Грани обмана
Шрифт:
— Фокусник никогда не раскрывает всех секретов, — автоматически отрезала я, поджигая сразу три импровизированных факела и возвращаясь к дознавателю. — Лежите смирно, постараюсь вас развязать.
— А кто такой фокусник?
Он с трудом повторил слово, послушно поворачиваясь на бок, и до меня дошло, что термин я произнесла на родном языке. В местном такого не существовало.
— Это некто, притворяющийся магом и показывающий невероятные трюки, но даром не обладающий, — пояснила я.
Обыскать меня никто не потрудился, потому я вытащила из потайного кармана
Мало ли пригодится еще, при моей-то жизни!
— Вы же одарены? — недоуменно протянул дознаватель. — Зачем вам притворяться магом, если вы и так маг?
— Потому что магичкой быть опасно. Тебя могут запечатать в любой момент, — вздохнув, констатировала я очевидное. — А тут — ловкость рук и никакого волшебства.
— Опасно? — пробормотал Уинтроп. — Но ведь запечатывание как раз придумали, чтобы помочь женщинам… обезопасить их от сильного дара…
Кажется, я снова пошатнула что-то в его мировоззрении, но честно сказать, мне было плевать. Меня гораздо сильнее заботил вопрос: куда это так спешно делся син Фабиу?
Возницу с нами не заперли. Это логично: он не маг, зачем его в изолированный подвал.
Кроме того он был ценным для похитителей свидетелем.
И точно знал, откуда дознаватель меня забрал.
— Ваш слуга из сотрудников или гражданский? — резко сменила я тему разговора.
Не время сейчас обсуждать проблемы образовательной системы.
— Гражданский, конечно. Он у нас уже пятнадцать лет проработал, предан всей душой герцогству! — оскорбился Уинтроп, ошибочно подумав, что я виню его работника в нашем пленении. — Он бы никогда…
— Он знает, где я живу! — перебила я его. — Там кроме меня находятся еще три одарённых девушки, которые скрываются от навязанных им женихов. Их хотели вывезти обманом — как я теперь понимаю, в Хакон.
— Так, — подобрался дознаватель.
Понял, что проблема вовсе не в его драгоценной персоне и не в сокровищах герцогства. Меня-то его слуга защищать ценой жизни не станет, мигом сдаст, куда ездил сегодня и где был. Тем более, ему никто не говорил что это великий секрет.
Мне это и самой в голову не пришло. Кто бы мог подумать, что я столкнусь там нос к носу с любителем рыженьких!
— Подробности расскажете потом, — решительно тряхнул головой Уинтроп. Поднялся с пола и принялся ощупывать дверь, как я минутой ранее. — Нужно выбираться и предупредить отдел. За посольством следят, но у вашего дома я не догадался поставить охрану. Зря вы меня не предупредили!
— О чем? Что я магичка и прячу таких же несчастных, не желающих замуж? — фыркнула я, глядя, как он пытается выломать створку, с размаху саданув в нее плечом. Надеюсь, не вывихнул ничего себе. — Бесполезно. Ее не выбить. Интересно, а слышимость работает нормально?
Я неожиданно испустила истошный вопль, оборвавшийся на самой надрывной ноте.
Дознаватель
вздрогнул. Вспомнил, видать, мой концерт в кэбе и недоуменно на меня обернулся.— Зовите на помощь! — шепотом подсказала я, затаптывая дотлевшие до краев карты. Подвал вновь погрузился во тьму, и ложиться на неудобный пол пришлось на ощупь. И продолжила стенания во весь голос: — Оооо, мне дурно!
— Помогите! Кто-нибудь! — Уинтроп благоразумно перестал стучать — он же вроде как связанный, безвредный — и тоже добавил драматизма: — Мейс плохо!
На лестнице загрохотали шаги. Кто-то пробурчал:
— Вечно эти бабы в обморок падают. Я им доктор, что ли? Водой плесну, полегчает!
И двери распахнулись.
— Гарью пахнет, — принюхался бугай. Он виднелся в проеме силуэтом, но переступать порог не спешил. — Что это вы тут устроили, а?
— Нехорошо… — простонала я как могла жалобно. — Голова кружится… и темнеет… о…
Охранник отчетливо колебался. Наверняка ему строго-настрого запретили соваться к пленникам, и в то же время если один из них — особенно ценная магичка — помрет, виноват будет, конечно же, он.
Чтобы помочь ему решиться, я откинула голову назад, выгнулась дугой и душераздирающе захрипела. Честно, самой страшно стало.
Бугай больше не раздумывал, метнулся ко мне. Ноги сами понесли его спасать дурную дамочку, что вот-вот скончается в приступе неведомой болезни.
Уинтроп зашел ему за спину и ударил изо всех сил по голове, планируя лишить сознания.
Сил оказалось недостаточно.
«Слабоват дознаватель, и удар не поставлен толком. К кулачным боям не привычен, сразу видно», — флегматично оценила я, глядя на дерущихся. Уинтроп уворачивался и отступал, охранник давил массой.
Пользуясь тем что мужчины заняты друг другом, а в помещении полумрак, я где ползком, где перебежками добралась до выхода.
Соблазн закрыть за собой створку и оставить их развлекаться был велик, но мне стало жаль герцога. Забьют ведь бедолагу, запинают, я виновата останусь.
Только чем ему помочь?
Я не качок и единоборствами не занималась.
Зато снаружи нашелся массивный засов. Я вытащила его из пазов, не без усилий притащила в камеру и, выждав момент, опустила его на голову бугаю.
Тот зашатался, повернулся ко мне, будто размышляя: падать или нет?
И все-таки упал.
Не слишком доверяя Уинтропу, я поспешила в коридор.
Еще запрет, чего доброго, снова, решив что мне стоит держаться подальше от места событий и вообще пересидеть в безопасности!
Глава 30
Магия затеплилась в районе солнечного сплетения, ластясь как соскучившийся кот.
— Используй меня, — шептала она. — Ты можешь все!
«Так вот что чувствовали сорвавшиеся девочки! — поняла я. — Их переполняла сила, как меня сейчас».
После пребывания в подвале чистая эйфория пробежала по венам, воспламеняя кровь и заставляя сильнее биться сердце. Кажется, сейчас я смогла бы силой мысли поднять дом!