Кровь Ардана
Шрифт:
— А чего ж она её сама не объединила? — спросил Тинас.
— Потому что эта сила в неумелых руках очень опасна. Её нельзя активировать на длительное время. Артефакты берегут для крайних случаев.
— Вот он и наступил, — заверил всех Нод.
Все заверились с крайней готовностью.
— Когда мы разрушим корону? — Кровожадно отозвалась Арианна.
— Скоро, — ответил Ксандер решительно. — Только не хочу я идти штурмом на Двор, когда рядом непонятно что бродит. Это я о тени. Она хотела помешать нам в этот раз. А если в следующий заявится ещё десяток другой таких монстров.
— Думаешь
— Нужно узнать, — сказал Ксандер.
— Зато теперь понятно, чего ты раньше ванну каждый день требовал, — бросил Мааар смотря на Ксандера.
— Маар.
— Что?
Ксандер вроде даже смутился. Потом повернулся к Арианне. Я и сейчас ванну принимаю.
Нод с Мааром обменялись понимающими взглядами.
— Да вот я тоже люблю… — отозвалась сама Арианна чуть розовея щеками.
Нод подавил смешок. У него с языка уже чуть не слетело предложение залезть им в одну бадью и порадоваться жизни. Потом он почему-то посмотрел на Истрию. И видно что-то такое отразилось в его взгляде, что Истрия смутилась, навострилась и отвернулась.
А Нод так и не понял почему. Зато Соул внимательно на него смотрел. И тут Нод воскликнул обрадованный.
— Слушай, а ведь ты тогда тоже из этих?
— Из каких это таких этих? — крайне подозрительно отозвался Соул.
— Ну, аристократов. — Подсказал ему обрадовано Нод.
Впрочем, причин для радости Соул у оборотня по этому факту увидеть не ожидал.
— Да, — коротко кивнул тот.
— А ты тогда барон какой.
Тут Асмер напряжённо вскинулся.
— Или виконт.
— Граф он, — бросил Ксандер как от мухи отмахнувшись.
А Соул вроде как приосанился, хоть и так стоял вечно прямой как штык.
— И должен был в Министерство Святых уйти. Верховным аббатом там стать.
Асмер прыснул. Нод расхохотался.
— Что? — возмутился Соул. — Что такое?
— Да… ничего, — продолжал хохотать Нод. — Его святейшество Папа Соул. Ничего так.
— И чёрное тебе идёт, — подмигнул Маар.
Рисмус тактично улыбался. Но Соул и это заметил.
Ксандер решил помочь другу, который сейчас был похож на крайне высокомерного чёрного ворона. Точь-в-точь в окружении клюющих крошки воробьев.
— А помните Мастера?
— Мастер… — начал припоминать Тинас. — Да, это первый фехтовальщик Двора.
— Ага, слышал, — согласился Рисмус.
Ксандер кивнул на Соула. Оценил тот подачки или нет — понятно не было. Его несостоявшееся святейшество стоял с непроницаемым лицом.
Общий порыв уважения заполонил комнату. Только Нод не нашёл в открывшемся ничего стоящего. Вот взять да и треснуть кулаком. Или лапищей дать хорошенько, это он понимал. А тыкаться прутиком каким — пфф, тоже ему искусство.
— А ты где был? — вдруг спросил у него Соул и Нод как будто разом сдулся.
Он замолчал и поёрзал на месте.
— Я… я гулял.
Соул обличающее молчал. Нод и тут не решился ответить ему резким взглядом.
И тогда Соул отвернулся.
— В следующий раз не гуляй так, — сказал Ксандер. — Это была крайне важная операция. Кто-то мог погибнуть.
— Да… ага, — только и смог выдавить из себя Нод.
А сам пустился в очень
важные размышления.Аж по всему небу полыхнуло, так из трубы посыпались жёлтые искры. Недавно рождённый Бог подпрыгнул и с любопытством уставился вниз. Под ним простирались ровные крыши и синяя синь долгого неба. Над ним начиналась чернота беспредельного надмирья.
Он посмотрел ещё минуту вниз и зашагал дальше. Улицы освещали фонари на длинных палках. Палки были как деревья из стали с железными листьями. Острые красные колпаки мелькали по извилистым улицам. Чёрные плащи таились у подворотен. И на старой бочке танцевала лихо фея. Как раскинувшийся осьминог затих бело-голубой дворец. Бог прислушался, его называли Дворами Чудес.
Два мага столкнулись в поединке на заброшенном кладбище. Прекрасная дева выглянула из окна, восхитилось луной и выронила платочек. Потом мигом обернулась сколопендрой. Юркнула вниз по стене. Подобрала платочек и обратно в светящееся окно. Расчёсывать золотые волосы и петь песни.
Он услышал как играет на флейте подслеповатый моряк в гавани.
А сам приостановился и так и смотрел на всё это под ногами.
— Ты что здесь делаешь?
И обернулся. Перед ним стояла между небом и землёй ещё одна богиня. С пышной розовой юбкой, с чёрным бантом на юбке и волосами в полосы. Тоже чёрными и розовыми.
— Я не знаю, — честно признался он.
— Как это ты не знаешь? — Изумилась Любовь и внимательно заглянула ему в глаза.
— Не знаю как не знаю.
Они помолчали.
— Совсем-совсем не знаешь?
— Не-а.
— И даже не догадываешься?
— Мне кажется, я слон.
— Слон?
— Я не видел слонов. Но говорят, они странные и серые.
Любовь кивнула. Провела действенный внутренний диалог и тут же обрадовано вскинула палец вверх.
— Я тебе помогу! — Радостно сообщила она.
— Правда? — с надеждой спросил новичок в мире богов.
— Конечно, не могу же я оставить тебя одного.
— Ой, спасибо большое, — он подлетел к Любви и изо всех сил затряс ей руку. — А я уже не знало, что делать.
— Это ничего, я всему научу. Хотя выглядишь ты и, правда, странно. Вот штаны непонятные и тряпка у тебя сверху серая.
— Я так появилось.
— Угу, и с этим разберёмся. Но ты такой ведь хорошенький. Такой славненький. Нет, нет, ты среди всего этого один не останешься.
— Да мне нравится, — признался безымянный и посмотрел вниз.
Любовь рассмеялась.
— Нет-нет, я же не то имела ввиду. Посмотри вверх.
Он посмотрел.
— Видишь, — прозвучало утвердительно.
Пришлось честно признаться, что видит он только бесконечную черноту над ними и больше ничего. Тогда Любовь умильно улыбнулась и взяла его за руку, а потом сказала с расстановкой:
— А теперь смотри. Да-да, это красным загораются сущности. И синим тоже. А вон жёлтое видишь — то демоны поползли.
Ему оставалось только наблюдать. Тут и там появлялись сущности такие что и вообразить невозможно. Маленькие и побольше. С сорока лапками и совсем без лап. С усиками и круглые с ресничками. Их было так много, что вся чернота украсилась как звёздами чистая ночь.