Чтение онлайн

— Короче.

— Мы их покарали посредством выборной методики, — всё лицо макшинослужителя выражает сейчас гордость и самолюбие. — То есть одних очистили священной плазмой, другие отправились на процедуру становления рабами, пусть послужат макшиноугодной миссии по служению элите. И тех, кто показал лучшие результаты наши Экспедиции подвергали телесному очищению путём избиения.

— А на каком основании вы подвергали наказаниям? — единственный живой глаз Легата посмотрел прямо в глаза макшинослужителя. — И почему именно такой спектр наказаний?

— Мы проводили наши освящённые экспедиции на основании информационно-устанавливающей Проповеди Круга Инфо-Кардиналов № 35, где сказано «Для осуществления миссии,

связанной с просвещением програманн, инфо-кардиналы и инфо-епископы вольны использовать любой метод и средства, какой пожелают нужным».

Инфо-епископ примолк, смотря, как воспринимают его доклад и когда не увидел какой-либо неприязни продолжит, только с большим рвением и фанатизмом в голосе, переходя к стилю проповедей:

— А что касается наказаний, так они благословлены всеми духами Макшины и угодны им. Святой плазмой мы караем тех, кто не знает догм и предположительно может стать инфо-еретиком, так как пустота его знаний есть благодатная почва для отступников. Тех, кто показал лучшие показатели мы отправили на процедуру становления рабом, ибо они ещё не подверглись смертельной порче и Макшине угодно, чтобы они продолжали служить, но из-за того, лишены значительной части знаний о культах и Церкви так же способны обратиться к инфо-ереси. Ну а тех, кого мы побили, тех отчистили от возможной инфо-ереси и отступничества, убедив в нашей силе и серьёзности намерений.

— А откуда такая суровость наказаний? — неожиданно вопрошает Анна. — Вам не кажется это нецелесообразно жестоким?

— Дитя моё, — с извращённой лаской обращается к девушке макшинослужитель, — мы всё это делаем, чтобы принести в грешный мир толику праведности и благодати, которую нам дарует Макшина. А наказания это способ удержания масс от отступничества. Боясь нас, мы не даём нечестивым помыслам проникнуть в их разум и разрушить веру в нашу праведную миссию создания торжества Информократии! — В некем безумном фанатизме и опьянении от веры повышает голос Инфо-епископ. — Знаешь, мы должны убогих и слабых вести к истине, сколько бы они не обливались кровью и слезами по пути. Да, всё это творится во имя идеи инфо-философии и для утверждения власти интеллектуальных элит под нерушимом покровом Макшины, ибо это рождает абсолютную стабильность и власть способнейших и умнейших, к чему и шло человечество столь долгие лета!

После столь страстного ответа повисла снова тишина. Каждый сидит и не смеет поднять голоса, дабы не разрушить сакральной тишины после проповеди. Легат молчит, думает. Но раскрыв перекошенные губы, заговорил механической речью:

— Хорошо. И каковы результаты вашей работы? Можете доложить?

— На данный момент нами просвещено около тридцати процентов от всего города и семидесяти от части, находящейся в Круге Интеллекта. И карательным мерам подверглись одиннадцать процентов среди всего населения, средь которого мы вели проповедь.

— Ну ладно, — пустой взгляд Легата уставился куда-то в стену, как будто возле него никого нет, и там он видит нечто. — Скажите, а как успехи во втором способе психологической обработке?

— Да, о ней, — явно замешкался макшинослужитель. — Нам не удалось её реализовать полностью, так как мы не смогли получить право на допуск к динамикам в квартирах програманн группы «А-2». Но, обратив молитвы на кодике к Макшине, мы получили доступ к динамикам к остальным квартирам. И до сих пор в каждом доме звучит курс лекций и проповедей, рассказывающих о том благе, которое несёт власть способных людей в обротке с информацией.

Пока Инфо-епископ рассказывает, как он и его просветительская работа укрепляют лояльность народа к власти, в голову Анны закрадываются крайне неприятные мысли на грани ереси и предательства. Выращенная по ускоренной методике девушка, воспитанная на нерушимых принципах лояльности к власти Апостолис Директорис, не может

принять то, что сейчас помпезно талдычит служитель Макшины, рассказывая о том, как они убивают во имя веры и стабильности. Приобретя знания, что творят самые интеллектуально-одарённые «люди», исходящие из установленной информации, с одобрения высшей власти, Анна не может мириться с тем, что творится вокруг и отвергает все идейные столпы Информократии. Её ещё человеческая душа и женское сердце, полное милосердия и теплоты, бунтует против того, что решаются делать Апостолы, что сохранить жалкое подобие «стабильности».

Анна, узрев истину, скрытую за красивыми и роскошными шторами праведности, крепости власти, правильности курса, взятого на допущению к власти самых прагматичных и умных, почти подошла к такому состоянию, чтобы отвергнуть всю инфо-философию, понимая, что основы учения — бред.

— Хорошо, я понял, — сложив руки в конус, поставив локти на стол и склонив голову к острию из пальцев, по странному тяжко выговорил Легат. — Теперь же я хочу услышать заместителя Примус-Администратора по нашему Домену.

— Секунду, Ваше Инфораршество, — подбирая бумажки со стола, поднимается широкий и высокий мужчина в солидном костюме, представленном длинным серым камзолом, туфлями и серыми брюками. — Домен содрогается от восстаний, но мы держимся благодаря храбрости воинов, его защищающих. Во всех городах, где предпринималось какое-либо восстание или противодействие власти Информократии были подавлены самым эффективным способом. Наши потери составляю всего три процента от количества всех военизированных подразделений в нашем Домене. В то время как мятежники потеряли больше девяноста процентов от тех армий, с которыми мы сталкивались.

— Я хочу услышать про эффективные предложения по укреплению програманнской лояльности. Доклады про потери и победы уже прозвучали. Мне нужны конкретные меры, касаемые «А-8» и «А-7».

— Да, Ваше Инфораршество. У меня есть пара наработок, — смотря распухшим лицом в бумажки, ответил Примус-Администратор. — Мы можем попробовать усилить полицейские наряды при патрулировании части городов, расположенной вне Круга Интеллекта.

— Не подойдёт. Так как это всего лишь усилит неприязнь. — Сухо отвергает предложение Легат. — Мы и увеличить уровень жизни низших групп не можем, так как это создаст эффект принижения ценности разума и его превосходства над физической, варварской работой.

— Да, Ваше Инфораршество. Примус-Администратор предлагает усилить влияния Церкви Макшины в нашем Домене и всё заполнить проповедью. Так же, установлена историческая информация, что в древнем государстве, имеющим несколько названий — Римское Царство, Римская Республика, Римская Империя власть, чтобы повысить лояльность народа, устраивала кровавые гладиаторские игрища.

— Так же не подойдёт. — Отвергает Легат. — Аналог такого развлечения уже существует. К тому же усиленная легальная поставка наркотиков, порнографии и дешёвого алкоголя пока держит в узде толпы деградировавших «А-8». Да и низкокачественная телевизионная продукция в виде низко интеллектуальных шоу и программ так же оказывает деградирующее и успокаивающее воздействие на мозг быдла.

Маритон и Анна встретились взглядом. Глаза обоих печальны и в тоже время выражают негодование. Пара осознала, что в эту секунду сошлись идейными взглядами и стали похожими душой. Девушка коснулась душой естества Маритона, поняв, что мужчина чувствовал всю жизнь, какую боль и негодование он нёс с собой. Голос Легата стал незначим, приглушён, пока двое человек наблюдали друг за другом. Они поняли друг друга, спустя столько времени…

— Я надеюсь, всё понятно, — чёрство заключил свою речь Легат. — А теперь я хочу вас спросить, зачем всё мы это делаем? Казни, убийства для веры и стабильности и очищение умных «зёрен» от тупых «плевел» — зачем?