Илония
Шрифт:
– Простите, ваше величество, но лорд Атир предупреждал меня, однако мое неосторожное недоуменное высказывание дало ему повод ослушаться вашего приказа.
– Это благородно с вашей стороны, господин Колтин, - насмешливо сказал Альтам.
– Вы могли бы и промолчать. А так вам будет стоить это месячного заработка.
Корн постарался сделать огорченный вид, ибо в действительности его теперь это мало заботило. Но при последующих словах короля похолодел.
– Ну, а племяннику мне придется добавить срок наказания, ибо он не по забывчивости нарушил приказ, он сделал это нарочно. Что ж, если замечание учителя для него важней приказа короля, он заслужил этого.
Корн не осмелился спросить,
Пять дней без еды, вместо трех. Вода только после тренировки. Все это потом сказал Корну Кадук. Сказал он это спокойно, но меч в его руке, которым он перерубил деревянную стойку, выдал его истинное отношение к такому наказанию.
Пять дней подряд Иллара приводили в зал, где он несколько часов подряд тренировался, потом ему разрешалось умыться и напиться. Мальчика Корн видел только издали, но после этих тренировок Кадук ходил как в воду опущенный.
На третий день Иллар упал, не выдержав тренировки. Но на четвертый день продержался. На пятый король лично посетил тренировку и пригласил Корна посмотреть на поединок двоих мальчиков.
– Ксент, - сказал он Стенли перед поединком.
– Если лорд Атир проиграет тебе, ему предстоит еще один день провести без еды и воды. Но если проиграешь ты, учти твой противник теперь слаб, я лишу еды и воды тебя.
– Он обернулся к Корну, - так я достигаю крепости тела и духа, господин учитель. Попробуйте сами. Действенный метод. Теперь оба будут драться весьма отчаянно.
Корн только руки сжал в кулак от бессилия и злости. А когда увидел Иллара, поспешно отвернулся и закашлял в кулак, пытаясь придти в себя от вида мальчика.
И так худой и бледный, теперь Иллар выглядел просто своей тенью. Глаза его были прикрыты, и ничего не выражали. Он ни на кого не глядел, только поклонился королю и протянул руку, в которую ему тут же вложили меч. Стенли сжал зубы и шагнул вперед. Они скрестили мечи.
Иллар дрался, как прежде. Меч так же твердо держался в его руке. Но теперь он был похож не на бойца, а на заведенную игрушку. Вот-вот, казалось, завод кончится и он остановится. Стенли понял, что тот недолго продержится. Стоило только ему подольше оттягивать решающую схватку, Иллар сам упадет. Необходимо было поддаться не только незаметно, но и как можно быстрее. Случая все не представлялось, и Стенли уже собирался просто споткнуться. К счастью, Иллар оказался крепче, чем было видно. У Стенли было достаточно времени, чтобы выбрать момент и, сделав один из приемов, отступить не в сторону, предписываемую правилами, а в противоположную. Однажды они так с Илларом делали, и Стенли надеялся, что Иллар еще помнит этот обманный прием. Иллар помнил и не поддался уловке, отразив неожиданный удар. Проблема была только в том, что тогда после этого приема Иллар применял свой, после которого Стенли все еще не мог устоять, как ни старался. Теперь же у его противника могло не хватить сил. Но Иллар смог. И хотя удар его был не так силен, как обычно, Стенли упал.
– Нам интересно, оспорите ли вы, господин Колтин, то, что ваш сын специально поддался нашему племяннику, - сказал, недовольно растягивая слова, король Корну.
– Если мой сын сделал это настолько неумело, он заслуживает вашего наказания.
– Корн специально старался, чтобы его голос звучал суховато.
Король заметил это.
– Вы приветствуете эту игру в поддавки? Или это называется игра в благородство?
– Как бы это не называлось, вы, ваше величество, верите в действенность ваших методов. Но я еще не готов к этому.
Альтам рассмеялся.
– Мы верим? Мы точно знаем, что это стоящий метод. Знаете ли вы, что вначале Атир не мог поднять меч уже на второй день. И
вот, он способен выдержать бой уже и на пятый день.– И как часто вы, ваше величество, прибегаете к такому способу повышения его боеспособности?
– О, не так уж часто. И, заметьте, только за дело. В наказание. И мальчик понимает правильность наказания и не ропщет.
Корн позволил себе слегка усмехнуться:
– А если бы роптал, то получил бы дополнительное наказание?
Альтам нахмурился.
– А вы, господин Колтин, дерзки!
– Я бы не посмел, ваше величество, но вы сами требовали ответа. Извините, но я действительно хотел бы понять, насколько верный вы выбрали путь, и, возможно, воспользоваться им. До сих пор я думал, что сила дается не только тренировками, но и обильной едой. Как вы смогли заметить, мой старший сын не голодает…
– Как наш племянник, вы хотите сказать. Но ведь именно ваш проигрывает!
– У него не было таких учителей!
– Посмотрим, уступит ли ваш сын противнику из-за жалости, просидев пару дней без еды и воды.
– Надеюсь, ваше величество, такого случая не будет, - Корн почтительно склонился в глубоком поклоне.
Альтам усмехнулся.
– Нам бы хотелось, чтобы вы задержались у нас подольше. Нашему племяннику необходим такой соперник.
– Я предупрежу сына, чтобы он был осторожней и не нарушал ваших установленных законов.
– Вы плохой придворный, господин Колтин!
– Я бывший солдат.
– Плохой солдат, хотелось бы заметить! Вы сами сказали, что не хотите, чтобы сыновья повторили вашу судьбу.
– Слушаюсь, ваше величество.
– Вот так-то, Колтин, вот так.
День без еды и воды Стенли выдержал спокойно. Но после этого стал поторапливать Корна.
– Ладно, я поголодал немного, но чувствовать, что любой твой шаг может обернуться опять такой голодовкой, - что-то мне от этого неуютно.
– Король Альтам считает, что именно это и закаляет бойца, - хитро улыбнулся Корн.
– Не знаю. Возможно, Иллар и превосходит меня из-за таких голодных тренировок. Но лучше я буду вторым нормальным человеком, чем как он первым, но больше похожим на свою тень, чем на человека.
– Дед, - тихонько спросил Тарлин у Корна, - как ты думаешь, что король хочет от Иллара?
Стенли при этих словах брата виновато опустил голову, а Корн задумчиво проговорил:
– Мне кажется, он готовит его к встрече с отцом.
– Со своим отцом? С дядей Интаром?
– Как ты думаешь, Стенли, он сможет хоть чуть-чуть сравниться с лордом Интаром?
– Нет!
– горячо воскликнул Стенли.
– Я, конечно, не смог бы побороть его и с дядиными приемами, но все равно нет. И Кадуку далеко до лорда Интара. У них только техника. Иллар, например, дерется вообще без души. А дядя Интар - он дерется, как будто дышит, как будто просто ходит, ест, спит. У него реакция руки, как мысли. А Кадук нет, у него только техника. Отличная техника, которой, кстати, мне еще ой как не хватает.
– Вот-вот, и я так думаю, - кивнул головой Корн.
– Я помню Интара в возрасте его сына. Иллар не сможет догнать отца.
– Этим король Альтам и хочет отомстить нашей семье, чтобы дядя Интар сам убил своего сына?
– прошептал пораженный Тарлин.
– Или сын убил отца, - закончил Корн.
– Это, я думаю, больше устроило бы Альтама. Тогда будущий король Илонии - его собственный воспитанник.
Все трое притихли.
Они разговаривали во дворе, после тренировки. Здесь они не боялись, что их услышат, но и привлекать к себе внимание соглядателей Альтама не хотелось. Поэтому далее они развивать эту тему не стали, а вернулись в свою комнату, разговаривая исключительно о бое и о своей жизни в замке, как обычно, включая заранее придуманные воспоминания о далеком доме в Сеготе.