Буря
Шрифт:
— Это Ятагарасу.
— Ятагарасу? — медленно повторила новое слово я.
— Это особая ворона, — сказал он. — Посланник Аматэрасу. Она первой явилась к императору Джимму. Она хотела добраться до тебя?
Я кивнула. Голова кружилась, а желудок сжался.
— Это хорошо или плохо?
Он вздохнул, пряча блокнот в сумку.
— Не знаю точно. Дай свой телефон.
Я передала ему кейтай, он принялся искать значение птицы.
— Тебе нужно обновить свой телефон, — заметила я. Не хотелось думать о плохом предзнаменовании. Он фыркнул.
— Мне нравится старый
Я не знала, что сказать. Я не знала, хорошее ли это решение, или это действие из прошлого века.
— Вот, — он указал на кандзи на экране. Я прищурилась, какое-то время пытаясь понять текст. — Ятагарасу — посланник Аматэрасу, — прочитал он. — Его появление означает, что исполняется воля небес, или что божества готовятся вмешаться в дела смертных. Значит, мы на верном пути.
— Или нет, — сказала я. — И Аматэрасу хочет нас исправить.
— Но у нас были сны о сокровищах, так ведь? Они нужны нам, какой бы ни была причина.
И я все поняла, словно в голове вспыхнул яркий свет.
— Джун! — сказала я. — Нам нужны сокровища, чтобы остановить его, Томо.
Он с замешательством взглянул на меня.
— Ты понимаешь, что снова назвала его Джуном?
— Я не это имела в виду, — сказал я. — Аматэрасу сказала, что сокровища его остановят, что Сусаноо не должен править Японией. Может, зеркало покажет ему правду.
— Уже показало, так ведь? И начался этот беспорядок.
Я прикусила губу, думая.
— Может, оно наполнит тебя силой, чтобы ты мог его остановить. Или камень наделен силой. И разве нельзя с помощью Кусанаги вырезать из него дух Сусаноо?
— Верно, — Томо сжал ладонь в кулак. — С Саншу но Джинги мы победим в дурацкой войне Ками еще до ее начала.
— Я поговорю с Дианой насчет Токио вечером, — сказала я. — Найду способ ее уговорить.
Томо кивнул, взяв меня за руки. Обычно он не делал так на людях, и его прикосновение заставило меня густо покраснеть.
— Мы покончим со всем этим, Кэти. Выход есть.
— Да, — сказала я. — Своими силами.
— Нет, — сказала Диана.
— Пожа-а-а-алуйста!
— Ты шутишь? — она прислонилась к стойке на кухне. — Я не отпущу тебя в Токио одну.
Я понимала, что она не согласится, но попытаться стоило.
— А если я поеду с другом?
Диана фыркнула.
— А чем не подхожу я, кстати?
— Не в том дело, — сказала я. — Все не так… Просто я нервничаю из-за встречи с отцом… Стивеном. Стой, мне называть его папой или Стивеном? Ой. Вот видишь? Я уже ничего не понимаю.
Диана повернулась и взяла сковороду со стейком, опустив его потом на мою тарелку.
— И потому я и должна быть с тобой, — сказала она. — Я не доверяю ему, после того как он бросил мою сестру и тебя. Я знаю, что все заслуживают второй шанс, но если он сломает твое сердце… — она вздохнула. — Я не хочу, чтобы тебе было больно, милая.
— Знаю, — сказала я, придерживая тарелку Дианы, пока она лопаточкой поднимала со сковороды свой стейк. Я поставила тарелки на наш маленький стол с негромким стуком. —
Но это я должна сделать сама, — я отодвинула стул и села, уткнувшись лицом в руки, поставив локти на стол.Диана приблизилась со стеклянной миской салата.
— Ладно. Если тебе это так важно, я, конечно, подожду, пока ты будешь со Стивеном. Но одну я тебя не отправлю.
— Хорошо, — согласилась я. — С другом?
Она улыбнулась, подняла палочки и устроила их в руке.
— Если мама Юки согласна, то соглашусь и я, — она хлопнула в ладоши перед собой, мы пожелали друг другу привычное итадакимас.
— Дело в том, — сказала я, пробуя салат, — что я хочу пригласить не Юки.
Диана смотрела на мою застывшую слишком широкую улыбку.
— Так это друг из парней?
Как она успела так хорошо меня узнать? Она училась очень быстро, хотя у нее и не было своих детей.
— Ты ведь говорила, что хочешь его узнать, да? Эта поездка лишь на один день.
— Встреча с твоим отцом важна, Кэти. Нельзя ли отложить это свидание до твоего возвращения?
Конечно, я не могла, мне нужно было найти Магатаму, нужна была помощь Томо.
— Не в свидании дело, — сказала я. — У него семья в Чиба, потому он не будет постоянно со мной и с па… Стивеном. Это будет скорее общая поездка на поезде, может, поужинаем втроем, как-то так.
Диана поджала губы, задумавшись.
— И его отец согласен? Я думала, что после разговора с директором… он был недоволен.
— Его отец знает, — быстро ответила я. Она взглянула на меня, и я старалась улыбаться убедительно. Я ведь не просила ни о чем таком. Нам нужно было пробраться во Дворец, а не в отель любви.
— Кэти, может, в другой раз? Я не думаю…
— Диана, — перебила ее я. — Томо очень важен для меня. И он тоже необычный, знаешь? Он тоже потерял маму. И он поможет. Думаю… думаю, если он будет со мной, то встретиться с отцом будет проще, — я не врала. Если я буду знать, что он неподалеку, я смогу найти в себе силы для встречи.
— Что ж, не вижу причины отказывать. Но никаких попыток пробраться на вершину Скайтри тауэр в романтических целях.
— Фу. То есть, фу, что ты говоришь об этом.
Диана рассмеялась, отламывая палочками кусочек стейка.
— Я ничего такого не планировала, — добавила я. — Эта поездка прояснит ситуацию с отцом, — и с Магатамой. — Это очень важно.
— Хорошо, — простонала Диана, помахав палочками. — Ты убедительна, как и твоя мама, ты знала? Я просто не могу отказать!
Я улыбнулась и поспешила доесть ужин. Я задвинула стул со скрипом и унесла тарелки к рукомойнику.
Отлично. Мы с Томо, наконец, хоть что-то узнаем.
В гостиной ожил телевизор.
— Только не еще один, — вздохнула Диана, я повернулась. Еще один якудза, в этот раз он был в тюрьме. Я застыла, не желая смотреть, но не в силах отвести взгляд.
Репортер протягивала микрофон представителю тюрьмы, что нервно поправлял очки на носу.
— Произошел ужасный несчастный случай, — сказал он. Снова поправил очки. — Сложно поверить, но он захлебнулся.
— Захлебнулся? — повторила репортер.