Гамбит Хасса
Шрифт:
– Всё зависит от того, что неизвестный маг может предложить.
– О, попутный ветер и доброе течение от мага Хариба ибн Сцилл, - лёгкий поклон обозначил о ком идёт речь и подтвердивший предположение Некарка, - могут принести, досточтимому капитану много выгоды в пути, а водоворот и водяной таран пресекут любые попытки завладеть грузом столь быстроходного и крепкого судна как ваше.
– Быть может, - задумался Некарк.
– Плачу серебряный за рейс.
– Но, капитан, - Хариб всплеснул руками. Из-за широких рукавов движение получилось эффектным, но не более. Чтобы смутить бывалого волка морей -
– Это даже для неопытного неофита крайне мало!
– Для мага, о котором я ничего не знаю - в самый раз. Может досточтимый ибн Сцилл из пиратов, кто знает, - зевнув, Некарк с оттяжкой как будто невзначай хлестнул по спине одного нерасторопного матроса.
– У уважаемого ибн Сцилл будет возможность продемонстрировать верность команде и свою магическую выучку во время рейса, и если они будут соответствовать уровню корабельного кудесника, то вопрос о возможности выплаты дополнительного денежного вознаграждения будет рассмотрен по возвращению судна в порт. И никак иначе. Если же маг Хариб ибн Сцилл не имеет более желания работать на моём корабле - я не задерживаю. Более выгодного предложения, чем моё - он вряд ли найдёт.
На горизонте снова сверкнули нити молний. Завывающий ветер неутомимо терзает паруса. Бушующее море бьёт в борта, а чёрное небо, непрекращающимся дождём, заливает сверху. И кажется, сама природа ополчилась и хочет потопить корабль и людей. Капитан отрывисто отдаёт команды, и экипаж суетится на палубе. Старший помощник охрипшим голосом дублирует приказы. Несколько моряков на грот-мачте собирают такелаж. Накатил огромный вал. Капитан, остервенело, выворачивает руль, изо всех сил стараясь поставить нос судна против волны. Вспенившись, она ударила в борт. Приглушённый бурей крик и совсем неслышный в буре всплеск.
– Человек за бортом!!!
– прокричал человек.
– Человек за бортом!!!
– прокатилось по палубе.
Двое дюжих моряков с верёвкой в руках ринулись на помощь.
Сколько обычный человек может продержаться в водах Изумрудного моря? День, два... Были случаи, когда рыбакам на своих хлипеньких лодчонках удавалось вытаскивать людей, пробывших в море десять-двенадцать дней, и дрейфовавших на каком-нибудь бревне. Но во время шторма... На жизнь неудачника никто не поставит и медяка.
Обеспокоенная толпа собралась на береговой линии. Люди разве что в воду не лезут и, затаённо перешёптываясь, обсуждают что же произошло. А поговорить есть о чём - не каждый день в порте происходит нечто подобное. Полдюжины шлюпок, осторожно держась на небольшом отдалении, кружит вокруг, завалившегося на бок и похожего на призрак, стоящего на рейде корабля.
Рваные паруса шхуны "Морской бес" неправильными треугольниками колышутся под лёгким бризом. Раскачивается, и без того держащаяся на одном слове, надломленная фок-мачта. На левом борту, где усталая ополовиненная команда шхуны наскоро залатала пробоину, видавшие виды моряки подметили следы от огромных зубов, но то скорее огромная отметина и последствия ужасного шторма. Он, словно мучаясь от голода, решил попробовать на вкус и вырвал часть корабля.
На корме рядом с вымотанным непогодой старшим помощником скулит корабельный кудесник. Его лицо бледно, а сам он едва не теряет сознание. Руки мёртвой хваткой вцепились в голову. Раскачиваясь в трансе, он
бормочет одну и ту же, только ему понятную, тарабарщину.– Не ходить тебе под парусом, - хмыкнул старпом.
Что же будет с командой и кораблём он даже не загадывает. Духи удач в этот раз отвернулись от них. Пропавшему во время бури судовладельцу для ремонта и выплаты за безвозвратно испорченный груз придётся выложить немалые деньги. И чего он будет ворчать. Самое главное жизнь осталась при нём...
Сколь много людей встречало торговую шхуну в порту, столь безлюдным оказался песчаный берег, на который вынесло тело капитана.
Его мысли метаются в тягостном бреду. Бушующее море... Свист ветра... Вспышки молний... Раскат грома, переходящий в далёкий хохот... Треск, рвущихся под натиском бури, парусов... Огромная волна... И солёный, забивающий рот и нос, вкус моря...
Перед глазами всё плывёт. Дневной свет кажется нестерпимо болезненным. Ослабшее тело не слушается. До слуха сквозь шум накатывающихся волн доносится спор незнакомых голосов:
– Тратиться на него. Расточительство.
– Перестань. Не ты ли сказал - это приказ самого...
– Я много чего говорил, - недовольно перебил первый голос.
– А в твоей голове только это и осталось.
Его коснулась чья-то рука, холодная и склизкая как чешуя рыбы. Она приподняла его голову. В рот попало что-то жгуче-горячее и одновременно ледяное. В попытке избавиться от чужеродности человек содрогнулся в рвотном позыве. Та же рука закрыла рот, а другая надавила на грудь, твёрдо прижав к мокрому песку.
– Готово. Проглотил. Отпускай его.
Стоило частице хаоса добраться до желудка, как мышцы свело судорогой. Резко выгнуло спину. Под расползающейся кожей появилась тёмная бугристая шкура. С каждым мгновением она разрасталась, захватывая всё большие участки. Мышцы ужасно напряглись и пошли буграми. От плотно сжатой челюсти послышался скрежет и хруст, когда жгучая боль усилилась, цепко охватив всё нутро, и через глаза, нос и уши хлынула кровь.
– Если выживет - на перерождение уйдёт много, очень много корма и куда больше времени, - скептически высказался, стоящий в двух шагах от действия, парень с рунической вязью на левой скуле.
– На мой взгляд, пустая трата сил.
– Теперь чтобы не произошло - о нём позаботится море.
Волна с тихим шелестом мягко подхватила тело бывшего капитана и понесла в морскую пучину. Оставшись наедине, Яссо не отказал себе и обошёл повелителя глубин по кругу, морща лоб и запоминая каждую линию, каждое родимое пятнышко на шелковистой коже её нагого тела. А посмотреть было на что - стройные ноги, широкие бёдра, узкая талия и плоский живот, уверенная осанка, демонстрирующая упругую грудь и длинные ниспадающие на плечи волосы цвета морской пены.
– Что-то не так?
– Нет. Ничего. Я думал - мне с сосудом не повезло, а тут такое недоразумение.
Повелитель бурь кивком указал на ещё один, по его мнению, изъян.
– Зачем таскаешь?
Из общего образа выделился простой жемчужный браслет из чередующихся чёрных и белых шариков. Демон в личине девушки смутился и заметно покраснел. Ладонь, непроизвольно закрыв от лишних глаз украшение, коснулась запястья.
– Красиво.
– Н-да. И чего, собственно, я ожидал услышать.