Дар
Шрифт:
Зиберина вышла из-за ширмы, жестом поманив за собой разгоряченную ведьму, щеки которой пылали яркими алыми пятнами лихорадочного румянца, а глаза все еще хранили в глубине алые отсветы колдовского огня. Кианна, подавшая ей знак, устало пересела на невысокую оттоманку, подальше от неподвижно замершего старика, смотрящего на приближающихся женщин непонимающим взглядом, сияя нелепой улыбкой.
– Что ты с ним сделала?
– Поинтересовалась варгатка, указывая головой на старейшину, который начал медленно покачиваться из стороны в сторону.
– Ввела в своеобразный транс, - равнодушно пожала плечами Зиберина, опускаясь
– Напомни мне не ссориться с тобой, - невнятно пробурчала Хале, устраиваясь рядом с ней, не спуская цепкого взгляда с посоха, сжатого крепкой хваткой. Даже в таком состоянии старейшина не желал расставаться с ним, словно для него он был величайшей драгоценностью.
– Что вы сделали с источником?
– Она заметила, как после ее вопроса нервно вздрогнула Кианна, впиваясь ногтями в обивку оттоманки. Девушка с силой закусила губы, чтобы сдержаться от желания перебить ее. Что ж, Зиберина ей была за это благодарна, а ей еще представится шанс узнать обо всем, что ее интересует.
– Ничего, мы ничего не делаем. Мы лишь следуем заветам наших предков, - голос звучал отстраненно, словно говоривший думал об одном, а говорил совершенно другое.
– И что же они сделали для того, чтобы источник погиб?
– Создали стражей...
Кианна не выдержала и вскочила с места. Кинн, который до этого сидел на верхней ступени лестницы, скрытый от посторонних взглядов, быстро спустился вниз, останавливаясь рядом с сестрой. Девушка перевела на побледневшего мужчину несчастный и потерянный взгляд, безмолвно прося о помощи. Крепкие руки легли на ее плечи, словно Кинн уже пытался защитить ее от возможной опасности.
– Кто их создал?
– Совет магов, наши далекие предки. Они вкладывали в источник слишком много сил, не позволяя ему пересохнуть. Их магия уходила, поэтому они не могли уже должным образом защищать свою землю. Воины гибли в сражениях, племя становилось уязвимее с каждым днем. Тогда глава Совета предложил остальным старейшинам создать Стражей - бессмертных и неуязвимых воинов, наделенных огромной силой и могуществом.
– Почему выбор пал на них?
– Совет остановился на дюжине самых сильных воинов, но в живых остались только брат и сестра. Остальных мощная сила, проникшая в их тела, просто выпила.
– Совет магов пошел на убийство соплеменников ради создания могущественных воинов?
– Цель всегда оправдывает средства, - тонкие губы, испещренные морщинами, презрительно искривились в подобии улыбки, - что такое несколько жизней в сравнении с тысячами?
– Они обрекли этих людей, которые сейчас стоят перед вами, на вечные муки.
– Они наградили их великим даром. Бессмертие - о нем можно лишь мечтать. Но этот величайший подарок остался неоцененным...
– Я не стал бы возмущаться, если бы они сами прокляли себя таким образом, как сделали это с нами, - прошипел разъяренный Кинн, которого надежно удерживала на месте рука сестры, не позволяя ему броситься на старика, слепо вертящего головой из стороны в сторону, словно он пытался рассмотреть говорившего, но у него ничего не выходило.
– Как Стражи связаны
с гибелью источника?– Зиберина вспомнила слова санейра, сказанные им на прощание. Он говорил, что здесь ее ждет встреча с прошлым. И именно оно виновно в том, что происходит в Варгате сейчас.
– Мы?
– Кианна устремила на нее беспомощный взгляд, наполненный болью и затаенным страхом.
– Вода уходит из-за нас?
– Маги привязали жизни этих двоих к источнику, который издревле подпитывался могущественной магией. Ее было так много, что она с легкостью перенесла привязку, даже не заметив, что стала обеспечивать жизненной силой не только исток, но и Стражей. Эти воды даровали двум людям бессмертие.
– Такое вполне возможно, - вмешалась молчавшая до этого Хале, мрачно указывая на посох, все еще зажатый в левой руке старика, - они создали то, что маги называют замком. Это очень древняя и темная магия, о ней даже думать страшно, не то, что применять. Они заточили свои силы, исток и жизни Кинна и Киаанны в узкое пространство, ограниченное этим оазисом, заперев его с помощью магического ключа. Вот почему он так трепетно относится к этой деревяшке.
– Боится последствий?
– Предположила Зиберина.
– Он прекрасно о них осведомлен. Если ключ будет разрушен, все маги умрут.
– Что станет со Стражами, если мы откроем замок?
– Они вернутся к тому моменту, с которого все это началось. Бессмертие развеется, а освобожденная сила вернется в исток, чтобы продолжить питать его, как делала это всегда. Источник для нее всегда был приоритетным, ведь так хотел создатель этого оазиса. Маги лишь использовали ее, чтобы получить желаемое.
– Они умрут?
– Как и все смертные. Они проживут столько, сколько им отвела судьба, и отойдут в другой мир, как остальные. Но в их смерти магия уже не будет повинна.
– Мы снова станем людьми?
– Потрясенно выдохнула Кианна, не замечая, как с силой цепляется за брата, который, впрочем, тоже не замечал этого, слишком поглощенный разговором. Грудь Кинна тяжело вздымалась от волнения, его глаза лихорадочно сверкали.
– Да, у вас появится еще один шанс начать все сначала.
– Что станет с Советом?
– Да пусть они все передохнут, - зло выплюнул Кинн, недовольно косясь на сестру, - они это заслужили.
– Большинство просто лишатся магии, в наказание за содеянное. Сила не любит, когда ее используют в корыстных целях. Те из нас, кто с самого начала знал об этом заклятии, скорее всего, умрут. Сила просто выпьет их, чтобы восполнить истраченный запас...
– Почему-то мне нисколько не будет жаль никого из вас, - ядовито произнес Кинн, скорее выплевывая, чем произнося слова. Его сестра не разделяла его уверенности, но совершенно не сочувствовала магам, заслужившим наказания.
– Источник возродится после разрушения заклятия?
– Зиберина не хотела показывать свою боль Кианне или ее брату, прекрасно понимая, что они свой выбор уже сделали. И имеют на него полное право. Вот только невыносимо тяжело было сознавать, что люди, которых она потеряла сотни лет назад, а затем обрела вновь, скоро опять исчезнут из ее жизни. С другой стороны, она и сама отдала бы все, что у нее есть и было когда-то за то, чтобы вернуться к прежней жизни и снова стать той принцессой, беззаботной и беспечной, какой она была долгие годы назад.