пол часа нам должны будут подать обед в наши покои, и я хочу, чтобы он оценил мои старания, а еще я дам ему ответ, который он просил.

Гуляя по просторным удивительной красоты холлам и залам, гостиным и чайным, игровым и даже заглянув в библиотеку, я удивлялась, на сколько похожи в наших, таких непохожих мирах, понятия красоты. Конечно, многое из того, что я видела в это мире, можно назвать уродливым, но и на Земле этого хватает. Наконец-то я попала в комнату, в которой сидел секретарь Феликса Лигару, он подтвердил, что Максимилиан на встрече с главой и попросил немного подождать, пока сообщит обо мне.

Когда секретарь проводил меня к мужчинам, они поприветствовали меня встав, а Макс обратился ко мне:

— Лера, что-то случилось?

— Нет, просто хотела пригласить тебя на обед, я соскучилась по готовке, и сама приготовила главное блюдо.

Мужчины уставились на меня, словно я не сварила обычный суп, а изобрела ядерный реактор. С благоговением в голосе Феликс напросился составить нам компанию, и, хотя мне хотелось поговорить с упырем наедине, я не могла отказать в просьбе работодателю, хотя кому я вру, в голосе Феликса слышалось столько предвкушения, любопытства и восхищения, что тщеславная

я не удержалась похвастать своим мастерством.

Нам накрыли в покоях главы вампирского крыла, сервировали так, как я научила: тонкие, практические прозрачные ломтики сальца, чесночные пампушки, покрытые зеленью и пиала со сметаной. Аперитивом предлагалась запотевшая стопочка ледяной водки. Мужчины, не сговариваясь приступили к трапезе, а я, хоть и хотела борща до одурения, не могла не насладиться их реакцией. В самом начале они не поверили своим ощущениям, синхронно приподняв брови, а потом наслаждение, написанное на их вампирских рожах, всё рассказало мне за них, и я, добавив сметаны, стала есть творение рук своих.

— Это удивительно, странное смешение ингредиентов и такой потрясающий результат. Я снимаю пред вами шляпу, — все же оторвавшись от тарелки блаженствовал Феликс.

— У меня нет слов, ты столь талантлива и многогранна, куда не ткни, ты всё умеешь.

Так и просилось «а еще я крестиком вышивать умею. И на машинке…», но Матроскин сейчас был не в тему, и я, скромно поблагодарив, лишь сыто улыбалась. После обильного обеда и приятной столовой беседы обо всем и ни о чем, меня клонило ко сну. Я уже и забыла, когда я последний раз спала днем. Видимо напряжение, активная мозговая деятельность и пятьдесят грамм водки, кстати она тут была несколько крепче и настояна на кедровых орешках, были для меня словно пуля со снотворным в бок. Я зевала, прикрываясь ладонью, и как только мы вышли, попросила Макса проводить меня до покоев, боясь заблудиться в неизведанном до селе крыле.

Он бережно сжимал мою ладонь, а когда я присела уже в своей комнате на мягкую софу, желая ответить, он видимо напрягся, понимая, зачем я попросила его остаться.

— У меня пара уточняющих вопросов. Позволишь? — спросила я.

— Безусловно, — поморщился он, а мне вспомнилась фраза из фильма, что присяжные тоже берут время на раздумье, прежде чем вынести вердикт*.

— Скажи вы нашли главного антагониста, того кто всё это затеял и главное зачем?

— Да, нашли, и ради денег и власти, — ответил вампир, — ты хочешь знать кто он?

— Боже упаси, доверяю в этом вопросе профессионалу. А ловить вы его будите на балу? И если да, то как? — понятно, что наживкой буду я и подробностей не требую, но раз мне придется рисковать своей максимум жизнью, минимум нервными клетками, знать хотя бы приблизительно, что меня ожидает — должна.

— Это будет чистой воды провокация, но поверь, тебе точно нечего опасаться, кто предатель нам известно, за ним будут следить неустанно, и тебя это вообще никак не каснется, к тому же моя задача… Но, не будем об этом. Каков твой второй вопрос?

— Ты способен на телепортацию? Твоего дара на это хватит?

— Да. Я даже… — дальше я не слушала. Я бросилась в объятия своего Лигару, как говорят в моем мире «с низкого старта». Не ожидая от меня такого напора, он даже немного повалился на мягкий подлокотник дамского диванчика и засмеялся. Единственное, что волновало меня — это гипотетическая возможность когда-нибудь посетить дом. Пресловутая надежда. Именно она зачастую является катализатором и истинной в последней инстанции. Возможно, у меня получится развить свои способности в достаточной мере, а мой мужчина сможет пойти со мной. Что еще желать удачливой попаданке?