Когда Хранитель слеп
Шрифт:
И вот Турулл уже близко, из-за деревьев виднеются башни монастыря и шпиль храма. Луна вышла на территорию академгородка и остолбенела. По всей границе он был окружен дубами-великанами, их стволы были густо оплетены лианами, которые не только создавали непроходимую стену, но и отбивали ветвями псоящеров, бросавшихся на них, словно те были мелкими щенками. А было их вокруг видимо-невидимо – снующих, рычащих, скулящих…
2
Едва Луна успела укрыться за кустом, как властный женский голос перекрыл звуки яростных наскоков звериного войска.
– Браво, браво, профессор Фатэн! Я вижу, вы превзошли себя. Не думала, что алькоры низшего звена смогут создать неподвластную мне броню.
Слова эти исходили
– Я предлагаю вам перейти на мою сторону, – продолжала она. – Мне как раз нужны такие полезные помощники. А я взамен оставляю вам жизнь. Вы же не можете сидеть там вечно. Да и запас продуктов у вас скоро кончится.
– Как бы не так! – крикнул ей в ответ Фатэн, высовываясь из окошка одной из башен монастыря. – Я смогу выращивать овощи и фрукты в оранжереях. Я вывел сорта, которые созревают очень быстро.
Тут лохматые воины учуяли запах добычи. Рычанием выгнав Луну из укрытия, они стали окружать ее, готовые тут же растерзать.
– Луна! Луна! – с отчаянием закричала Мариэль. – Пожалуйста, Элерана, не трогайте ее!
– Пока не трогать! – милостиво приказала та и, притворно удивляясь, спросила. – А почему, собственно, я должна вас слушаться? – Разогнав своих псов, она оценивающе оглядела девушку, и глаза ее алчно сверкнули. – Луна… – повторила она с интересом. – И кем же ты, Луна, приходишься Фатэну и его жене? Ха-ха-ха! – Злорадно засмеялась она и, схватив девушку за руку, рванула ее к себе. – Посмотрим, насколько ты им дорога! Итак, я даю вам пять минут на раздумье, – сказала она, обращаясь к профессору Фатэну и алькорам. – Либо вы убираете свое ограждение, и все остаются живы, либо вы продолжаете оставаться на местах и наблюдаете, как мои морраки забавляются с вашей девочкой. А для тебя, моя кошечка, у меня отдельное предложение, – зашептала Луне захватчица, склонив голову к ее уху и интимно понизив голос. – Ты мне… приглянулась, детка, поэтому я предлагаю тебе очень выгодную сделку. Мне не нужны бунтари. Укрощать их гордый дух я не собираюсь. Многие из алькоров уже предпочли неволе смерть. Поэтому во избежание дальнейших мятежей, я вынуждена их уничтожить, как только они уберут щит. Ты ведь этого не хочешь, да? Я тоже не хочу! Мне нужны умные и сильные подданные из алькоров Враны. Отбор я буду делать из тех, кто укрылся в Турулле. Кто до конца будет верен своим убеждениям – могут уйти, я отпущу их. Но таких упрямцев будет мало. Я уверена, разумный подход к ситуации возобладает. Многие из них, заглянув внутрь себя в Лабиринте, – увидят там другой путь… Они по собственной воле перейдут на мою сторону! – самодовольно засмеялась Элерана и, не удержавшись от хвастовства, добавила. – Видишь, как великодушна повелительница Тьмы! Но все это только в том случае, если ты останешься со мной, будешь мне верным другом и будешь любить меня. Если ты когда-нибудь посмеешь меня ослушаться, я начну охоту на твоих родных. Ты согласна? – с хриплым придыханием завершила она, пожирая ее черными, как уголь, глазами.
Луна молчала. Порыв ветра принес из Враны летающий пепел и запах паленого.
– Помни, если ты не согласишься, я убью их, когда они выйдут.
Луна вспомнила множество опустевших, бездушных тел, которые называют мертвыми, ими была усеяна мостовая, их несла красно-бурая река… Значит, это возможно – убить электа…
– Ты в любом случае останешься скрашивать мое одиночество, хочешь ты этого или нет! – сварливо заявила Хартс. – Но твое согласие сохранит им жизнь. Так что решайся…
– Я согласна, – пролепетала Луна, еще не представляя себе, на что она себя обрекает.
– Еще одна просьба, – сказала
Хартс. – Они не должны знать про наш уговор, иначе все пойдет насмарку. И с теми, кто уйдет, ты больше не увидишься, но зато – я не помешаю им строить новую жизнь. Кстати, и те, кто останется, начнут новую жизнь – жизнь в Дрэйморе! Время вышло! – крикнула она алькорам, укрывшимся в Турулле. – Вы принимаете мои условия, чтобы спасти одну невинную жизнь?– Мы можем распоряжаться только своей жизнью, но не чужой. И если чем-то жертвовать, то только собой, – тихо сказал Фатэн. Профессор знал, что весь монастырь сейчас слышит его. – Итак, – уточнил он, – если я сниму заграждение, ты отпускаешь и Луну, и всех сотрудников академии, не причинив никому вреда! Так ли я тебя понял?
– Я отпущу каждого, кто сам этого захочет, после того, как вы выполните одно мое условие! – заверила Хартс и, для убедительности выпустив Луну из цепких рук, пообещала. – Я, действительно никого не трону: все будет зависеть от вашего желания!
– Ладно! – крикнул Фатэн. – Я поверю твоему слову.
Огромные дубы уменьшились в размерах и стали выглядеть, как обычные деревья, а ползучие лианы с быстротой ящериц скрылись в зелени ветвей.
3
Темная владычица подошла к воротам Академии вершителей, и те медленно раскрылись перед ней. В холл уже сбежался народ, желая знать, чего от него хочет металлогласная женщина. Величественной поступью Хартс зашагала по коридорам. Алькоры последовали за ней. Следом бежали морраки, с рычанием погоняя отстающих и сбивая всех в строй. Элерана остановилась около дверей с зеркально отражающей поверхностью. Они открывали вход в Лабиринт Зеркал.
– Славное изобретение, эти зеркала, – проворковала она. – Подарок некогда могущественной Ласки. Они направляют разумных существ на верный путь. Может быть, они кому-то подскажут сейчас, что его путь – служить мне и жить в моем королевстве, которое я собираюсь создать на развалинах Гринтайла? Я уже придумала ему имя – Дрэймор. Я предлагаю вам пройти через лабиринт и, как только вы это сделаете, вас никто не задержит, вы сможете уйти, если захотите. – Заметив на лицах недоверие и замешательство, Элерана добавила:
– Вы же знаете, это никого не убьет. Я просто даю вам шанс поговорить с собой, заглянуть себе в душу и понять, нужно ли вам бежать куда-то или же гораздо лучше остаться здесь, в моих владениях. Я это делаю для того, чтобы в моем королевстве были и другие подданные, кроме этих, – она указала на морраков. – На самом деле, быть калу не так уж плохо, это гораздо лучше, чем обрекать себя на вечные скитания. Присягнув мне, вы сможете вернуться в свои дома. Я научу вас жить по-настоящему. Итак, пройдя через Лабиринт, вы сделаете выбор: хотите ли вы остаться в Дрэйморе или уйти. Прошу, – и Хартс с надменной улыбкой отошла в сторону, чтобы не загораживать вход. – Начнем, пожалуй, с самых уважаемых здесь персон. Профессор Фатэн? – Хартс сделала приглашающий жест рукой и слегка склонила торс, изображая почтение.
Двустворчатые двери распахнулись, как от порыва ветра. Свет хлынул в зеркальный тоннель, и все засияло, заблистало в нем, многократно отражаясь и отсвечивая.
Фат и Мариэль переглянулись. Ужасное подозрение читалось в их встревоженных глазах. Темная жрица ничего не делает наугад. Наверняка, она все взвесила и просчитала каждый свой шаг. Может, с зеркалами что-то не так?..
– Не стоит медлить, у вас нет вариантов лучше этого, – сказала Хартс ободряюще.
Фатэн шагнул в сверкающую бездну и быстро скрылся за поворотом.
– Боишься? – с легким звоном спросило его зеркало, так, как будто он спросил сейчас самого себя. – Тревога владеет тобой. Ты не уверен в том, что вынес правильное решение.
– Я честен перед собой и не пытаюсь выглядеть лучше, чем я есть на самом деле.
– Это верно. Но когда тебе пришлось выбрать одну из двух жертв, и ты выбрал большую. Ты отдал оставшихся из своего народа за одного только электа – за свою племянницу. Быть может, эти несколько десятков алькоров будут растерзаны новой владычицей страны? Как бы за это тебе ни пришлось корить себя всю жизнь.