Герберт
Шрифт:
– Я буду стрелять, вы слышите!
– вновь крикнул он, потрясая в окне огромным пистолетом.
– Щенок, жидовское отродье!
– заорали с улицы.
– Только попробуй, мы тебе ноги выдернем!
Тогда Герберт снова повертел в руках пистолет и, увидев маленький кривой рычажок,
– Але, але, Бербель...
– Опять в трубке появилось пространство.
– Я сейчас стрелял в штурмовиков.
– Как - стрелял?
– А вот так - стрелял, и все.
– Из чего?
– Из пистолета.
– А откуда он у тебя?
– Он лежал в столе у отца.
– И что же теперь будет?
– Я не знаю.
– Зачем же ты сделал это?
– Если бы ты знала, какие они отвратительные ублюдки, ты бы сделала точно так же.
Какое-то мгновение в трубке обитало молчание.
– Но ведь у тебя есть я, я, Герберт, ты слышишь?
– Я слышу, - тихо ответил он.
– Ты мне как-то сказала... ты как-то сказала мне, что любовь и смерть сделаны из одного вещества.
– Нет, я такого никогда не говорила, откуда ты
это взял?– На улице шум, подожди, я сейчас вернусь.
Он положил телефонную трубку рядом с аппаратом и подошел к окну. По дорожке к его дому шли двое полицейских. Увидев это, Герберт опустился на диван. В дверь стали звонить, затем стучать. Он не мог думать - мысли вылетали из головы одна за другой. В дверь стали стучать еще громче, так что сотрясался весь дом. Герберт поежился, покрутился на диване, а потом вдруг неожиданно, видимо и для самого себя, прижал к сердцу ствол и выстрелил. Тело его отбросило к стене. Боли он не почувствовал, но в уголке гаснущего сознания отразилось небо и облака, плывущие в сторону Англии.
Услышав выстрел, полицейские взломали дверь и проникли в дом. Один, тот, что постарше, подошел и наклонился над мальчиком.
– Он умер, - сказал полицейский своему напарнику и поднял лежащую рядом с телефонным аппаратом трубку.
– Але! Але, что там происходит?!
– кричала Бербель.
Полицейский отнял трубку от уха, осмотрел ее со всех сторон и, не прижимая мембраной, сказал в микрофон:
– Мальчик застрелился, - после чего дал отбой.
Бербель держала в руке телефонную трубку, из которой теперь раздавались одни короткие гудки, и плакала, тихо, без всякого звука, так, как плачут только небесные ангелы. Она вспомнила последнюю фразу Герберта и никак не могла понять, почему же любовь и смерть состоят из одного вещества
_______________________________________
1 Когда солдаты маршируют по городу (нем.).