Чужой
Шрифт:
— Впечатляет, — нейтральным тоном прокомментировал он. — У нас их здесь не очень много.
— Будет больше, — уверил я его. — Они постепенно передвигаются к людям. Технику безопасности требуется соблюдать.
— Это какую?
— Расскажу по дороге, если слушать не лень.
— Брэд, — кивнул он в сторону дороги, на которой показался дальний свет какой-то машины, едущей пока вдалеке. Ну да, кому еще здесь кататься, в пустоте и темноте?
Вскоре свет приблизился, заодно и звук мощного дизеля прорезался, а затем на площадку перед ангаром заехал еще один «стейк бед», только заметно больше и длиннее нашего. Машина остановилась, скрипнув тормозами, на нас пахнуло запахами
Они с Джо обменялись рукопожатиями и хлопками по плечу, затем мужик протянул крепкую как доска ладонь мне, представившись:
— Брэд. Как дела?
— Влад. Как дела?
Джо время тянуть не стал и сразу полез за руль, показав нашему попутчику увесистую военную рацию и сказав:
— Пятый канал.
Ну а я на пассажирское кресло забрался, буду отдыхать в дороге. «Интернешнл» Брэда тронулся с места и, развернувшись, выехал на дорогу, а наша машине, Грузовик с ощутимым усилием стронув с места прицеп с трактором, пошла следом.
— Далеко? — спросил я.
— Миль девяносто, не меньше. Пока в сторону Шеридана, а дальше он покажет дорогу.
— Далеко, если за сеном. Нет? — удивился я.
— Эпидемия началась раньше сезона заготовки, — мрачно ответил Джо. — Когда стало… тихо, как на кладбище, было уже поздно. На некоторых ранчо сено еще сохранилось, но мало.
— А скот вообще уцелел?
— Где как. Мы искали живых коров по фермам. Иногда находили, там, где их выпустили, но обычно было как в скотомогильнике. Да и выпущенных немного уцелело. Ты не поверишь — сразу появилось до черта волков. Их в Вайоминге уже век как не было, похоже, что пришли из Йеллоустона. Или чертовы защитники природы развели, этих идиотов здесь хватало, со всей страны ехали.
— На кой это им?
— «Видеть вольный бег этих прекрасных животных среди диких гор и лесов», — прозвучало это вроде витиеватого ругательства. — А вот видеть, скажем, олених, которым вырвали брюхо эти самые волки, но не добили, а олени от них отвыкли — этого они видеть не хотели. Да ладно, что теперь, — махнул он рукой. — В общем, волков стало как-то сразу много. Собаки одичали, их ведь мор не затронул. Еще трупоеды скотом не брезгуют. Думаю, поэтому сено здесь и сохранилось, бродячего скота не стало, Шеридан под боком, а там рассадник этой твари.
— Очень возможно, — согласился я.
— Кстати, ты мне что-то полезное обещал рассказать.
— Было такое, — я расстегнул куртку, потому что отопитель в кабине работал чуть ли не на полную мощность, и становилось жарковато. — В общем, ничего сложного: сначала появляется «мутное пятно», так? Оно вроде как рассадник, к нему лучше не приближаться. Но это только начало. Пятно словно бы чувствует где есть люди. Кстати, в последнее время нападения трупоедов в округе случались?
— Естественно, без них давно не обходится.
Ага, а я в кабине с окнами без решеток сплю, к слову. Да и вообще в домах вокруг решеток не видел. А в городе видел, кстати, насколько сейчас вспоминаю. Привык уже на все это внимания не обращать, вот и кажется натуральной частью пейзажа.
— В городе или вообще в округе? — уточнил я.
— В Баффало в основном.
— Часто?
— Не знаю… пару раз в месяц, наверное. Правда, в последнее время чаще стали нападать, Джош Симмонс на решетках на окна разбогател уже, — вроде как припомнил Джо. — А что, дальше еще чаще будет, ты это хочешь сказать?
— Дальше будет чаще, —
я покрутил ручку, чуть опустив боковое стекло, в кабину ворвался поток свежего прохладного воздуха. — Эти пятна — они как раковая опухоль, они начинают давать метастазы. Метастазы всегда тянутся к местам скопления людей. Ключ ко всему — темнота. Представь себе запертый подвал, в который не попадает ни луча света. Или гараж. Насколько я успел заметить, суток такой темноты достаточно, для того, чтобы там могло что-то зародиться…— Что именно?
— Тварь. Трупоед. Много трупоедов. Я сам был свидетелем, как в Гарден-Сити, Канзас, из такого запертого дома твари напали на людей в таком месте, которое всегда считалось безопасным.
Грузовики выехали на хайвэй, широкий и пустынный, свернув к северу. А я продолжал выкладывать все свои знания о проявлениях Тьмы, стараясь при этом особо не пророчествовать, а удерживать себя в рамках наиболее очевидного на настоящий момент. Потому что источником моих знаний, с моих же слов, было время, проведенное в одиночестве в Колорадо. Вроде как я там чуть ли не эксперименты ставил. Но вроде такая версия проскочила.
Рассвет между тем вступал в свои права. Небо становилось все светлее, оно было голубым, окаймленным розовым, огромное пурпурное солнце вставало из-за низких холмов. На западе из темноты проступили силуэты гор, сейчас темно-синие, словно бы вырезанные из бумаги и наклеенные на небесный свод. Легкий свежий ветерок колебал сухую траву на склонах пологих холмов, звук двигателя словно бы вяз в окружающей тишине, неспособный поколебать спокойствие природы.
— А красиво как, — сказал я, прервав свои объяснения.
— Это Вайоминг, парень, — ответил Джо так, словно вообще удивившись моему заявлению. Зачем говорить о том, что и так всем понятно?
Заговорила рация Джо, стоящая в заряднике на центральной консоли:
— Подъезжаем к Шеридану.
— Вижу, еще не ослеп, — ответил Джо, после чего уже ко мне обратился: — В Шеридане «мутное пятно», могут быть трупоеды, так что внимательно. И дверь заблокируй, а то со мной случай был: одна тварь за ручку так ловко ухватилась, что дверь распахнулась, и меня чуть наружу не выдернули.
— Я теперь всегда блокирую.
— Ну и правильно.
Опять рация:
— Уйдем на Восемьдесят Седьмое и проедем мимо аэропорта. Нам потом на Дэйтон.
Джо опять подхватил рацию из зарядника, сказал в нее:
— Годится, веди.
— Объедем город? — уточнил я.
— Хотя бы места с «пятнами».
— Понял.
Грузовики свернули сначала на узкое «шоссе-перемычку», а потом выехали на другое, идущее параллельно большому хайвэю, постепенно от него удаляясь. Справа и слева мелькнуло несколько опустевших ферм, а заодно я обратил внимание на то, как приблизились горы. И пейзаж малость изменился. Если справа так и были все те же холмы с сухой прошлогодней травой, то слева земля словно бы немного опустилась в длинную широкую низину, появилось много небольших рощиц. А за долиной начинались уже вполне настоящие предгорья.
Ни людей, ни машин видно не было, дорога так и оставалась совершенно пустой. В паре мест были видны остатки заторов, которые кто-то растолкал, но это и было единственным признаком людской активности. Из-за близости «мутных пятен» люди здесь уже не жили и бывали разве что проездом. Или на мародерке.
Проехав недолго, мы снова свернули налево, на совсем узкую асфальтированную дорогу, а потом опять направо, из чего я сделал вывод, что Брэд объезжает город «ступеньками», стараясь держать общий курс примерно на северо-запад, а самих дорог «ферма-рынок» здесь было достаточно, можно проехать.