Цветы для Риты
Шрифт:
— Ого, какие пламенные речи. Ладно, уговорил, с такой важной птицей и пива выпить приятно, — сказала неведомая и вышла из угла. Ярослав и Адам с любопытством уставились на нее, она — на них. Она была высокая, ростом почти с Адама, светлые волосы убраны в косу. Выглядела она совершенно как человек и одета была по-человечески: синяя кофточка, самую малость слишком легкая для здешней температуры, джинсы, кеды. — Только я так и не поняла, о чем ты собирался меня расспрашивать.
— Обо всем. Всегда ли этот этаж одинаковый, ты ли отвечаешь за то, где находится вход, что еще можешь, занимаешься ли здешней вентиляцией или оно тоже «само». Сколько этажей
— Стой-стой, подожди, я поняла! — девушка взяла у Ярослава банку пива, подошла к Адаму и села по-турецки рядом с ним. Откинула со лба светлую челку, улыбнулась. — Что смогу — расскажу, но давайте, может быть, сначала познакомимся? Меня зовут Алла.
— Очень приятно, Алла, — машинально сказал Ярослав. — Как нас зовут, ты наверняка уже знаешь. И кто же ты такая?
— Ну как кто? Хозяйка подземелья.
— Что, всего? — слегка обалдел Ярослав.
— Ну да, всего.
— А Он в курсе, что ты тут хозяйка?
— Ну, как тебе сказать… вряд ли он выразится такими словами, — между делом она успевала большими глотками прикладываться к банке и, кажется, весьма сожалела, что та уже заканчивается.
— Ага, значит, Он просто тебя приютил и дал тебе в распоряжение пару этажей. Или даже вовсе один. Так?
— Ты задаешь неправильные вопросы, Ярослав, — посерьезнела Алла. — Абсолютно неправильные, потому что обидные. Все-то тебе официальный статус подавай: кто кому подчиняется, что кому принадлежит… а Он никому не принадлежит, кто возьмет, того и место.
— Он тоже так считает?
— По-прежнему неправильный вопрос, — вздохнула она. — Ладно, раз так, смотри сюда, чего покажу!
Алла смяла опустевшую банку, подкинула ее в воздух — та пропала прямо в полете, — развела руки, и перед ней вырос небольшой, но совершенно невыносимый, ослепительный шар света. Уже почти потеряв сознание от его сияния, Ярослав подумал, что совершенно зря он переживал насчет не взятой с собой каски. Ничем бы каска ему не помогла на нижних этажах. Ничем. Абсолютно.
Адам сам не ожидал от себя такой прыти. Сказывался, видимо, отработанный при сотрудничестве с Ним навык делать то, что нужно, даже если вообще не понимаешь, что происходит. А если не знаешь, что нужно, делать хоть что-нибудь. Ослепительного света Адаму почти не досталось: девица сидела к нему вполоборота, почти спиной, и ее тело закрывало ему часть обзора. Так что в обмороки падать ему было не с чего. Увидев, как Ярослав начал как-то медленно и плавно, будто не по-настоящему, оседать на пол, он быстро огляделся. От идеи трогать Эту руками он отказался сразу, мало ли какие у нее еще припасены сюрпризы. Оценив диспозицию (все это заняло, наверное, секунду, ну, может, две), он рассудил, что если Эта прикончит Ярослава, то будет уже совершенно все равно, есть ли выход с этажа или его нет, а значит, торчать в проходе больше не нужно. Одним прыжком он переместился из дверного проема к рюкзаку Ярослава, нащупал в нем — слава богам — отвертку, вернулся к крайне занятой ослеплением Ярослава Алле и всадил отвертку — собственно, куда попало. Куда-то в шею сзади. Ослепительный шар погас, сияние прекратилось.
— А неплохо, — задумчиво сказала Алла. — По крайней мере, хотя бы один из вас двоих не так уж уныл.
— Ошибаешься, — выдохнул Адам. — Я — унылее некуда. А теперь объясняй, что ты с ним сделала. Ты в курсе, что Ярослав, вообще-то, представляет здесь Его? Ты что, приблудная какая-то, тварь, о которой Он не в курсе?
— Сам
ты тварь! — огрызнулась Алла. Адам с невесть откуда взявшимся садизмом провернул отвертку в ее шее. Она даже не шелохнулась. — Ну ладно тебе, что ты так сердишься? Не убиваю я его. Просто мне было лень отвечать на его вопросы, а пиво я уже выпила. Полежит полчасика — оклемается.— Не устраивает, — отрезал Адам. — Мы и так уйму времени потеряли на этом этаже, еще и пивом тебя, дрянь, поили. Приводи его в чувство прямо сейчас.
— А не то что? — с любопытством уточнила она.
— Не знаю пока. Но у Ярослава в рюкзаке еще молоток есть и канцелярский нож. Это как минимум.
— А ты начинаешь мне нравиться! Ладно, отпускай меня, так и быть, приведу твоего друга в порядок. Только ради тебя и твоей галантности, имей в виду.
— Ага, сейчас, уже прямо взял и отпустил, — проворчал он. — Вот прямо так и иди к нему, вставай и со мной синхронно, раз-два.
— Три-четыре, ага, сейчас, уже взяла и пошла! — Адам не слишком нежно ткнул ее коленом в спину, отдачей по отвертке ощущая, как ее мотнуло туда-сюда. — Хм, а может, и пойду. Слушай, а ты его телохранитель, что ли?
— Нет, я его друг, — объяснил Адам и сам охренел. С дружбой у него как-то не очень срасталось, а Ярослава он знал меньше месяца, ну плюс недельку заочно. И тут вдруг такое выдал. Сам, никто не заставлял. Вот ни пса ж себе, а. Стрессовые ситуации — они такие.
— А, тогда понятно, — глубокомысленно выдала Алла, будто бы это все объясняло. Потом подалась вперед — Адам еле успел за ней с отверткой вместе, — оттолкнулась руками от пола, встала и действительно пошла к Ярославу. Дошла, легонько дотронулась до него ногой. — Слушай, а ты в курсе, что в нем сейчас намешано энергий от человека, духа места и суккуба? Ты уверен, что ему в этот коктейль нужна еще и я?
— Уверен, пока не докажешь обратное. Поэтому давай-ка начнем с начала, хозяюшка ты подземная. Ты кто?
— Кто-кто… дракон я, не видно, что ли?
— Не-а, не видно. Драконы — это драконы. Они выглядят как драконы и ведут себя как драконы, а не как… ты. И обитают они где повыше, а не в подземельях.
— Ой, какой ты эрудированный, это так мило! Ладно, уточню: я должна была умереть, чтобы родиться драконом. Но мы обе — я и дракон — решили, что хотим оставить все как есть. Я сбежала от ангела смерти, и в назначенный час ничего не случилось: я не умерла, дракон не родился, а я стала… ну, кем-то стала.
— И этот кто-то теперь шарится тайком по подземным этажам? Дай угадаю: прячется от ангела смерти?
— Примерно так, — кивнула Алла.
— Ты не заговаривай мне зубы, кстати. Приводи Ярослава в чувство. И сколько лет ты тут торчишь?
— А у меня, ты думаешь, календарь есть? — огрызнулась она, опускаясь на колени перед Ярославом. Адам снова чуть не упустил ее с «крючка» своей отвертки, еле успел за ее движением. — Какой сейчас год-то?
— Девятнадцатый.
— А месяц?
— Ноябрь.
— Число из тебя клещами вытягивать надо?
— Что-то я не вижу, чтобы Ярослав очнулся. Мне надо взять те самые клещи, чтобы ты сделала, что надо?
— Да ну, перестань, ничего ты мне не сделаешь, — сказала Алла, но все же склонилась над Ярославом. Адам ощутил серьезную потребность вынуть из нее отвертку и всадить на этот раз ей в голову, но побоялся отвлечь от процесса. — Ну вот и всё, непонятно, чего было столько шуметь.
Алла шумно отряхнула ладони. Ярослав вздрогнул от звука и открыл глаза. Адам вынул из Аллы отвертку.