Катализатор
Шрифт:
Каков настоящий возраст Дарена Тига, точно не знал никто. Считалось, что профессору давно исполнилось семьдесят, но ещё не было девяноста. А если и было, то уж ста не было точно. При этом за почти десять лет, что Эш его знал, Тиг ни капли не изменился. Профессор по-прежнему выглядел очень старым и по-прежнему вёл себя так, будто этот факт — случайная оптическая иллюзия. Хотя и не забывал напоминать о своих преклонных годах, когда это было ему удобно.
Несмотря на несоответствующие возрасту бодрость и энергию, Дарен Тиг всё же ушёл на пенсию — по собственной воле, не дожидаясь, пока его «спишут». Произошло это примерно через год после того, как
Передав дело своей жизни молодому историку, старый зимогорский оружейник не перестал болеть за него всей душой. Поэтому раз в несколько месяцев он вызывал Эша на отчёт. Формально вызов звучал как предложение выпить чаю и развлечь разговором одинокого пенсионера, но сути это не меняло. Обычно на такие беседы Эш приходил с Джиной, что всегда радовало старого профессора.
В этот раз Дарен Тиг встретил гостей распростёртыми объятиями и горячими извинениями:
— Детки, у меня опять нет ничего к чаю!
Джин рассмеялась.
— Я же предупреждала: нужно купить торт! А Эш сказал, что вы запретили, потому что вам привезли каких-то удивительно вкусных конфет…
— Ну что поделать… — Тиг с виноватой улыбкой развёл руками. — Страдающим бессонницей старикам иногда очень хочется сладкого посреди ночи… Сбегай-ка до магазина, девочка, будь добра. Ты из нас самая молодая и быстроногая.
Джин ожидала этого и, не споря, направилась к двери. Потом всё же не выдержала и обернулась.
— В следующий раз я просто сразу приду на полчаса позже, — предупредила она. — Хотите посплетничать — так и скажите. Постоянные походы за «чем-нибудь к чаю» давно потеряли свежесть и новизну.
— Умница она у тебя, — заметил профессор, усаживаясь в глубокое кресло.
Эш, устроившийся на диване напротив, гордо улыбнулся, как будто воспитание умницы Джин являлось его личной заслугой. Впрочем, отчасти так оно и было.
— Женился бы ты на ней, что ли…
Улыбка исчезла с лица Эша мгновенно. Глаза обратились в лёд, скулы — в мрамор.
— Ну извини, извини, — опомнился профессор. — Глупость сморозил. Не обращай внимания на стариковскую болтовню…
— Вам не идёт роль свахи, — отчеканил Эш. И, с усилием смягчая тон, добавил: — Роль старика, кстати, тоже.
— Да ну? — Тиг хитро улыбнулся. — А я думал, уж она-то мне как раз отлично удаётся… — Он бросил быстрый взгляд на дверь и перешёл к сути: — Ладно, давай, выкладывай. Как ваши дела?
— А что выкладывать… Всё так же, профессор. Лекарства нет и не предвидится. Но вы это и сами наверняка знаете.
— Вот давай без этого пессимизма… — поморщился Тиг. — Что значит «не предвидится»? Тоже мне, предсказатель нашёлся…
Эш невольно улыбнулся. За досадливым бормотанием профессора несложно было разглядеть сочувствие.
— Это не пессимизм и не предсказание. Это реалистичный прогноз. Я всё-таки учёный. Джин — врач. Мы неплохо представляем перспективы.
Дарен Тиг сокрушённо вздохнул.
— Бедная девочка…
Эш мрачно усмехнулся. Да, всё правильно. Бедная девочка.
— Ты-то сам как? — спросил Тиг, пристально всматриваясь в лицо ученика. — Держишься? Никакой больше ерунды вроде «бросить всё, сбежать от Джин и…»
— Вам не надоело меня об этом спрашивать? — резко перебил Эш старого оружейника. И
сам удивился, насколько за последние годы устал от этого вопроса. Он глубоко вздохнул и ответил уже спокойно и твёрдо: — Я держусь, профессор. И буду держаться, пока держится Джин. А что касается ерунды… Департамент опять изменил нам форму отчётности и регистрации и требует все документы «уже вчера». Так что ни для какой другой ерунды в моей голове просто нет места.Когда в квартиру вернулась Джин, мужчины были увлечены разговором о работе. И казалось, что никаких других тем здесь не поднималось. Девушка, как всегда, сделала вид, что поверила в это.
А работа, между тем, и правда была главной причиной, заставившей Тига настойчиво звать Эша на отчётное чаепитие.
— Как вы умудрились упустить Обод?! — старый оружейник был вне себя. — Я думал, истории про спецхран — выдумка этих охотников за сенсациями…
Джин, уютно устроившаяся в углу дивана, прижалась к боку Эша — не то прячась от профессорского гнева (разумеется, не имевшего к ней никакого отношения), не то пытаясь поддержать. Но мужчина и без того выглядел совершенно невозмутимым. После натиска полиции, журналистов и недоброжелательно настроенных посетителей музея возмущение бывшего хранителя оружейного фонда не могло вывести его из равновесия.
— То, что мы вообще что-то упустили — уже само по себе ненормально, — заметил Эш. — А как умудрились — это мы сейчас с Рэдом пытаемся выяснить.
— Да… — протянул профессор. — Получается, эти молодчики через рэдову хитрую защиту просочились, да так, что он сам не заметил? Сложно поверить… Так и я начну думать, что им кто-то изнутри помог.
— Они воспользовались удобным случаем, — признал Эш. — Есть у нас один мальчик… Не в меру любопытный и, к сожалению, очень талантливый. Решил самостоятельно изучить редкие экспонаты. Вскрыл защиту. За ним грабители и прошли. Им просто повезло.
— А вот об этом в газетах не писали… — заинтересовался Тиг. — И что же за мальчик?
— Крис, — неохотно ответил Эш. — Гордон. Помните такого?
— Забудешь его, как же! — усмехнулся старик. — Ночной кошмар оружейного фонда, шастающий по музею, как по собственной квартире… Сколько хоть ему сейчас?
— Восемнадцать. И шастать, как видите, продолжает.
— Ну, я надеюсь, ты воздал ему по заслугам? — уточнил профессор.
— Он его в стажёры взял, — хихикнула Джин. — Они с Рэдом, точнее. Сначала чуть не убили, а теперь поделить не могут.
— Он помогает Рэду искать бреши в системе безопасности… — начал объяснять Эш, но Тиг его уже не слушал. Он хохотал, запрокинув голову и вытирая ладонями выступившие слёзы.
— Вот мало нашему музею талантливых мальчиков с тёмным прошлым и опасными пристрастиями! Ещё один был просто необходим! — тяжело дыша от не желавшего отпускать его смеха, заявил профессор.
Эш молчал, выжидая, пока Тиг окончательно успокоится, и только после этого вернулся к прежней теме:
— В любом случае нам повезло, что вынесли именно Обод. Прошли мимо того, что могло бы стать причиной глобальной катастрофы, и взяли сломанный артефакт, который даже в исправном состоянии сам по себе безвреден…
— Сам по себе… — Тиг резко посерьёзнел и задумчиво постучал шишковатыми пальцами по деревянному подлокотнику. — Сам по себе, конечно, да…
Теперь настала очередь Эша бросать на учителя пытливые взгляды.
— Кажется, вы знаете что-то, что необходимо знать мне, — предположил он.
Профессор неопределённо пожал плечами.
— Ходят слухи… Слухи! — подчеркнул он с такой интонацией, что сразу стало понятно: слухи эти до тождественности близки к фактам, — что в Миронежском суде недосчитались одной колбы ритуальных чернил.