Чтение онлайн

– Верните Рокше, - повторил я упрямо.
– Пока я не увижу его, не пойму, что он в порядке, ничего я вам не скажу. Молчать я умею, вы знаете. Катаки может рассказать.

Раздался тихий, издевательский смех.

– Умеешь?

Анамгимар оттолкнулся ладонями от стола, распрямился, позвал блондина. От окрика у меня зазвенело в ушах.

Сердце подпрыгнуло в груди. "Доигрался" - подумалось вдруг. Нахлынула тоска, мягкое кресло показалось ледяным и скользким. Только упрямство заставляло держать лицо. Когда распахнулась дверь, я уже был готов ко всему, даже к тому, что жить мне оставалось

минуты.

– Глупо, господин Эльяна, - произнес я, поднимаясь на ноги.

Анамгимар мне не ответил. Обернувшись к нарисовавшемуся на пороге блондину, проговорил:

– Пригласите генерала. Эль-Эмрана артачится.

Пол от неожиданности пошел мелкой дрожью, словно начиналось землетрясение. Предчувствие провала разрывало землю у меня под ногами. Падение... обратно не выбраться. Я не был готов к тому, что сегодня, сейчас увижу Корхиду; понимал что как бы ни хотел соврать, сделать этого не смогу. Скрыть от высокородного правду не дано ни одному человеку.

Моя растерянность заставила Анамгимара улыбнуться, черные глаза заблестели - словно дорвался кот до сметаны. Он прекрасно понимал, какое произвел впечатление своими словами и злорадствовал, ничуть не скрывая этого.

Ярость ударила в голову, не контролируя себя, я сделал, шаг: так хотелось впечатать кулак в пухлые улыбающиеся губы. Не дали. Я не видел, откуда взялась охрана, не успел даже как следует замахнуться, а меня уже скрутили, не позволяя шевельнуться.

– Нервы, нервы, - рассмеялся Эльяна.

А нервы и в самом деле ни к черту. Мне только и оставалось, что с тоской мечтать скоропостижно загнуться от острого сердечного приступа: незамедлительно, здесь и сейчас, чтобы избежать позора.

Приближение высокородного я почувствовал раньше, чем услышал шаги. Сердце трепыхнулось, пропустило удар и забилось в такт чужой поступи. Я чувствовал присутствие, и волосы топорщились, словно притягиваясь к наэлектризованному предмету. Незримая тяжесть легла на плечи. Из меня как из наполненного стакана выпили все надежды, желания и стремления - досуха. Неумолимо, властно клонило к земле, сил едва хватало, чтобы держать прямо голову.

Не заметил, когда охрана меня отпустила. Анамгимар по-прежнему находился рядом, но чтобы вцепиться ему в горло мне сейчас уже не хватило бы сил. Я на ногах стоял едва - колени подламывались. Генерала я не видел - стоило лишь попытаться бросить взгляд в сторону, из которой, казалось, исходила ломавшая волю сила, как пульсация крови в ушах становилась громче, накатывалась полуобморочная дурнота, и боль десятком рыболовных крючков впивалась в виски.

Я мог видеть только начищенные до блеска сапоги. Поднять на высокородного взгляд, тем более посмотреть в лицо, мне не позволили.

Кто-то рывком, поставил меня на ноги, протянул бокал форэтминского, кисловатая нотка в запахе которого предупреждала, что пить это мне бы не стоило.

– Пей! За здоровье Императрицы и Императора.

Сглотнув выросший в горле ком, я покорно взял бокал в руки. Отказать бархатному голосу было невозможно.

Вино ударило в голову как ледяная вода, как сильный поток, выбивающий дыхание, вызывающий дрожь, сбивающий с ног и несущий с ревом, кидая о камни. Куда? Очевидно. К обрыву.

Там, внутри себя я сопротивлялся из последних

сил: пытался ухватиться за скользкие камни скрюченными от холода пальцами, балансируя на грани бездны.

– Рыжий все рассказал, - долетел обрывок фразы.
– Осталось только получить подтверждение.

Пальцы разжались, и я полетел вниз. Ветер свистел в ушах. Мир сузился до крохотной ослепительной точки, которая стремительно удалялась. Я летел в темноту. Хотелось орать от боли. Слезы обжигали глаза.

Ну что же ты наделал, Рокше? Перед властителем, если он взялся за тебя всерьез, никому не устоять. Но я верил в тебя, рыжий. Больше, чем в себя самого. А теперь неповиновение стало бессмысленным. Ты сдал нас... Меня, Фори, Атома... Ты сдал Раст-эн-Хейм. Скоро последует кара.

Мир погрузился во тьму, и это было хорошо. В темноте боль утихла, перестала быть режущей, острой. Беспокоил только ровный, монотонный гул - то ли шум прибоя, то ли пульсация крови.

– Почему ты приказал навигатору взять курс на Ирдал?

– Я не приказывал, - губы едва шевелились. Мой голос звучал где-то вдалеке, как через стену - я едва разобрал слова.

Нет, я не приказывал... так уж вышло. Когда Рокше стартовал, я валялся в отключке. Но об этом меня не спрашивали.

– Кто же ему приказал, если не ты?

– Я не знаю...

– Что же ты знаешь?

Это был не вопрос, просто реплика в сторону. Не было нужды отвечать. По крайней мере, сейчас...

Приоткрыв глаза, я смотрел на начищенные до блеска сапоги, оказавшиеся на одном уровне с моим лицом. Генерал мерил комнату широким шагом. Потом остановился. Близко. Очень близко. Подсунул, воняющий средством для чистки нос сапога к лицу, к губам. Собраться бы с силами, харкнуть ему на обувь - пусть бы взбесился, пусть бы убил, но во рту пересохло.

Мне не скрыть бешенства, но и сопротивляться - никак. Словно в тисках. Игрушка. Марионетка... а кукловод дергает ниточки. И я кривлюсь, давлюсь гневом, ненависть к генералу оборачивается презрением к самому себе - но я целую этот сапог. И вновь обжигает стыд, потом охватывает ознобом, встает сердце... видела бы меня сейчас мадам Арима...

Я целую сапог генерала и шепчу, быстро, взволнованно, сбивчиво:

– Я не знаю, чем меня тогда накачали. Я потерял сознание еще в медблоке Лидари. Очнулся в плену. В какой-то больничке. Да, лечили, но не спускали глаз, а стоило пойти на поправку - больничную палату сменили на тюремную камеру.

– Как ты сбежал?

Глубокий вздох и кружится мир, и снова меня уносит....

Бетонные стены, встреча в присутствии надзирателя. Она дотрагивается до моей напряженной, судорожно вцепившийся в псевдометаллические прутья решетки, руки. Напряженные мышцы сводит от боли. Ее бледное лицо почти светится в полумраке, шаль сползла с одного плеча - Фориэ знобит, несмотря на духоту тропической ночи.

Надзиратель не уходит, вышагивает по коридору. Когда он удаляется, в самый конец я слышу шепот. Он звучит словно музыка: "Арвид, у нас есть шанс сбежать. Всем троим. Мне удалось сохранить камень. Я знаю, кому его предложить. Камень можно обменять на корабль и свободу. Но устроит ли тебя эта цена? Плата мне останется прежней - просто помоги добраться до Рэны".