Чтение онлайн

Долго ждать не пришлось, вскоре раздались легкие шаги, которыми отличались все говорящие с Небесами. Дверь без единого скрипа распахнулась, и на пороге появился сильф средних лет. Кудрявые пепельные волосы с проседью были стянуты на затылке в короткий хвостик, худощавую фигуру скрывал длинный домашний халат темно-коричневого цвета.

– Юрген, если не ошибаюсь, - голос у него был звучный, таким только петь под ветра.
– Чем обязан?

– Здравствуйте, - проявил вежливость Юра.
– Я не помешал вам?

– Нет. С недавних пор мне трудно помешать.

Я живу один и круглосуточно готов принимать гостей, хотя это никого не заботит. Полагаю, причина моего одиночества вам известна и без пояснений.

– Поэтому я и прилетел, - ухватился Юра за благодатную тему.
– Я очень плохо знаю Дашу, хотел бы о ней поговорить. Мне порой трудно понять, что она любит, чего хочет.

– Не только вам. У моей дочери на редкость неуживчивый характер. Сочувствую, - это было сказано с редким безразличием. Потом тесть посторонился: - Проходите.

Они вошли в маленькую гостиную со следами недавней разрухи и поверхностного ремонта, сели на длинный жесткий диван.

– Где сейчас Дашина сестра?
– как бы невзначай поинтересовался Юрген.

Собеседник вскинул на него знакомо блеснувшие зеленые глаза.

– У Дарьянэ уже нет сестры.

– Правда? Простите, я, наверное, ее неправильно понял. Мне показалось, у Даши есть любимая младшая сестра.

– Это невозможно. Моя жена развеялась вскоре после рождения первой и единственной дочери.

Они помолчали. Юрген судорожно подыскивал подходящую тему для разговора. Ему требовалось аккуратно растормошить тестя, пробить его маску равнодушия. А в том, что это именно маска, молодой агент не сомневался.

– Здесь недавно случился ураган?
– спросил Юра, с интересом озираясь.

– Повздорили с дочкой из-за ее свадьбы, - усмехнулся сильф.
– Вам она еще не выкидывала подобных фортелей?

– Было дело, - Юрген осторожно изобразил улыбку.
– Но все ограничилось сметенными на пол кастрюлями и парой разбитых тарелок. Даше не понравилась наша новая фамилия.

– Вы уже сменили фамилию? Это хорошо. И какую выбрали?

– Эр. На мой взгляд, вполне сносно и лаконично.

Тесть рассеяно кивнул. Но когда заговорил снова, в его голосе звучало больше теплоты и живого беспокойства:

– Даша сильно переживает, что стала вашей женой? Она очень боялась, что вы будете грубы с ней.

– Думаю, эта свадьба для нас обоих вышла потрясением, - не покривил душой Юра.
– Пока что мы с Дашей супруги лишь официально. Я агент тайной канцелярии и не смею позволить себе обходиться с девушкой дурно.

– Рад это слышать. Хотя моя дочь и сама может с кем угодно обойтись дурно. Как и постоять за себя.

– Не сомневаюсь, но в отношении меня у нее нет такой нужды. Даша часто спрашивает у меня...

– Что же?
– благосклонно уточнил тесть.

– Почему я взял ее в жены. Но я не могу дать ответа. С тем же успехом я сам могу вопрошать, почему Даша сделала своим мужем меня.

– Ваши родители ничего вам не сказали, - это звучало утверждением.

– О проклятии?
– Юрген снова надеялся попасть

пальцем в небо.

– Да. Если вам это известно, то к чему вопросы? Кстати, я бы не советовал рассказывать про это Даше. По крайней мере, в ближайшие несколько лет.

– Но почему? Я не вижу в этой истории ничего ужасного. С каждым произойти может.

– Вы поймете меня, когда сами обзаведетесь детьми.

– Это вряд ли, - буркнул Юра.

– Не зарекайтесь. Рано или поздно моя дочь заметит, что вы благовоспитанный молодой сильф и можете стать прекрасным отцом.

– Причина не в Дарьянэ. Работа в четырнадцатом корпусе полна риска. Я не хочу, чтобы однажды мои дети стали сиротами.

– По-вашему, при таком раскладе им лучше вообще не быть?
– тесть отчего-то развеселился.

– Ну да. Как представлю, что мой портрет в квадратной рамке повесят на стену...
– Юргену тут же вспомнилось Липкино "гнездо".

– Вы так молоды, а уже думаете о смерти.

– Профессия обязывает.

– Я все же надеюсь, что со временем вы пересмотрите свои принципы. Портрет может быть и в круглой рамке. А можно вообще завещать потомкам никогда не вешать на стены картин.

Юрген обратил внимание, что разговор уходит в какое-то совсем невыгодное для него русло, и поспешил вернуться на старую тему:

– Вы не могли бы объяснить мне, почему Даша не должна узнать о проклятии? Я не могу понять, какие моменты в этой истории заставляют вас желать подобного?

– У моей дочери порывистый характер шального смерча. Она почти наверняка все неправильно поймет и будет меня ненавидеть. В точности, как ее бабушка...

– А у нее есть бабушка?
– заинтересовался Юрген. Это и стало его ошибкой.

Дарьянэ то ли забыла, то ли не сочла нужным упоминать о бабушке, когда рассказывала про семью. Официально бабушка и не считалась ее родственницей, да вот только запись в учетной книге никогда не сможет отменить кровных уз, о которых в сильфийском обществе не принято говорить вслух.

Тесть подобрался и нахмурился.

– Сдается, вы мне морочите голову! Если бы причина свадьбы хоть немного была вам известна, вы не спрашивали бы, есть ли у Даши бабушка. Родители не учили вас, Юрген, что врать, тем более старшим, нехорошо?

– Учили. Но это было очень давно, - Юра прищурился. Он уже понял, что больше ничего здесь не добьется, а значит можно действовать открыто: - В тайной канцелярии мне сказали, что для разведывания информации все средства хороши. А я очень хочу сейчас докопаться до истины.

– Это не принесет вам счастья.

– Для меня любая правда лучше неведения.

– Но не эта!

– Позвольте мне самому решать. Пожалуйста, расскажите, почему нас с Дашей поженили?

– Я не могу. Ради вашей матери, Юрген, не лезьте в грязную историю прошлых лет.

– А при чем здесь моя мать?

– Всеблагие Небеса!
– немолодой сильф на миг спрятал лицо в ладонях, и комнату вздохом овеял сквозняк.
– Мальчик, ты же совсем ничего не знаешь! Я не слова больше не скажу.