Кукольник
Шрифт:
И с ним случилась неприятность. Чемпион поломал ему обе ноги удивительным приемом, подобного которому никто не видел. Ро-Грохл мог лишь ползать после этой дерзости. Его съели свои же в страшную прошлогоднюю зиму, когда стражники не сбрасывали узникам еду в течение трех лун.
– ...если, конечно, не нарушать его правила, - осторожно добавил человек со стальной заплаткой в черепе.
– Рю, - обратился Оциус уже к объекту обсуждения, - дай поразвлечься вон ту, что поменьше.
Чемпион продолжал угрюмо молчать, разглядывая свои ноги.
– Целой верну, - пообещал Сириус.
Эти слова он произнес уже на языке
– Половина фазы с той, что поменьше, обойдется тебе в коробку табака. И ты должен убить перед тем, как начнешь. Совсем убить... Не люблю, когда кто-то громко кричит.
Чемпион, как известно, общался лишь со своими вещами и собою. "Верно, за говорящий кусок стены принял" - нахмурился гладиатор.
Цена, однако, была непомерно велика за удовольствие побаловаться трупом. Да и половина фазы слишком короткий срок - разумно рассудил Оциус Сириус.
Он покачал головой:
– Ты слишком жаден, чемпион... А как насчет сушеной крысы? Нет?.. Ну, как знаешь.
Эль дрожала все сильнее под жадными взглядами узников. Руки отчаянно сжимали лук. Стрел осталось немного, но их хватит, чтобы защищать госпожу какое-то время. "Госпожа, отсюда должен быть выход!" - отчаянно шепнула она.
Орки по центру зала без конца грызлись меж собой, выясняя силу каждого, кто хотел занять место получше. Страшный человек за соседней решеткой вернулся к своему занятию - равномерному периодичному удару голой рукой по колонне. Он постоянно хмурился, будто видел в своем движении какие-то огрехи. Вслед за ним многие из актеров театра практиковались с разного рода оружием. Молчаливо и усердно.
И лишь чемпион лениво сидел на полу.
– Мясо! Мясо привезли!
– раздались вдруг рычащие голоса орков.
Гремя железным грохотом, что-то опускалось в общую залу сквозь дыру в потолке.
Клетка с подъемным механизмом - вот что это было. Цепи вращались и скрипели, лебедка надрывно взвизгнула под тяжестью груза. "Мяса" привезли не мало.
Сталь врезалась в камень.
Убийцы, пленники, беглые узники разных рас и размеров. И взгляд у них тоже разный. Взгляд сквозь стальные прутья. Испуганный, наглый, презрительный, отчаянный, бешенный или спокойный.
Дверца подъемной клетки автоматически откинулась вверх.
– Гррх!
– зарычал Ро-Гхрак, треща большими зелеными пальцами.
– Развлечемся! Назад, червяки! Я первый.
Плотно прижатые друг к другу тела вывалились в открытую решетку.
Ро-Гхрак ударил одного в череп. Что-то смачно чавкнуло, разливаясь густой маслянистой кровью. Орк давно не тренировался, и силу выталкивало из него фонтанами.
Второй - юркий эльф. Он успел пригнуться, вывернулся и даже прыгнул куда-то вниз, но Ро-Гхрак был быстрее - сверху пригвоздил его к полу костяшками пальцев. Тонкое тело брызнуло во все стороны, как дырявый мешок, наполненный красной водой.
– Гр-р! Слабые новички. Никуда не годятся!
Глаза орка наливались кровью, он искал среди новоприбывших кого-то, кто удовлетворил бы его звериную злобу на больший срок.
– Безмозглое животное, - презрительно прокомментировал Сириус из соседней камеры.
– Эй, чемпион нам стоило бы заступиться за тех, кто из людей. Ты в курсе, что нас осталось лишь двое? Вдвоем мы перебьем всю их бешеную стаю. Ты со мной?
Чемпион махнул рукой - не отвлекай, говорящая стена.
Третьим
вышел орк. Но не северный, а южный. Настоящий гигант, как и сам Ро-Гхрак. Заревел тут же, вперед бросился, размахивая кулаками.Северные и южные орки - непримиримые враги, ужиться они вместе не смогут. Поместить его сюда, значит убить также верно, как выстрелить в брюхо из пушки. Но местная стая не стремится забить его сразу всей кучей. Нет никакой доблести, разорвать одного вдесятером.
Двоих - запросто, двое - уже армия, считают орки.
Здесь же только один враг, и это будет дуэль. Северные варвары отходят в стороны, оставляя Гхрака в одиночестве.
Южный красный орк врезался в северного зеленого с мощью механического локомотива. Они полетели к стене, сшибая по пути кого-то меньше и слабее.
Казалось, Ро-Гхрак подмят и недолго ему осталось, - красный бил его сверху, словно молотом по наковальне. Бил равномерно, будто рукой его двигал незримый чугунный маховик или давление парового котла. Бил так, что инерция передавалась через зеленое тело в пол, сотрясая стены.
Но не тут то было - Ро-Гхрак тренированный воин театра, а не обычный дикарь. Он вывернулся змеей из-под тяжелой хватки. Скользкий от крови, просочился и ударил в ответ. Взял врага за шею, и принялся бить лбом в пол. Бил пока не смолол кость в труху, и голова не лопнула, как гнилой овощ, брошенный с высокой башни.
– Гррр!
– разъяренно смотрел он по сторонам в поисках следующего соперника, но новички уже успели разбежаться под шумок по темным углам. Кто к сородичам по расе, а кто забился в темные щели, как многоножка.
– Никакого мастерства, одна сила, - брезгливо скривился Сириус.
– Он обречен, да, чемпион? Ты, да я, перебьем их всех. Подумай. Или тебя не раздражает, как они рычат по ночам?
"Грольгруф, мать вашу, тьфу" - сплюнул узник, не дождавшись ответа.
Чемпион все также безучастно сидел. Хотя нет... теперь он начал катать камешек взад-вперед. И остальные узники лениво разбредались по углам, будто ничего не произошло. Вечерело. Видимо, подобное было им привычно, как наступление дня или ночи.
В дальнем углу гномы развели костер.
Здешние не любят гномов. Ибо те давние-давние союзники людей. Реже других попадают они в эту яму, только если сам подгорный король отрекается от них. А это происходит нечасто.
– Копай, Гелиом. Вниз копай, - слышится ворчливый голос.
– Вставь мозги тебе великий Сефлакс! А то что ли можно вверх копать, друг Феррит?
– кидает в ответ полностью скрывшийся в яме гном.
Стучат кирки, молоты. Ничто не может отвлечь белобородых карликов от работы. Говорят, делать подкоп они начали годы назад. А углубились лишь на два своих роста. Прочен закаленный камень.
Стражники давно заметили подкоп, но просто махнули рукой. Выбраться невозможно - все знают.
– Станцуй, - раздался голос, прерывая тишину камеры.
Сухие губы чемпиона раздвинулись, смещая грязную лицевую повязку. И он повторяет:
– Станцуй что ли.
– Чего?
– испуганно переспросила Эль.
– Умеешь танцевать? Здесь совсем скучно. Давай спляши что-нибудь. Все эльфы умеют. Я знаю.
Взгляд воина был лишен всякого осмысления, точно у мертвеца. Руки бесцельно бродили по полу. Свет мелькнул сквозь верхнюю решетку - голова по-змеиному дернулась в сторону, ища спасительной тени.