Конфидент
Шрифт:
— Оно как вещь, но в ладонях тает. Нельзя, видно, между мирами материальное передавать, но кто коснётся — тот поймёт, или не для него выложено.
— Медальон? — неуверенно произнесла Кира.
Почудилось ведь ей, не могло такого быть. В школе не проходили, но и отрицать свершившееся смысла не имело.
Дарина кивнула, улыбнулась приветливо, словно услышала именно то, что хотела.
— Вот и славно. Добро не пропадёт теперь. И бери в расчёт, что, раз мёртвые к тебе интерес имеют, а не только ты к ним, не совсем беззащитна будешь. Не сразу, но повернётся дело к лучшему. И ещё одно запомни. Человек, который сегодня с твоим обидчиком был рядом, он — не враг. Сильный колдун, только глупый: на пробирки, да колбочки полагается
— Кто это? — не поняла Кира. Лишнего человека у машины не рассмотрела.
— Как звать не ведаю, да ты его узнаешь, когда встретишь. И он тебя. Спать давайте, а завтра поутру в дорогу. До трассы тут километра два, а там автобус ходит, людей на работу везёт, на нём и уедете.
Кира думала, что глаз не сомкнёт от пережитых волнений, но уснула, едва голова коснулась подушки. Дарина постелила им на одной кровати, и тепло подругиного тела рядом успокаивало, давало надежду. Вдвоём все беды казались одолимыми. Загадочный медальон и неизвестный потенциальный друг волновали теперь меньше.
Встали с рассветом, когда мир казался особенно безопасным. Дарина проводила до конца деревни. Глядя на едва знакомую женщину в трудных обстоятельствах ставшую родной, Кира думала увидятся ли они ещё или дороги разойдутся навсегда. Расставание выдалось грустным.
Матильда, уже шагнув вперёд, вдруг остановилась, обернулась:
— А табличка на кладбище с тем же именем? Я её в руках держала. Совпадение, старая родня или ты встаёшь из могилы, чтобы по земле похаживать?
Дарина не обиделась на прямой вопрос, ответила охотно:
— Нет, милая, не хожу я по земле мертвецом, как есть живая пока. А табличку сама сделала: в городе заказала, в мастерской — как все! Потом нашла на кладбище ничью подходящую могилку, да и прилепила. Давно уже. Чтобы опасались и лишний раз не тревожили.
Вот так! Одна из тайн разрешилась просто, и Кира понадеялась, что и остальные удастся перемочь. Всё однажды становится явным. Подруги поспешили к трассе.
Глава 13 Гарев
Что свалял изрядного дурака, Гарев сообразил быстро. Степеней и званий для этого не требовалось. Заявился один, в полной уверенности, что любой тут склонится перед ним априори. Он же столичный инспектор, сам когда-то школу основал, привычно считал прирученной игрушкой. Не вышло. Местные без дураков заматерели, отъелись на просторе и показали даже не фигу, а сразу клыки.
Во-первых, следовало взять с собой полевую группу, раз сам на вольном воздухе не герой, во-вторых, отмежеваться от Жеранского и действовать самостоятельно. Сумел бы и на месте найти подходящих ребят, но положился на начальственный авторитет, вот и остался и без него, и без пропавших девушек. Следовало теперь выкручиваться в предложенных другими людьми обстоятельствах.
Нестись вприпрыжку за битюгами профессора явно не стоило, но против дуроломов юная магичка могла и выстоять — их вон ветхая бабка повела бы как бычков на верёвочке, не случись рядом сильных. Убрать со сцены Жеранского показалось в данный момент самой стоящей идеей. Хотя бы на время.
Гарев брезгливо обозрел горизонт, осквернённый простоватыми деревенскими домиками, опустил взгляд на дорожные колдобины, поморщился.
— Полагаю, ваши люди теперь справятся, — произнёс он нейтрально. — У меня есть другие дела. Когда студентку найдут, сообщите как положено. Я разберусь.
Гарев знал, что неуместно смотрится на сельской пыльной улице в дорогом костюме и с городскими замашками, решил на этом сыграть. Жеранский обязан был поверить в его чужеродность потому, что и сам был другого сада фрукт.
— Хотите вернуться к своим учёным занятиям? — так же безразлично отозвался профессор, хотя в глазах блеснул огонёк.
Жаждал он убрать с дороги заезжего проверяющего, тут
и к гадалке можно было не ходить. Какие преследовал цели, Гарев собирался выяснить потом. Для начала вернуться в городок и переговорить с прочими преподавателями, сделав предварительно вид, что местные дрязги ему надоели и он уже на полпути к вокзалу. Пока доедут до города, наступит вечер, и с каждым удастся побеседовать приватно, адреса сотрудников Гарев знал.— Поедем, — предложил он. — Ваши парни как-нибудь доберутся до города или здесь подождут транспорта, раз дом имеется.
Пока они обменивались взглядами и пытались друг друга обмануть, старуха исчезла, точно её ветром унесло, но и к лучшему. Теперь пустое топтание в пыли выглядело глупее прежнего. Жеранский сел за руль. Гарев хотел по привычке устроиться на заднем сиденье, но передумал и демократически занял переднее кресло.
Чтобы расширить и углубить свою легенду, Гарев прямо из машины позвонил на вокзал, расспросил занудно обо всех отправляющихся в нужном направлении поездах, заказал билет. Поверил ему Жеранский или нет, сказать было трудно, но у профессора поджимало время, и обстоятельства менялись пока не к лучшему, мог и купиться на обставу.
Разговаривали о пустяках, смотрели на дорогу. Планы следовало скрывать, неприязнь — не обязательно. Жеранский гнал по гравийке, так что машина недовольно ухала на ямах, а уж когда выбрались на шоссе, едва не взлетела над полотном. Спешил избавиться от чужака и вернуться к непосредственному участию в погоне? Что ж, разойтись в разные стороны было желанием обоюдным.
Гарев попросил высадить себя у гостиницы, вежливо кивнул на прощанье и даже не обернулся, входя в дверь. Лишь поднявшись в свой номер, выглянул в окно. Машина Жеранского исчезла, как ей и следовало. По улице ехали другие, стоянка напротив отеля заполнилась почти целиком. Гарев с сомнением осмотрел автомобили, не надеясь выделить среди них тот, откуда за ним могли наблюдать. На всякий случай постарался запомнить каждый. Вещи собрал быстро, но уносить их пока резона не видел.
Наверное, по законам детективного жанра, следовало вылезти в окно и проползти канавами, чтобы с гарантией оторваться от возможной слежки, только Гарев не настолько всерьёз принимал игру. Тревога, если и пробуждалась, выглядела нелепой. Одно дело угрожать сопливой студенточке, другое — основателю школы со связями и солидным положением в обществе. Конспирация затевалась для простоты и комфорта расследования, не живота ради.
Учитывая невеликие размеры городка и тот факт, что преподаватели могли позволить себе квартиры в центре, Гарев надеялся управиться с расспросами быстро. Первым делом пошёл к ректору. Глава школы при том, что студентам умел внушить почтение, почти страх, на деле был человеком незначительным. Так ведь от него и не требовалось ничего иного, кроме поддержания порядка в заведении. Чисто административная должность. Гарев вежливо позвонил в солидную дверь квартиры. Дом старой застройки оказался элитным по местным меркам. Претендовал на респектабельность. Отворили не сразу. Герман выглядел заторможенным, словно уже успел принять дозу спиртного или чем он там расслаблялся, исполнив днём многотрудные обязанности.
— Можно?
— Да, проходи, конечно.
Они не дружили, но в прежние времена приятельствовали.
— Не хочу уезжать, не уяснив до конца ваших забот, — примирительно произнёс Гарев, усаживаясь в безликой гостиной. Креслами и диванами словно бы никто никогда не пользовался: они выглядели новыми, возникало ощущение, что даже пахли едва снятой защитной плёнкой. — Профессор Жеранский производит впечатление человека энергичного, но достаточно ли он выдержан для своей должности? Одно дело — знать предмет, другое — общаться постоянно с молодыми ребятами и девушками. Не увлёкся ли он демонстрацией власти более чем это можно счесть разумным? Инцидент со студенткой может негативно отразиться на репутации школы. А если он не единственный…