Конфидент
Шрифт:
Подумать о том, что творилось с ними обеими предстояло потом, потому что сейчас все лишние мысли вылетели из головы. Шаги или голоса, но чуждый месту шум подсказал Кире, что преследователи вышли на открытое пространство заброшенного кладбища. Вот только что почти неслышное упорное шевеление корней выглядело жутким и шёл от него по коже отчётливый холодок, а теперь хотелось подогнать их, попросить ползти быстрее, чтобы ненадёжная, но единственная преграда хоть от недобрых взглядов уберегла.
Обе сидели, прижавшись друг к другу, затаив дыхание. Наверное, следовало отползти в самый тёмный угол ямы, где вернее всего укроет сумрак, только Кира боялась пошевелиться, как-то выдать их присутствие
Поначалу шаги, сопровождаемые шорохом травы и редкими матами, звучали в стороне, словно мужчины решили не осматривать местность, а проскочить насквозь, затем приблизились.
— Да куда делись эти сучки? — прозвучало раздражённо так близко, что девушки вцепились друг в друга и окончательно затаили дыхание.
— Поисковик-то что кажет?
— Да и раньше крутил, а теперь вовсе сбоит. Тут же кладбище, нахоронили, видать, мертвечины за века столько, что живого места не осталось.
— Среди могил и могли спрятаться. Ищем. Хитрые стервы. В кустах погляди. В такой залезешь и со стороны как нет тебя. Вон сколько листьев — щитом висят.
Мужчин, по всей вероятности, было только двое. Третий остался с машиной. Слабое утешение, если подумать. Догадаются ли преследователи смотреть под ноги? Заметят яму? Хотя снаружи, скорее всего, она такой уже не выглядит. Корни занавесили вход, затихли. Осталось надеяться, что никто не наступит сглупа на свежую проплешину, приняв её за твердь.
Бестолково потоптались на месте, потом ушли вбок. Оттуда скоро донесли энергичные матюги, не иначе один из мужчин споткнулся. Их неуклюжесть пугала сейчас больше, чем возможная ловкость. Кира рискнула перевести дыхание, поглядела на подругу. Матильда выглядела хмурой и решительной. Не иначе, размышляла о том же самом, что и Кира. Стоило бежать дальше, надёжнее метаний по лесу оставаться здесь? Есть ли у врагов оружие? Какое? Рискнут они пустить его в ход? И почему Кира с Матильдой не догадались хоть по камню подобрать на всякий случай?
На несколько минут воцарилась тишина. Казалось, что всё обошлись: не отыскав девушек на плеши, мужчины кинутся дальше, к реке, вскоре можно будет вылезти наверх и пробираться потихоньку обратно, или свернуть в сторону, искать новое убежище. Можно и в яме отсидеться до самой темноты, когда поиски наверняка прекратят. Кира почти уверилась, что судьба, пусть ненадолго, приняла их сторону, и беда пройдёт мимо, когда тяжёлые шаги прозвучали совсем рядом и затихли практически на краю ямы.
Глава 11 Деманд
Внезапно сделанное открытие показалось Деманду не пугающим или странным. Скорее — неудобным. Он не испытывал брезгливости по отношению к мертвецам — смущался причинёнными кому-то затруднениями. Покойниками управляли живые, и кто же озаботился его участью настолько, чтобы послать дорогого слугу вытаскивать из реки незадачливого школяра. Бывшего школяра. Преподаватели относились к нему неплохо, но не до такой же степени! Деманд искренне считал, что о нём забыли, едва он отряхнул пыль учебного заведения со своих стоп, точнее оставил её на берегу вместе со всем имуществом. Ушёл и ушёл, дороги мира полны неудачниками.
— Надумал что интересное? — полюбопытствовала Медлен. — Есть у тебя друзья в этом мире? Помогут они в твоих злоключениях?
Намекает, что пора честь знать и валить за порог? Интонации звучали иначе: мягко, едва ли не призывно. Следовало разобраться с прошлым, а так даже интересно было начать жизнь с чистого листа, веяло с равнин
ветром авантюризма.Ну и чего расстроился? Должен был погибнуть, но выжил, а если кто-то приложил к сему руку и не пожелал назваться, значит и благодарности не попросит. Собственным хотением дело вершил. Или выжидает удобный момент стребовать плату? Если Деманд отказался использовать свой талант добровольно, ещё не молвлено, как тихо, так и громко, что принудить не попытаются.
Деманд вздохнул, оглянулся на бегучую воду. Вот так ведь весь свой век можно наблюдать, как жизнь течёт мимо, если не набраться храбрости и не шагнуть в поток.
— Нет у меня друзей. Врагов, вроде бы как тоже не водилось. Не пойму я чьи мертвецы меня сюда приволокли и главное — зачем.
— Неживые слуги? Они ведь не сами по себе по свету болтаются, а всегда чьи-то. Приходилось видеть.
Она не выказала удивления или страха, шагнула ближе, присматриваясь к следам, присела, чтобы лучше видеть, плюхнув юбку в береговой мусор, не подобрала брезгливо, как барышни делают.
— Да, но смотри внимательно: этот покойник был босиком. Хозяева своих обувают и одевают, чтобы не изнашивались раньше времени.
Деманд присел рядом. Сам должен был додуматься до простой мысли. Кто тут в конце концов некромант, специалист по хоженцам с той стороны? Более того, мертвецам, как существам или предметам, зависящим от чужой воли, обувку подбирали плотную и со шнурами, чтобы не потерялась ненароком. Ведь усопший ничего по своей воле сделать не мог, так бы и ходил с ущербом. Представить, что он аккуратно разулся на берегу, чтобы поберечь имущество… Хоронили да, босых и голых, заворачивая в кусок ткани. По старому поверью так делалось, чтобы не вставали сами, хотя кто же по доброй воле вернётся в мир? Опять страдать? Никто и не возвращался. По ту сторону водили свои порядки, и только маги нарушали границу, вряд ли тем самым делая кому-то добро. Не просто же так Деманд от своей доли отказался — многое видел, ещё большее знал. Горький выбор сгоряча не вершат, по пустякам не меняют.
Деманд, наверное, ещё долго недоумевал бы, сидя в неудобной позе на берегу, но Медлен имела в виду не только сиюминутный интерес, зорко поглядывала по сторонам. Когда она, схватила за руку и потащила за собой, так и не встав в рост, наоборот пригибаясь к земле, Деманд немедленно повиновался, хотя и не сразу разглядел то, что успела увидеть новая подруга.
К домику уверенно топали мужчины числом три, одетые слишком одинаково для случайно заглянувших на огонёк соседей. Оружие на виду не держали, но повадкой, а не только схожими куртками и штанами напоминали стражников, не желавших явно заявлять о своих целях. Вот и новые напасти пожаловали, когда ещё старых не уразумел.
Чем он провинился перед властью, Деманд сейчас не думал, почему бежит, а не добивается простодушно справедливости — тоже. Цех более не защищал, а оставшийся с этим миром один на один точно знает, что сначала надо спасти шкуру от посягательств, а потом уже разбираться, кто и почему вознамерился выбить из неё пыль, а то и повесить на стену, предварительно выделав по всем правилам скорняжего ремесла.
Медлен знала местность лучше, она и увлекала сотоварища прочь, сначала вдоль берега потом по узкой неглубокой лощине к отрогам холмов. Углубились в кустарник, где прелые листья совершенно скрадывали шаги, потом поднялись немного вверх по склону. Деманд обнаружил, что сквозь проран в листве отлично различает домик, оказавшийся теперь немного внизу и видный с другой стороны. Один из замаскированных стражников мялся у крыльца, за отгородкой, какую ставят от ветра, двое других, не иначе, уже проникли внутрь. Шустро всё происходило и довольно странно.