Когда Хранитель слеп
Шрифт:
– Вы, ребята, извините. Но мы с вами дальше не пойдем. Мы здесь нужны. Без нас Долина Отчаянья станет Долиной Смерти, трактир останется без провианта, и Арун – единственный зеленый островок Дрэймора – останется беззащитен перед лицом зла. Если мы с Мариэль погибнем, здесь останутся только несколько вершителей, вряд ли они без нас справятся. Надеюсь, вы понимаете, что я пекусь не о собственной шкуре.
– Да, конечно, вам необходимо вернуться, – почти хором сказали Майя и Грей.
– Вы и так нам очень помогли, – добавила ведьма.
– Спасибо, что спасли Грея, – без энтузиазма поблагодарила Моран.
– Желаю вам вернуться живыми, даже если ничего не получится.
Та сердечно обняла всех ребят по очереди. Дракон взмыл в бездну свинцово-багрового неба.
– Кажется, наши испытания только начинаются, – ведьма зябко поежилась.
Моран критически осматривала обстановку. Блуждать в поисках верного пути, по всей видимости, им не придется: с одной стороны, – крутой обрыв, с другой, – дыбящаяся гора.
– Я думаю, нам туда. – Грей показал на остророгие скалы, стеной закрывавшие горизонт.
В ответ Майя тяжко вздохнула. Понятно, что туда. Другой дороги нет. Только наверх, к этому скалистому гребню, по громоздким каменным глыбам, поросшим редкими пятнами лишайников. Что там ждет их, на самом верху?
Особого рвения штурмовать эти нагромождения скал ни у кого не было, поэтому компания стояла в нерешительности, каждый думал о том, что, возможно, обратного пути уже не будет. Предчувствие того, что произойдет что-то страшное, не покидало их.
– Ты уже здоров, так что тебе придется носить ее, пока к ней сознание не вернется, – сказала Моран брату, указав на Флер.
Эльфиня, лежа на сером камне, ногтями ковыряла бархатистые лепестки разноцветных лишайников – зеленоватых, сиреневых, белых. Полуволк послушно взвалил ее на спину.
– В последнее время мне везет на хорошеньких девушек без сознания, – улыбнулся он Майе и легко перепрыгнул с одной глыбы на другую, затем на третью и четвертую, преодолевая высоту не вверх по вертикали, а поступенчато, наискосок…
За ним Майя, как горная козочка, перемахнула со скалы на другую, а девушка со стальным характером замкнула цепочку. Глаза их с опаской поглядывали на вздымающиеся перед ними кручи, а шесть пар молодых ног, скачками поднимаясь все выше и выше, вскоре стояли на вершине горы.
Из-за кряжа глубоко прорезанных скал, напоминающих гигантский гребень, исходило тусклое синее свечение. Майя первой протиснулась в щель между каменными зубьями и замерла, ошеломленно разглядывая сверкающую громаду, представшую ее взору.
Остроконечный шпиль уходил высоко в небо, так, что конца его не было видно. Он был выточен из какого-то светлого почти прозрачного камня, от которого исходило голубоватое сияние, пробивающееся сквозь вечные сумерки и видное издалека. Воздух был легок и наполнен еле ощутимой вибрацией. Все вокруг было пронизано ощущением чего-то могучего, сверхъестественного...
– Вот это да… – зачарованно сказала Майя.
– Похоже, это и есть Храм Душ, – прошептал Грей, становясь рядом.
Фалькон сидел на корточках на вершине утеса и наблюдал за ними. Рядом стояла Элерана Хартс, и на ее лице играла дьявольская усмешка.
– Ну вот, теперь оно здесь, мое орудие. Теперь я вне подозрений. Даже если Северина проснется, учуяв, что кто-то проник в лабиринт, то мы с Карой тут ни при чем. Давай, Фэл, твой выход.
Фалькон прянул вниз со скалы. Его верный спутник, Рагон, спланировал следом. Хартс прищурила черные глаза, и синеватые искорки вспыхнули в них…
Полуволк смежил веки, потягивая носом воздух.
– Я слышу рык… они уже близко…
Суровый и отрешенный вид его сестры уже выражал готовность
к битве.– Грей, – тихо позвала Майя, – это лишнее, открой глаза – их уже видно.
Морраки тучами спускались со скалистых круч, вылезали прямо из пропасти, цепляясь длинными когтями за камни, и, как муравьи, выползали из расщелин горы.
Грей потрясенно замер.
– Столько морраков. Они повсюду! Как тогда, помнишь?..
Глава VII. Из жизни двух полуволков
1
Электы не успевали покинуть страну. Плотные переплетения ветвей неизвестного ядовитого растения с вихреобразной быстротой разрастаясь, оплетали Гринтайл по всей границе, образуя мощное непроходимое заграждение. Морраки шныряли повсюду, лязгая зубами и хищно сверкая зелеными глазами.
Все полуволки Гаварны оставили свои дома и бежали к окраине Враны, куда стекались и остальные жители столицы. Плотно примкнув друг к другу, они, как гигантская гусеница, перемещались по узким улочкам. Мужчины держались с краю, защищая женщин и детей, и отбивались от свор свирепых морраков. Груды истерзанных трупов, заливая мостовую кровью, ввергали в ужас жителей священной страны.
Полуволчица, зажатая в потоке бегущих, проталкивала вперед своих детей, сына и дочь. Они медленно протискивались с толпой к единственному выходу из ближайщего к столице селения. И он с каждой секундой становился все уже. Поднимаясь выше деревьев, терновая стена вырастала на пути беженцев и угрожающе выставляла шипы. Все летающие алькоры: ксалемы с кожистыми крыльями, как у летучих мышей, кримеллы и дримеры 5 с перьевыми крыльями, как у птиц, – пролетали над беженцами, перенося через стену нуждающихся в помощи электов. Но всех спасти было невозможно. Стена неумолимо зарастала.
С грохотом разрываясь, с неба падали горящие снаряды. В черно-красном зареве пожарищ полыхал изумрудный Гринтайл. В дымной пелене угарного воздуха перемешались крики, стоны, удушливый кашель электов и рык псоящеров…
Более всего тревожило полуволчицу, что где-то в недрах этого кромешного ада остался ее супруг. Где он, ее Нафар, – жив ли? Если бы он, как и сотни других алькоров, мог затеряться в толпе беглецов, она бы верила, что там, за терновой стеной, он отыщет семью, обнимет ее и детей… Но не мог ее муж, видный государственный деятель, таэр6 Гринтайла, бросить город алькоров в минуту опасности и бежать, как крыса с палубы корабля… Своим обостренным чутьем, своей духовной связью с близким ей человеком полуволчица ощущала беду, нависшую над ее мужем. Боль от безысходности ледяной рукою сжала ее сердце. Нафар жив, – говорило ей сердце, – но он во власти темных сил, и он нуждается в помощи… Но ему никто не поможет, никто… Никто, кроме нее, – вдруг ясная мысль пронзила ее мозг.
– Моран! Я должна вернуться за папой! Когда вы окажетесь за стеной, не ждите меня, я сама найду вас. Бегите как можно дальше, держитесь знакомых! Защищай малыша Грея… – и мать вложила в ладонь дочери меч, висевший у нее на поясе.
С этими словами женщина, не теряя времени, бросилась в сторону из толпы. Моран не смогла сделать и шагу вслед за ней, хотя рвалась и кричала со слезами отчаянья. Взрослые алькоры не дали ей выбиться из потока, они считали своим долгом отвечать за жизнь всех детей стаи.