Чтение онлайн

Сердце бешено колотилось в груди полуволчицы. Одежда на ней во многих местах была порвана и висела клочьями, повсюду проглядывали кровавые порезы. Моран тяжело дышала и безумно водила глазами. Она по-прежнему свирепо махала мечом, разбивая бликующие серебристые поверхности, но что-то жалкое, затравленное и бессмысленное сквозило в выражении ее лица.

– О, Святые духи, зачем ты это делаешь? – неожиданно услышала она за своей спиной до боли знакомый голос. Моран резко обернулась. К ней навстречу с распахнутыми объятиями бежала Майя. – Моран, ты с ума сошла? Зачем ты воюешь с зеркалами?

Думаешь, так проще найти выход?

Вмиг все стихло, как будто не было ни злобных раскатов смеха, ни звона разбитого стекла, вокруг нее величаво и безмятежно возвышались загадочно мерцающие зеркала. И Моран с теплотой и облегчением обняла подругу. Разбушевавшееся сердце медленно успокаивалось. Никогда еще Майя не казалась ей такой родной и долгожданной.

Из-за плеча ведьмы волчица заметила незнакомую девушку, и лицо Моран вновь сделалось замкнутым и настороженным.

– Что с тобой? Ты вся изрезана, – удивилась Майя. – Давай помогу, – ведьма протянула руку к одной из кровоточащих ран.

– Не надо! – отмахнулась Моран. – Все заживет само собой. Просто надоела эта дурацкая игра в прятки. Решила по-своему расчистить дорогу.

– О, этого не стоило делать, – вмешалась незнакомка. – Это ведь не простые зеркала. Их нельзя расколотить механическими ударами.

– Я уже это заметила, – мрачно отозвалась Моран.

– Кстати, это Мариэль, – спохватилась Майя и представила их друг другу. – Моран, ты помнишь, Мариэль была одной из тринадцати девушек, которых должны были принести в жертву?

– Помню, – кисло сказала Моран. – Давайте поскорей найдем Флер и уберемся отсюда.

– Я думала об этом, – робко сказала Майя, – может не стоит ее тревожить? Если ей здесь нравится больше, чем с нами, пусть остается.

– Спятила? У нее мой меч! – возмутилась девушка–воин.

Мариэль с сомнением покачала головой.

– Ее нельзя здесь оставлять, она погибнет. Не здешнего поля ягода. – Она положила руку на ближайшее из зеркал. – Пожалуйста, приведи к нам Флер.

Зеркальные стены с нежнейшим звоном раздвинулись и выстроились уже в другом направлении в длинный единый проход, и в глубине его девушки разглядели темный силуэт. Майя, не задумываясь, бросилась к Флер, раскрыв ей для объятия руки. Моран вздохнув, картинно закатила глаза и пошла следом.

Флер медленно брела им навстречу, низко опустив голову, так, что волосы падали ей на лицо. Несостоявшаяся графиня шла, сгорбившись, и, шатаясь, держалась за стены.

– Флер! – ласково говорила ей ведьма, приближаясь. – Не бойся, мы тебя простили! Тебя обманули, и ты не виновата… Флер?

Эльфиня шла, как сомнабула, никого не видя, никого не узнавая, но как только Майя до нее дотронулась, с диким неэлектианским криком вцепилась ей в шею. Моран молниеносным движением отбросила взбесившуюся эльфиню в сторону. Та так и осталась безразлично лежать на полу.

– Я видела ее глаза, – сокрушенно проговорила Майя. – Боже мой, что с ней сделали эти твари!

«Видимо, тоже болтала с зеркалами», – усмехнулась про себя Моран и, держа меч на изготовку, двинулась к Флер.

Ведьма пригородила ей путь.

– Ты собираешься ее убить?

– У меня нет выбора, – холодно сказала Моран, –

мне нужен мой меч. Да ты посмотри на нее, прежнюю Флер уже не вернуть!

– Возможно, есть какие-нибудь более безвредные способы его вытащить, – взмолилась Майя.

– Я думаю, есть выход, – предположила Мариэль. – Мы вернемся и найдем Луну… э-э… Фалькона… Я думаю, если он сумел замуровать меч в ее тело, то только он и знает, как извлечь его оттуда.

– О духи, – вздохнула Моран. – Я опять трачу время попусту.

Вдвоем они подняли на ноги Флер. Та безвольно повиновалась. Мариэль прекрасно знала все ходы и выходы Падшей святыни и быстро вывела всю компанию к главному порталу. За это время им не встретилось ни единой живой души. Лишь те странные твари, кичупы, одиноко слонялись в подворотне, наполняя воздух стрекотанием.

– Ты так прекрасно ориентируешься здесь! – удивилась Майя. – И зеркала тебя слушаются.

– Когда–то я была Вершительницей этого храма, – со вздохом проговорила Мариэль. – Я одна из немногих, кто смог отсюда выбраться и не потерять себя.

– А что стало с остальными? – не унималась любопытная ведьма.

– А остальных вы видели. Они стали калу, потерянными… (Майя сразу вспомнила это слово – «калу», она слышала его, когда Фалькон привел ее в Падшую святыню) …Хартс смогла убедить их…

– В чем убедить?

– Фалькону удалось сделать примерно тоже самое с вашей подружкой, – Мариэль кивнула в сторону Флер, не вдаваясь в углубленные объяснения.

– А вам не кажется, что она стала напоминать… – и Майя с тревогой на лице показала глазами на стрекочущих существ.

Но Мариэль ничего ей не ответила, только с сожалением опустила глаза.

Пока они поднимались вверх по лестнице, ведущей из-под земли, Майя не переставая задавала ей вопросы, и Мариэль терпеливо отвечала на них.

– Зеркала эти мне хорошо знакомы. Раньше они не были так жестоки с теми, кто блуждал в лабиринтах, теперь, видимо, они освоили новый способ борьбы со злом.

Моран все еще не пришла в себя от той беспощадной трепки, которую ей задали магические коридоры, и сейчас полуволчица изо всех сил пыталась не впустить в себя эти совершенно несвойственные для нее настроения – уныния и подавленности. Она ясно сознавала, что эта красивая девушка, вся излучающая доброту и участливость, знает о том, какой жесткой экзекуции подверглись они с Флер в лабиринте, и это было ей неприятно, словно эта Мариэль была свидетельницей ее унижения. Поэтому Моран напустила на себя надменный и неприступный вид и притворилась, что не слушает их.

– Неужели эти зеркала сотворили с Флер что-то ужасное?– поразилась ведьма. – А кто такие Вершители?

– Так называли раньше служителей Святой Обители. Мы отвечали за проведение священных магических ритуалов. Кстати, в наши обязанности входило сопровождение электов, которые проходят через Зеркальный Лабиринт. Еще мы занимались преподавательской деятельностью: обучали подрастающие поколения – здесь же, в святой обители, была академия магических искусств. А теперь священный долг призывает всех оставшихся вершителей не позволить темным силам окончательно задушить Гринтайл, – грустно закончила Мариэль.