Чтение онлайн

Правда? Он заключил договор с Нейфионом, существом, отличавшемся жаждой крови и сомнительной моралью. Если бы он не пообещал Нейфиону так много, всё сложилось бы совсем иначе, думал колдун. Он мог бы заниматься собственными делами, и Владыка Летучих Мышей не стал бы так интересоваться занятиями Яфета.

Наверное.

Конечно, он не знал наверняка, но разве можно быть хоть в чём-то уверенным в этой жизни? Только в его собственной жуткой смерти — а впоследствии и в гибели Ануши, вот и всё.

Он уже действовал вопреки целям Нейфиона. Он сможет поступить так же

и с новой сущностью, с которой заключит договор колдуна, верно?

От неуверенности у него скрутило живот.

В голову пришла ещё одна мысль — почти утешительная. Ему не впервой было заключать договоры. Он на собственном тяжком опыте узнал, как не следует это делать. Теперь он хорошо понимал, как нужно составлять договор, который не только даст ему силу, но и не пообещает новому хозяину его душу.

Он сделал дрожащий вдох.

Решение было уже принято, как только он подумал об этом. Всё остальное было просто задержкой.

Он потянулся в складки плаща и достал Сердце Снов.

Глаз Сердца был полуприкрыт. Колдун сел, скрестив ноги и расправив за собой плащ. Яфет положил Сердце Снов так, чтобы глаз артефакта смотрел на дальнюю стену сырого тоннеля. Пока что он был не готов смотреть в этот жуткий зрачок. Прикосновение к камню успокоило его трясущиеся руки, но его скользкое тепло заставило нервы натянуться ещё туже.

Колдун в последний раз огляделся вокруг. По-прежнему никаких признаков Ануши. Хорошо. Он сделал глубокий вдох и положил обе руки на предмет. Одно лишь присутствие этой вещи было оскорблением естественного порядка Торила, и прикасаться к нему было всё равно, что прикасаться к маслянистой чешуе дракона.

Камень пытался исказить разум любого существа, остававшегося рядом, обещая вместе с тем настоящую силу. Он открывал новые грани восприятия и возможностей при прикосновении к коже, но это был лишь рефлекторный ответ, неотъемлемая часть чуждой природы Сердца.

Задача Яфета требовала погрузиться глубже и найти искру сознания, с которой можно будет торговаться. Поверхностная энергия, которой бурлило Сердце, даровала могучие способности, которые продемонстрировала кво-тоа Ногах. Но без сдерживающих условий договора, защищающего носителя, такая сила в конце концов совращала и получала власть над владельцем камня. И для использования этих способностей всегда требовался сам камень.

Яфет знал, как избежать подобного результата. По крайней мере, надеялся, что знает.

Он повернул артефакт и взглянул в его око.

Веко медленно поднялось под аккомпанемент каменного скрежета. Открывшийся зрачок неподвижно уставился на него. В глубинах его мрака Яфет различал крохотные, пляшущие силуэты.

Он прищурился, пытаясь понять, что видит. Крохотные алмазы сверкают среди черноты... звёзды?

Да. Он наблюдал скопления звёзд, пылающих в невообразимых множествах за границами мира.

Яфет считал мир большим, но звёзды, которые он увидел в Сердце Снов, тянулись настолько дальше иллюзорной границы неба, насколько тысячелетие простиралось дальше часа.

Крохотные сверкающие точки поглотили его взгляд. Его разум пульсировал в пустоте между ними.

Сначала

на него нахлынула эйфория. Звёзды были похожи на драгоценности. Многие из них сверкали дорогими цветами, а он парил в их сокровищнице. Существование тянулось за пределы любого воображения, но он чувствовал — по крайней мере в это мгновение, — что обладает некоторым пониманием его просторов.

Затем он заметил несколько звёзд, отличавшихся от других. Они колыхались и плясали, как будто их место на небесах было непостоянным. Зрелище этих изменчивых светил напомнило Яфету о его цели.

Когда он понял, что дрожащие точки походят не на звёзды, а на окна в небесах, его коснулась тошнота. Мерзкое сияние текло через эти дыры, а позади них сгрудились жуткие силуэты, выглядывающие в реальность.

Каким-то образом, вероятно, через посредство Сердца, он знал имена звёзд.

Там был Акамар, трупная звезда, чьи невероятные размеры заставляли других звёзд устремляться навстречу гибели. Кайфон был фиолетовой звездой, обладавшей обличьем путеводного маяка, но нутром Яфет знал, что этот маяк способен предать тех, кто слишком сильно на него полагается.

Был ещё Дельбан с его льдисто-белым сиянием, жестоким и горьким.

Кирад был звездой с ярко-голубыми лучами, которая пылала над апокалипсисами, где бы они ни происходили.

Яфет видел и узнавал эти и многие другие звёзды.

Колдун моргнул. Он видел, куда должен отправиться, если хочет заключить новый договор с безымянными сущностями, чья родословная включала Древнейшего, хотя насчёт иерархии он был не уверен. Если его разбитый договор с Владыкой можно было назвать пактом фей из-за дома Нейфиона, расположенного в Фэйри, тогда он полагал, что новый договор нужно назвать звёздым пактом, поскольку существа, о которых шла речь, жили далеко за пределами этого мира.

Ему требовалось укрепить свой разум перед путешествием, иначе он окажется в большем рабстве у новых покровителей, чем был у Нейфиона, даже в тот период, когда Владыка на короткое время завладел камнем их договора. Всё будет напрасно, если он рухнет — с пустым взглядом и текущей изо рта слюной — в руки безумных богов. Этот исход будет так же плох, если не хуже, как гибель от багровой пыльцы.

Но даже в самом худшем случае, сказал себе Яфет, оно того стоит — если он хотя бы сумеет помочь Ануше.

По крайней мере, Яфет вытащит её из Кссифу, прежде чем его душа сгинет в результате его опрометчивого поступка. Вероятно.

Яфет позволил незаметному течению ближайшей звезды, обладавшей красным светом, увлечь его сознание. Течение потянуло его ближе, и в разуме возникло имя звезды. Ниал.

Другие звёзды, имена которых он знал, каждая тянула его сознание, немного изменяя его траекторию по ложным небесам его восприятия. Но сильнее всего его тянула власть звезды Ниал.

Ниал колыхался вокруг того места, которое должен был занимать неподвижно, и его воздействие притягивало Яфета всё ближе и ближе.