Илония
Шрифт:
Корн на это твердо произнес:
– Варлоу, я уважаю тебя, ты был добр к нам и мне жаль, что мы стали причиной навалившихся на тебя неприятностей. Да, мы собираемся купить землю, и у нас есть сбережения. И эти деньги не имеют никакого отношения к твоему прииску, Варлоу. А насчет стражников - они мне не помеха. Мы уйдем сегодня же ночью.
– Ты ничего не понял, парень. Вы не уйдете отсюда, потому что я не отпущу вас. Потому что если вы уйдете, госпожа уволит нас всех. Мы лишимся не только работы, но и своих домов.
Алаина ахнула, Корн побледнел.
– Варлоу, этого не может быть, - не веря своим ушам, сказал Корн.
– Может,
С этими словами Варлоу вышел, а Корн с Алаиной еще долго молча стояли и смотрели в немом ужасе друг на друга.
В эту ночь они так и не заснули, строя планы и отвергая их. Наконец они сошлись на том, что, как только за Корном придут, он спокойно поедет в замок. А Алаина тут же уходит из поселка и идет в город. Корн избавляется от стражников, забирает деньги и также едет в город. Там они встречаются в трактире "Алмаз Марка", что находится рядом с рынком. Дальше они будут действовать по обстановке, по крайней мере, им не привыкать перевоплощаться в других людей.
Несколько дней прошли относительно спокойно, не считая наглых взглядов стражников и внезапной стены, которая пролегла между молодыми людьми и остальным населением поселка. Стражники сами разболтали об угрозе увольнения всех в случае побега Корна из лагеря, и Корн постоянно ощущал на себе настороженные взгляды. Наблюдение велось исключительно за Корном. На Алаину никто не обращал внимание. Их это только порадовало. Увольнения всех из-за побега девушки, видимо не рассматривались, как лишенные основания.
Но Корн с Алаиной недооценили Орланию. Однажды, возвращаясь с работы, Корн не нашел среди встречающих Алаину. Недоуменно оглядывая поселок, он натыкался только на торопливо отводящие глаза женщин. Все разъяснил подошедший ухмыляющийся стражник.
– Твоя красотуля в поместье, дурень. Госпожа решила, что так будет надежней. Ты сам прибежишь к ней, как миленький. И не понимаю, что ты так ерепенишься. Иметь двоих вместо одной…
Варлоу еле успел перехватить Корна, когда тот рванулся к наглому стражнику.
– Стой, принц Корн, - еле слышно шепнул Варлоу ему на ухо, стискивая его своими крепкими руками.
От неожиданности Корн даже и не подумал вырываться, он только удивленно смотрел Варлоу в лицо, когда тот оттаскивал его к стене дома.
– Погоди-ка, командир, - крикнул Варлоу стражнику, - сейчас я скажу этому мальцу несколько ласковых слов, и у вас больше не будет с ним проблем.
Со стороны эта картина выглядела довольно-таки грозной. Варлоу, хотя и уступал Корну в росте, был в обхвате вдвое его больше, а его кулачищи, схватившие того за рубашку, были с голову юноши. Он что-то говорил Корну твердо и угрожающе, но никто не слышал что. А если бы слышали, не поверили бы.
– Принц Корн, ты уйдешь с моего прииска молча и спокойно…
– Варлоу, откуда…, то есть с чего ты взял…
– Я, парень, умею видеть, слушать и сопоставлять. И вот что я тебе скажу. Ты уедешь с этими подонками из поселка по доброй воле, вызволять свою жену, а выяснять с ними отношения можешь потом. Возьми у меня осторожно нож…
– Нет, Варлоу, - Корн опустил глаза и расслабился, - извини, ты прав, мне надо действовать более осмотрительно. А нож я не возьму. Его могут опознать.
– Молодец,
парень. Я и не собирался тебе его давать, хотел проверить тебя. Ты начал соображать здраво. После того, как освободишь жену, иди в столицу, найдешь стражника Турина, это мой племянник, он поможет тебе. Все, удачи тебе.Варлоу отпустил Корна, и тот от неожиданности, лишившись поддержки в виде рук старосты, упал на землю.
– Теперь он ваш, командир. И он теперь будет послушным. Но я бы советовал вам связать его на всякий случай.
– Варлоу, ты дурак, как же он убежит, если его девчонка ждет в поместье. Я думаю, нам самим придется за ним мчаться до самого хозяйского дома. А если пожелает кулаками помахать, так нам только в радость, поразмяться можно будет.
– Все три стражника весело загоготали.
– Как хотите, командир, я сделал все, что от меня зависит, и предупредил вас. Передайте госпоже, что мы выполнили ее приказание.
Корн в это время молча, ни на кого не глядя, сходил в дом, взял уже приготовленный заплечный мешок, оседлал Татика и Малютку, вскочил на Татика и ведя на поводу Малютку, все также молча направился к выезду из поселка. И только проезжая мимо тетушки Ранисы, попросил:
– Тетушка Раниса, последите, пожалуйста, за нашим домом, чтобы, когда я вернулся с Линой, там было чисто.
"Мы не вернемся сюда, - думал он при этом, - и наш домик вскоре станет домом другим. Пусть он принесет им такое счастье и покой, как и нам".
Всю дорогу Корн проехал молча, не реагируя на язвительные усмешки и ухмылки сопровождающих его стражников. В замке он передал поводья конюху и, незаметно сунув ему в руку несколько крупных монет, шепнул:
– Не надо расседлывать.
После этого прошел за своими конвоирами, запоминая по пути расположение построек и служб замка, где и сколько находится стражников. У комнаты, где стражники велели Корну остановиться, располагалось шесть телохранителей. Один из них пошел доложить госпоже о прибытии молодого человека, после чего Корна обыскали и втолкнули в покои хозяйки.
Орлания сидела около туалетного столика, на стоящего Корна она не обратила никакого внимания. Что она этим хотела показать, Корна не волновало, он занялся тщательным осмотром комнаты. Когда с комнатой было покончено, он перенес внимание на Орланию. Видимо, почувствовав во взгляде юноши что-то не то, Орлания резко оглянулась. Потом встала и подошла к Корну. Она обошла вокруг него, откровенно разглядывая его со всех сторон.
– Я почему-то не услышала, как ты сказал: к вашим услугам, госпожа, - сказала она своим ленивым растянутым голосом.
Корн пожал плечами:
– Я не к вашим услугам, госпожа.
– Да?
– искренне удивилась Орлания.
– Это становится забавным.
– Мы не зверушки, госпожа, чтобы забавлять вас.
Орлания рассмеялась.
– Конечно не зверушки. Ты, например, красивый молодой парень, - она ткнула в его грудь пальчиком, унизанным кольцом с большим алмазом. Корн отшатнулся, она опять рассмеялась.
– Ты так боязлив, мой милый? Ну что ты, неужели я такая страшная?
– Орлания покрутилась перед ним.
– Ведь я красива, правда? Ну, может, и не красивей твоей девчонки, но зато опытней. И вообще, - она вдруг перестала смеяться, сузила глаза, и голос ее стал жестким, - до сих пор все обычно стояли тут на коленях и умоляли меня снизойти до них. Почему бы тебе ни последовать их примеру.