Чтение онлайн

– Господин?!
– увидев Никифора тот облегчённо выдохнул, и тут же настороженно заозирался вокруг.

Голохват презрительно скривился. Вот же трусливая рабская душонка! Пообщаешься с таким, и руки словно в болотную тину окунул. К сожалению, без его содействия задуманное не провернуть, так что, как любит в таких случаях приговаривать князь: улыбаемся и машем! К счастью у этого смерда была большая семья и малые сбережения, так что не столько даже деньги, сколько обещание вывезти всех из обречённого града помогли ему превозмочь страх перед возможным наказанием, и впустить отряд чужаков в королевский замок, пусть и покинутый хозяевами, но официально всё ещё являющийся монаршей резиденцией.

– Я это, я!
– не став разводить политесы, Никифор старался быть максимально лаконичным.
– Всё готово?

– Так точно, господин!
– мужчина прямо тянулся от усердия.
– Большинство слуг покинуло

крепость вскоре после отъезда королевы, а те, кто остался, нам не помеха.

– Открывай ворота!
– медлить русские не стали, и пара дюжих молодцов услышав его приказ тут же заскочили под арку в стене, и скоро раздался скрип отворяемых массивных створок.

– Вперёд!
– и телеги загрохотали по мощённому булыжником замковому двору, направляясь к центральной цитадели. Даже окутанная ночной темнотой она производила впечатление, но увы, замки прежде всего крепки не стенами, а людьми, которые их защищают. А замковая стража при известии о приближении турок и возможной сдаче города, уже давно покинула детинец, бросив оный на произвол судьбы. Тем более, что ничего особо ценного, с точки зрения простых вояк, в крепости уже ничего не оставалось. Те деньги и драгоценности, что были, уже давно вывезены, и находятся в Вене. Так что даже жалование кнехтам было неоткуда заплатить. Эх, знала бы грубая солдатня, как она ошибается, и какое сокровище скрывается за стенами королевского дворца! Легендарная Корвиниана - библиотека самого Матьяша Корвина, насчитывавшая по некоторым данным, до двух с половиной тысяч томов. Труды как древних, так и современных авторов (а ведь некоторые из них в единственном экземпляре!). Работы по географии, медицине, истории, астрономии, поэзии и прочем. И всё это брошено недостойными преемниками великого короля, и должно достаться туркам? В который раз Никифор поразился умению хозяина предвидеть многие события, заранее отрядив его в Буду и дав подробнейшие инструкции. И ведь как всё представил: мол, не татями русичи выступят в этом случае, а спасителями от басурман древнего наследия. Да ещё Царьград в разговоре припомнил, где турки после крушения Ромейской державы захватили, а ещё больше уничтожили множество старых греческих книг, изничтожив тем самым знания многих поколений, и таким образом развеивая последние сомнения в душе молодого личного дворянина.

Вот и собственно королевский дворец. Подкупленный слуга чуть опережает остальных, и подойдя к дверце в стене, явно предназначенной для слуг, осторожно, но внятно стучит по ней. Щелчок, и она отворяется и из-за неё выглядывает голова какой-то женщины.

– Имре?

– Я это, Бита, всё хорошо.

– Кто это?
– Никифор настороженно смотрит на слугу.

– Это Бита, моя супруга, - торопливо протарахтел названный Имре мужчина.
– Я привёл всех сюда, ведь мы же не будем задерживаться в городе, господин?

– Нет, не будем, - русич согласно кивнул.
– Хорошо! Веди дальше.

Телеги с малой охраной пришлось оставить во дворе, а большая часть людей устремилась вверх по лестнице, где их уже ждали Габор и Чонгор. Они тоже уже были полностью собраны в дорогу, так что оставалось лишь закончить дело, ради которого всё и затевалось, а потом спешно уходить.

Они шагали пустыми, гулкими коридорами, жалея, что нет времени полюбоваться на красоту королевских покоев. Это ведь только кажется, что его много. А на самом деле оно утекает со скоростью горного ручья. Ночь не вечна, а османская армия уже в одном переходе от столицы. Завтра (новый день уже начался, так что его можно было уже не считать), край послезавтра турки будут здесь. Так что сегодня из города рванут последние беглецы и русичи просто затеряются среди них.

Но вот, наконец-то и искомое помещение. Дверь заперта, но это поправимо. Ключ давно уже хранился у Габора, которому королевский архивариус наказал оставаться во дворце, смотреть за библиотекой и ждать возвращения королевы. Причём и тот, и другой прекрасно понимали всю глупость данного распоряжения. Но ведь Габор вызвался сам!

Так что теперь, позвякивая связкой, старик быстро нашёл нужный ключ и вставив его в замочную скважину, провернул. Стоило только дверям отвориться, как народ гурьбой ломанулся внутрь.

– Стоять!
– негромко, но внятно рыкнул Никифор. И тут же уже спокойным голосом добавил: - Ещё подпалите что-то. А тут одна бумажка стоит дороже, чем всё ваше жалование за десять лет.

Сработало, и люди заходили в помещение уже осторожно, стараясь не размахивать факелами. Оглядевшись, Голохват восхищённо выдохнул. С обеих сторон длинной стены, высотой под самый потолок располагались стеллажи. А на них казалось бесконечными рядами стояли книги. Много книг. Такого их количества за раз Никифор никогда в жизни не видел. Даже увиденная им однажды библиотека в московских

палатах князя Барбашина в несколько раз уступала по размерам увиденному тут. А ведь у Андрея свет Ивановича, по слухам, самое большое собрание книг во всём Русском государстве. И только у царя было больше. Сразу становилось понятно, с чего это князь так обеспокоился судьбой этого книжного собрания.

Впрочем, долго в состоянии приятного офигивания Никифору находиться не пришлось. В отличие от него, остальные ценность окружающей их сокровищницы знаний если и понимали, то очень плохо. И быстро стали теребить своего командира на тему того, что делать дальше. Пришлось из своих грёз возвращаться в реальный мир, и отдавать распоряжения по осторожному изъятию и перемещению всего этого добра в предусмотрительно прихваченные с собой возы.

Время уже перевалило заметно за полночь, когда работа была закончена, и пользуясь ещё имеющимся временем, люди разбрелись по королевским хоромам, в поисках "сувениров на память". Чего-то особо ценного найти не планировали, но ведь круто же привезти своей Меланье или Марусе, например, платье, которое носила аж сама угорская королева. Благо трусливый Имре показал и где хранились королевские одеяния. Их, конечно, перешить надобно, но ткань уж очень добрая, а орудовать иголкой с ниткой на Руси приучены даже боярыни.

Наконец наступила пора отбытия. Увы, всё что хотелось бы взять с собой, взять не получалось. Банально не влезало во взятые телеги. Их ведь под примерное количество томов покупали. А тут ещё Чонгор упомянул о королевском архиве. Четырнадцать больших ящиков с бумагами! По его словам, часть архива успели вывезти в Вену, но эти просто бросили. Пришлось кряхтя и ужимаясь, выискивать место и под них. Времени для разбора этих бумаг не было, так что пришлось грузить все.

И вот, по столь же пустынным, как и глубокой ночью, улочкам Буды караван тронулся к городским воротам. Их никто не беспокоил, и никто не интересовался кому же это не спится в такое время. А если бы и нашёлся такой любопытный, то легенда была придумана заранее. Купец Никола Гергей, со своими чадами и домочадцами, в сопровождении литовского дворянина бежит из города от турок. А почему так рано? Так ведь хочет выехать пока ворота не запружены народом. Слухи то о появлении османских разведчиков уже пошли и с утра в них будет не протолкнуться. Легенда, конечно, так себе, но таких вот беженцев за последнее время стало столько, что вопросы она у вопрошавших вызвать была не должна.

Купеческое семейство изображали Имре со своей Битой и их дети, а Горан и Чонгар играли роль слуг. Дружина же Никифора играла саму себя - дружину дворянина, который дождался нужного момента и теперь стрясёт с дурака-купца, не сбежавшего вовремя, изрядный куш за охрану.

В городских воротах, в отличие от улиц, стража ещё присутствовала. Но, судя по лёгкому запаху перегара, службу несла скорее формально. Тем не менее, увидев приближающийся караван, стражники преградили путь.

– Стой! Кто идёт?
– зычно гаркнул один из них, а второй подтверждающе икнул.

Озвученная легенда, как и ожидалось, не вызвала сомнений. Хотя отворять городские врата раньше времени стража сначала отказалась, но вызванный старший караула, получив весьма увесистый кошель с приятным позвякиванием перекочевавший из одних рук в другие, стал после этого весьма предупредительным и готовым пойти хорошим людям на встречу. Так что, когда первые лучи утреннего солнца окрасили горизонт, караван с выкраденной Корвинианой уже неспешно двигался в сторону неприметной пристани, где под охраной небольшого числа ратников, его ожидала пузатая барка с один парусом.

Буда пала через два дня. Когда Сулейман добрался до столицы, там оставался только простой народ. Султану вынесли ключи от ворот, и он приказал не грабить и не разрушать город. Однако во время вступления армии в Буду начались пожары и грабежи. Первый визирь Ибрагима-пашу попытался ликвидировать огонь, но ему это не удалось. Буда сгорела полностью, за исключением замков и парка, где Сулейман сделал привал.

Из покорённой столицы турки вывезли все сокровища венгерских королей, в том числе три итальянских бронзовых скульптуры - Геркулеса, Дианы и Аполлона, и две гигантские турецкие пушки, захваченные венграми в ходе неудачной осады Белграда ещё Мехмедом II. А вот знаменитую библиотеку султан, слывший покровителем наук и искусств, так и не нашёл. На её поиски он отрядил одного из многочисленных пашей своей свиты, который, не брезгуя пытками, вызнал-таки про ночной визит неизвестных и немедленно отправил погоню по Богемской дороге, правильно посчитав, что медленный обоз далеко уйти не мог. Однако османский отряд так никого и не догнал и даже более того, уже в первом же селении никто про странный караван даже не слыхал. Не помогли ни подкуп, ни пытки. Обоз словно растаял в пространстве.