Игрок поневоле
Шрифт:
Когда мы отправились с Александром к нашим столам, с разложенным там багажом, я не удержался от любопытства:
– Ну и чем он тебя купил? – имея в виду обмен частей тела покалеченного нами нечаянно богомола.
– Пока только обещаниями, – попытался малой уйти от ответа.
– Какими конкретно? – И я получил совершенно неожиданный ответ:
– Обещал меня обучить любовному привороту. Мол, с такими знаниями я любую девчонку уговорю не только на поцелуи, но и на всё остальное.
– М-да! Облапошил он тебя! – прорвался я на смешок. – Как можно верить в такие глупости?
Мелкий посмотрел на меня долгим взглядом, словно жалея, и поразил недетской логикой:
– Что мы с тобой сегодня видели? Всего несколько минут общения,
Окаменев сердцем от таких слов, я всё-таки разумом попытался сопротивляться подобному утверждению:
– Неправда. Враньё. Такого не бывает. И ни в одной игре этого нет!
– Мало ли чего нет… Всё когда-то появляется в первый раз. Тем более что мы с тобой и не совсем в игре, а в самой что ни на есть настоящей жизни.
И мне ничего не оставалось, как грустно кивнуть и с тяжёлым сердцем приступить к работе над имеющимися у нас растениями. Перекидывались мы с партнёром только словами по делу, а вот мысли настойчиво и неподвластно возвращались к последним озвученным утверждениям.
Как тут оспоришь очевидное? Получалось, что и в самом деле этот местный подниматель трупов воспользовался магией приворота и буквально с первой же секунды покорил сердце капризной и опытной красотки. Или всё-таки не магия? Если рассуждать здраво, то любой женщине нравится повышенное внимание, нравится, когда её удивляют и смешат. Ну и плюс всякие мелкие сюрпризы в виде розы, которую фокусник благодаря своим умениям вытянул из воздуха.
Да и сам момент возможно даже показного внимания к Броку можно трактовать двояко. Ведь не обязательно в него влюбляться, можно ведь просто расслабиться, а то и притвориться заинтересованной. А притворяются для чего? Правильно! Чтобы позлить, завести, подвигнуть на ответные действия самого интересного кандидата. То есть – меня. Потому что верить в кандидатуру Димона – лучше сразу повеситься, наплевав на эту унылую и серую жизнь.
Конечно, мои рассуждения не поддавались стройной логике, как говорится, выглядели сильно притянутыми за уши. Но чем поддаваться унынию и тоске, лучше самого себя убедить в самом благоприятном развитии любовных отношений и делать всё от меня зависящее, чтобы так оно и сложилось в дальнейшем.
Тем более что я вспомнил об одном из самых первых общений с сиядой, когда она утверждала, что мужчина должен бороться за женщину постоянно. Если это были не пустые слова, то её поведение прекрасно укладывается в нелогичную и абсурдную канву нынешнего поведения. Она словно специально делает всё, чтобы меня позлить, вывести из себя, ошарашить, покорить, превратить в тряпку, коей уже стал наш доблестный паладин.
Припомнилось мне ещё несколько моментов, когда красотка пускала в ход всё своё оружие, пытаясь ослепить и покорить. К примеру, её эффектные выходы в новых одеждах. Тогда только я один, по стечению разных обстоятельств и наработанной уловки в виде команды «Урод!», оставался адекватным внешне и беспристрастным. И только это, если верить личному жизненному опыту и всему, что прочитал или увидел, может привести любую красотку в бешенство. Мол, как же так? Почему не уронил челюсть на пол? Где раскатанная губа и текущие слюнки? Я вся такая-растакая, а он никакого внимания?!
Заводит это дамочек, ох как заводит! Особенно прирождённых кокеток и слишком самоуверенных в себе куртизанок. И придя к таким выводам, я понял, что вся борьба ещё впереди. А чтобы отметить своё преимущество внешне, следовало всеми силами показывать бравое, если не весёлое настроение. Как это сделать во время рабочей, напряжённой суеты? Мы ведь не просто раскладывали травки по пакетикам и надписывали их, мы ещё и отваривали некоторые в кастрюльках, установив те на небольших горелках, а потом и оружие смачивали соответственно рецептам.
Но выход, особенно русские люди, отыщут всегда. Вот я и предложил Александру:
– Какие наши
песни ты помнишь? Начнём хотя бы с этой… Давай, подпевай! – и запел: – Пусть бегут неуклюже пешеходы по лужам…Малой глянул на меня вначале дикими глазами, но тут же подхватил с середины первого куплета:
– И неясно прохожим в этот день непогожий…
А дальше пошло веселье. Что характерно, уже во время первой песни сияда пару раз появилась в нашем поле зрения, посматривая в нашу сторону с недоумением. А мы не сильно-то перебирали с репертуаром. Что в голову взбрело, то и пели. Лишь бы второй подпевала знал слова песни хотя бы частично. Поэтому у нас на ура пошли такие несовместимые, казалось бы, между собой песни, как «В траве сидел кузнечик» и «Десятый наш десантный батальон». Затем «Тили-тили, трали-вали!» и «Тёмная ночь». Особенно лихо в нашем исполнении прозвучали «Песня про зайцев» и «Очи чёрные». То есть концерт получился на славу. Ещё и в тех фрагментах, слова которых мы забывали, несли полную отсебятину, что веселило ещё больше, и наши паузы со смехом становились всё продолжительней.
Петь я умел. Да и напарник не подвёл со своим юношеским баском. Так что поставленные цели были не только выполнены, но и перевыполнены. Потому что мы сами здорово развеселились и расслабились. Как говорится в песне «…уйдите прочь, грусть и печали!», так и у нас всё ненужное ушло, а оптимизма и хорошего настроения прибавилось.
И наша золотая рыбка, как говорится, клюнула. Женщины, они вообще по натуре существа, инстинктивно тянущиеся к веселью, развлечению и смеху. Если, конечно, они молодые и здоровые. Подобная тяга в них природой выживания заложена. Вот и Даниэлла вначале стала часто мелькать в общем зале, потом уселась в дальнем углу, затем перебралась в центр зала, пытаясь всякими ужимками и громким разговором с Димоном привлечь к себе интерес. Но на нас это не действовало. Не обращая никакого внимания на потуги красавицы, мы словно сизари тире жеребцы самозабвенно пели и громко ржали над каждой удачной импровизацией. Да и работа спорилась, уже близившаяся к завершению.
Такого откровенного игнорирования своей особы сияда уже не вынесла. Почти вплотную приблизившись к нам, она выбрала короткую паузу между куплетами украинской песни «Ты ж мэнэ пидманула!» и обратилась к нам с претензиями:
– Чего это вы так расшумелись? Вы в гостинице не одни, поэтому не забывайте, что нельзя нарушать покой других постояльцев! И что это вы тут варите? Почему посмели из обеденного зала устроить вонючую лабораторию?
Мы оба скептически на неё полюбовались, словно видели в первый раз, а потом мелкий с ехидцей пробормотал:
– Ой, тётенька, пустите меня погреться, а то давно ничего не ел и переночевать негде.
Пусть и в переносном, абстрактном смысле, но ответ сударыне Дарзлей он дал. Я же всё-таки решил выяснить конкретные пожелания дамы:
– Если мы не даём спать вашим детям, мэм, то будем петь тише. Перед остальными постояльцами мы готовы извиниться позже. Пусть только соберутся здесь в этом зале и выстроятся вон под той стеною. Желательно задом к нам и нагнувшись. А по поводу варки, так мы давали объявление «Требуются помощники!», но никто не откликнулся. Так зачем теперь сохнуть от зависти, что не удалось влиться в такой дружный и весёлый рабочий коллектив?
Мои слова, как и последний вопрос, Даниэлла со свойственной только женщинам простотой проигнорировала. Зато присмотревшись ещё к нескольким травкам, которые оставались на столе, она потянулась ручками:
– Ого! А ведь они совсем непростые… – и тут же отдёрнула руки после моего строгого окрика:
– Осторожно! Эта трава и в самом деле очень опасная. Особенно женщинам к ним прикасаться не рекомендуется.
– С чего бы это?
– Потому что после этого женщина уже никогда не сможет обмануть мужчину, – скорбным тоном выдал я великую тайну. – И женщины после этого кончают жизнь самоубийством. Ибо для них пропадает всякий смысл существования в нашем бренном мире.