Чтение онлайн

— За последние две тысячи лет… — продолжал меж тем Сурл, — жизнь в нашей Галактике оскудела всего на пару сотен рас. Согласитесь, это большая разница: две сотни за две тысячи лет и пятьдесят тысяч за предшествующие восемь. Тем более если учесть, что эти две сотни были жертвой, платой за установление Порядка.

Римил угрюмо молчал. В словах Смотрителя была доля правды. Перед лицом общего врага обитатели Галактики на время забыли о своих распрях, междоусобицах и колониальных амбициях. А потом для всего этого просто не осталось возможности…

— При этом — обратите внимание — мы никогда не нападали первыми, мы лишь отвечали

силой на силу. — Сурл помолчал. — Собственно, так было с самого начала. Сотни тысяч лет мой народ жил и развивался по своим законам — по Законам Вселенского Духа. По вашей классификации нашу цивилизацию с некоторой натяжкой можно было бы назвать «биологической». Все изменилось в тот день, когда на нашей планете высадились пришельцы. Мы приняли их как друзей, мы уважали их взгляды и их законы. А они посчитали это проявлением слабости. Они решили, что мы живем неправильно и они лучше знают, что для нас благо, а что зло. Думаю, нет нужды подробно рассказывать о том, что было дальше. Культурная экспансия, просветительская миссия, технологическая поддержка… К счастью, мы вовремя поняли, что открытое сопротивление ничего не даст. И смирились. Внешне. Мы приняли чужие знание и ценности, чтобы сохранить свои. Мы встали на путь технологического развития. Впрочем, ни для кого не секрет, что мы и по сей день не слишком сильны в технологиях и точных науках. Но у нас нашлись единомышленники…

— Единомышленники? — Римил скептически улыбнулся. — В чем?

— Когда мы узнали, что происходит в нашей Галактике, мы поняли: Вселенский Дух избрал нашу расу для того, чтобы утвердить Его Порядок. Мы решились вмешаться, чтобы сохранить разнообразие и многогранность Жизни, сотворенной Вселенским Духом. И в самых разных мирах нашлись существа, которые восприняли наши идеалы и предложили нам свои знания, идеи, свой опыт…

— И помогли вам превратить Галактику в тюрьму! — хмыкнул Римил. Историки Сопротивления совсем не так описывали начало экспансии римаров. — Им действительно помогли ученые и техники разных рас, но все эти «единомышленники» либо были куплены римарами, либо работали под принуждением.

— Вы не правы, — не согласился Сурл, пошевелив пальцами, которые гнулись во все стороны, точно змеи. — Галактический Союз — не тюрьма. Мы не вмешиваемся во внутренние дела планет. Мы никому не навязываем наши идеалы и ценности. Мы никого не обращаем в нашу веру. Мы лишь контролируем Пространство, в разумных пределах ограничивая общение между мирами. Так, чтобы это не повредило ни одному из них.

— Вы тормозите научный прогресс! — внутренне закипая, Римил бросил одно из наиболее тяжких на его взгляд обвинений.

— Мы ограничиваем применение технологий, которые необратимо нарушают природное равновесие, а значит, в первую очередь вредят вам же самим.

Невозмутимо скрипящий голос римара с каждой минутой раздражал Римила все больше и больше.

— Вам все равно не удастся остановить развитие науки! — запальчиво бросил он.

— Мы этого и не хотим, — возразил Сурл. — Мы просто направляем ваш прогресс в более плодотворное русло.

— Это покушение на свободу! — Римил уже едва сдерживался.

— Мы ограничиваем вашу свободу лишь в одном: мы не даем вам уничтожить себя и ваших соседей по Галактике.

Сурл отвечал без малейшего промедления, без раздумий, отвечал так,

будто на каждый довод Римила у него заранее был готов ответ.

— Да кто дал вам право решать за других! — взорвался Римил, вскочив с кресла. — В конце концов, это закон жизни — выживает сильнейший! Сильнейшие и наиболее приспособленные определяют пути развития жизни! Эволюция немыслима без исчезновения слабых, неприспособленных, неудачных видов!

Сурл «улыбнулся». На Римила улыбка римара подействовала как холодный душ — он захлебнулся невыплеснутым гневом, а в следующий миг обмяк и рухнул обратно в кресло.

— А вам не приходило в голову, что римары контролируют Галактику именно потому, что они на сегодняшний день как раз и являются наиболее сильным, приспособленным и… «удачным» видом? Если вы рассматриваете Эволюцию Жизни как реализацию Права Сильного, то мы как раз и действуем в рамках этой вашей теории. Так чем же вы недовольны?

Римил, насупившись, смотрел в пол. Нервотрепка последних дней явно выбила его из колеи, и он чувствовал, что временами начинает нести полную чушь. Вместе с тем холодная, непробиваемая невозмутимость римара выводила его из себя, не давая сосредоточиться, собраться с мыслями, чтобы подобрать убедительные контраргументы. Продолжать дискуссию в таком состоянии не было никакой возможности. Тем более что и в самой дискуссии не было никакого смысла…

— Вижу, вы исчерпали запас заранее заготовленных доводов, — скрипуче заметил Сурл. Римил не возразил, только скрежетнул зубами и ниже опустил голову. — В таком случае предлагаю перейти к следующему пункту, а точнее, вернуться к началу нашей беседы — к цели вашего визита.

— Я ничего не скажу, — внутренне напрягаясь, глухо проговорил Римил. Никто никогда не слышал о том, чтобы римары пытали пленников. С другой стороны, те, кто попадал в их лапы, еще ни разу не вернулись, чтобы рассказать о том, что с ними произошло. Так, во всяком случае, говорили агенты Сопротивления.

— И не надо, — легко согласился Сурл. — Говорить буду я. Мы изучили вашу аппаратуру и собранные вами данные…

У Римила екнуло в груди: уже успели! Значит, шарили в его багаже с самого первого и до последнего дня… Значит, зря он старательно прятал кристаллы с записями в тайник…

— …Вас интересовали направление переноса и координаты конечного портала, — без вопроса в голосе сообщил Сурл. — Интересовали потому, что аналитики Сопротивления наверняка давно уже сложили два и два и поняли, что эта станция используется в основном для транспортировки менхов. Поняли и предположили, что где-то там, на другом конце, находится место, в котором они создаются.

— Если вы все знаете, то почему до сих пор пускаете сюда наблюдателей? — вяло удивился Римил.

— Потому что не все наблюдатели — шпионы. И потому, что полностью закрытая станция будет привлекать к себе еще больше ненужного внимания.

— А я? Что теперь со мной будет? — сникнув, безжизненным голосом поинтересовался Римил. Его недавний гордый запал исчез, перегорел в бессмысленной перебранке со Смотрителем. — Тюрьма?..

— Это зависит от вас, — сразу проговорил Сурл.

Римил медленно поднял голову и, сузив глаза, глянул на Сурла. Понял: сейчас будут вербовать. В душе затеплилась недостойная, трусливая надежда на спасение. Римил стиснул зубы, произнес про себя: «Ни за что!» — а вслух спросил, презрительно кривя губы: