До самого дна
Шрифт:
– Разве не это было первоначальной идеей?! Город для магов! К чему такие жертвы?! – кричал ей Ханс. Варвара громко и резко рассмеялась.
– Магия – удел сильных! – взревела она, неожиданно посуровев. – Слабые чародеи порочат свой дар! Вы не нужны миру! Миру нужна сила! Нужна мощь! Нужна храбрость и несокрушимость! Мы нужны этому миру, не вы! Мы уничтожим слабость в корне, втопчем в землю, а на телах поверженных выстроим новый мир, мир сильнейших!
– Вы собираетесь истребить магов, чей дар слабее вашего?!
– Они недостойны звать себя магами! Они появились, приняв лишь часть магического дара! Это недопустимо!!!
– А как же люди?! У людей его вообще нет, вы и их истребите, семь с лишним миллиардов человек?!
Она истерически расхохоталась.
–
Тут в ее сторону пролетела быстрая вспышка, но один из магов буквально закрыл Варвару своим телом, умерев на месте. Через секунду посыпались еще вспышки, маги отбивались, народ тоже начал проявлять активность, люди и охотники карабкались по руинам, что-то кричали… Их вновь накрыл огненный шквал. Дальше почти все сливалось в единое целое: огонь с людьми, охотники с магами, небо с руинами. У некоторых было оружие, слышались крики, взрывы и выстрелы, но видно ничего не было. Так продолжалось довольно долго, а потом, как-то слишком внезапно, все прекратилось. Огонь исчез, люди перестали кричать, сильно подрагивающая камера повернулась в сторону Варвары. Та стояла, вытянув руку вперед и вперив взгляд в Ханса. В груди у нее зияла черная дыра. Искр больше не было. Ханс стоял в той же позе, но с сердцем у него было получше. Пальто на нем уже не было, как и рукава у рубашки. Похоже, поток огня был настолько мощный, что он отразил только часть, которой, собственно, и выжег Варе сердце биомеха. Тело ведьмы упало сначала на колени, а затем ниц. Немец тоже покачнулся, но на землю рядом с ним обрушился Мор, тело которого разошлось на две части в попытке втянуть Ханса внутрь. Мой друг сопротивлялся, видимо, не успев понять, что происходит, но потом потерял сознание, и птица унесла его ввысь. Выжившие люди пораженно галдели: «Он вознесся!», но вряд ли виной их скверному пониманию ситуации была глупость, скорее Ханс действительно переборщил с внушением, а я со спецэффектами. Телевизор выключился.
– Я же говорила, он справится! – раздался из-за спины знакомый голос.
Мария дернулась, испугавшись внезапно появившуюся за спиной Соню.
– А ты еще кто?!
– Мария, это – Соня. Соня, это – Мария. Знакомьтесь, – я по-прежнему не поворачивалась, а сидела лицом к телевизору, смотря сквозь него.
– Нельзя же так подкрадываться…
– Сорьки.
– Это ты ее привела? – Мария обратилась ко мне.
– Да. Все, кто бегут, в итоге оказываются здесь. Так было задумано это место. Оно – укрытие.
– Ладно, я зашла просто глянуть. Еще не все внизу обошла. Пока-пока.
Девушка ускакала куда-то. Почему-то мне казалось, что то самое «куда-то» – это столовая.
– Знаешь, почему Варвара хотела тебя убить?
– Потому что не хотела, чтобы ее нашли? Сомневаюсь, что она послала бы тебя за мной лишь потому, что относит меня к слабым чародеям…
– Она боялась тебя.
– Ха?
– Ей Сивилла предсказала смерть от твоей руки.
– Сивилла… Гречанка какая-то? – Мария никак не отреагировала на мою попытку пошутить. Еще бы, не знать Сивиллу… – Она сказки в детстве не читала? Всем известно, что если тебе предсказывают смерть от руки мирного персонажа, то спровоцировать его ты можешь только сам. Лучший выход – не делать ничего. И вообще, почему все от меня требуют объяснений, хотя я сама ничего не понимаю? Она же не мной была убита, в конце концов.
– Не совсем так. Согласись, если бы ты не приложила ко всему этому хаосу свою руку, она была бы жива, а тот мужик, кем бы он ни был, погиб бы. Ну или вообще не добрался бы до нее.
– Ну, не знаю, не знаю… Если так подумать, то одна я тоже бы не смогла ее убить. Я бы еще в той чертовой деревне померла бы… Как ее там… Кленовка?.. Нет, но что-то такое.
– А вот это уже другой вопрос, который мне хотелось бы выяснить. Сколько мы ни сверялись с информацией, везде говорилось только о тебе одной. Все мировые силы будто игнорировали существование твоего сопровождающего. Признаюсь,
когда я напала на вас двоих в лесу, я не ожидала, что с тобой будет кто-то еще. Магом от него и не пахло, я понадеялась, что это просто проводник, но… Какое отношение он имеет к Варваре? Они оба имеют дар, который абсолютно неощутим.– А мой дар ощутим?
Она задумалась. Поводила головой по сторонам, будто прислушиваясь.
– Не могу понять… Как… Как это возможно? Я чувствовала тебя в лесу, но сейчас…
– Я не вижу причин утаивать это от тебя. Как много ты знаешь об МСЛ?
– Что это?
– Ясно. Международная служба ликвидации. Это такие ребята, которые вырезают волшебников. Все эти Алфавиты, боты, всякие рамки и детекторы – их лап дело. Также они занимались экспериментами над людьми, магами и биомехами. Если коротко, то Ханс, Варвара и многие охотники – продукт таких экспериментов. И если Ханс и Варвара сбежали, то остальные присоединились к МСЛ и теперь работают на них.
– А что насчет тебя?
– О, мне было очень плохо, и Ханс спер для меня разработки тех экспериментов. В общем, только поэтому я сейчас сижу здесь.
Мария задумчиво буравила взглядом выключенный телевизор, как я делала это несколькими минутами ранее. Может, не стоило так сразу рассказывать все? Хотя, я же не сказала, что ценой такого эксперимента является не только риск для психики подопытного, но и жизнь человека.
В то же время, меня заинтриговало то, что про Ханса никто ничего не знает. Его нет ни в одном предсказании. Как можно обойти магию прогнозирования? До сегодняшнего дня я считала это невозможным. Ну или маловероятным. Так или иначе, было бы неплохо спросить его об этом, когда он очнется. Все-таки, свою силу я тоже когда-то считала неозможной.
– Ладно, мне пора возвращаться.
– А? Да, да, мне тоже надо работать. Увидимся. Она двинулась к столу, а я к выходу со склада. На площади меня нагнала Валерия.
– Вот ты где! Ты Машу не видела?
– Работает.
– Опять?! Ей лежать надо и поправляться, а она уже себе работу нашла. Чертовы трудоголики.
– Некоторые люди просто не умеют вести пассивный образ жизни. Не удивляйся, когда Ханс очнется и побежит возглавлять очередной крестовый поход. Он такой же.
– Уж кто бы говорил. Ты прямо из лазарета сбежала, и больше в Подполе тебя никто не видел.
– Не могу отрицать, но я сбежала не работать, а по причине психической нестабильности… Если помнишь, у меня…
– Да, прости, мне не стоило поднимать эту тему, – она виновато опустила взгляд, и он упал на мою руку с часами. – Это его?..
– Да, – ответила я после секундной задержки.
– О нет, прости, я не сдержалась… Обычно я не лезу не в свои дела, – продолжала сокрушаться она.
– Ничего, все в порядке. Прошло очень много времени. И мне надо возвращаться к Хансу.
– Да, конечно. Еще раз извини. А где, говоришь, Маша теперь работает?
– На складе.
– Быстрая… Ну ладно, до скорого! – она помахала мне рукой и быстро направилась к зданию склада.
Я продолжила свой путь к лазарету. Уже у дверей я услышала голоса, доносящиеся из общей палаты. Толкнув дверь, я сделала шаг внутрь помещения и застала там двоих людей. Одного я знала, Ханс стоял одетый по пояс, с забинтованной рукой, и держал черную рубашку. Второго я видела впервые. Как и все наши лекари, он носил белый докторский халат. Хотя, признаюсь честно, белым он оставался не у всех. Но к этому типу данное утверждение не относилось. Тем временем, они оба обратили на меня свое внимание.
– Предсказуемо, – выдала я, отмечая, что Ханс действительно вскочил на ноги, как только очнулся.
– Вы, должно быть, Алиса, – начал второй, – наслышан о вас.
– Я вас не знаю, – возможно, слишком уж резко бросила я ему. Пришлось сглаживать обстановку. – Недавно тут?
– Неделю, – казалось, он не заметил моего выпада. Скорее, просто проигнорировал. – Меня зовут Иван Алексеевич.
– Очень хорошо. Это место нуждается в любой помощи, а лекарей тут всегда не хватает.
– Думаю, мне лучше оставить вас одних.