Чтение онлайн

Она доверчиво прижалась и кивнула, не сводя заплаканных глаз с экрана. В этот момент мы пролетали над обугленными развалинами большого города. Я глубоко вздохнул и спросил:

— Сезам, Санька находится в этой Вселенной или в какой-либо другой?

— Почему только «Санька»?! — возмутилась Сантик. — А мама?!

— Мы же договорились, — упрекнул я её. — Помолчи пока.

Браслет высветил надпись:

«Сканирование параллельных континуумов программой не предусмотрено».

— Твою мать! — не сдержался я.

— Что? Что он такое

сказал? — задрожала девочка.

— Ничего, — ответил я довольно грубо и тут же пожалел. — Потерпи немного. И не обижайся.

Пашка спросил:

— А что ж ему там доступно?

Я переадресовал вопрос браслету и получил ответ:

«Переход, защита, ограниченное телепортирование».

— Слава тебе, господи! — ощерился Пашка. — Это как же понимать? По частям, что ли? Ногу — можно, руку — нет?

Оказалось, что функция телепортации в параллельных мирах срабатывает, но не везде, «не на всём протяжении континуума», как выразился Сезам.

— А переход туда и обратно возможен везде? — спросил я

Оказалось, что «туда» — из любой точки нашей Вселенной, а вот возвращение обратно — проблематично: потребуется вернуться к точке перехода.

— Короче, где взял, туда и положи, — подытожил Пашка и сделал вывод: — Хреново!

— Дитя-то постыдись! — поморщился я.

— Да ладно! — отмахнулся он. — Это всё потом. Чё делать-то будем?

— Как «чего»? Организовывать спасательную экспедицию! — Краем глаза я заметил, как оживилась Сантик. — Ты-то как?

— Хм! — вздёрнул Пашка бровями. — Глупый вопрос! Куда ж без меня-то?

— И я пойду! — с готовностью отозвалась Сантик.

— А вот это — лишнее! — сразу отмёл Пашка все возражения. — Это тебе не поход на дискотеку! Без сопливых разберёмся! С моими посидишь, пока мы туда сходим.

— У-у! — нахмурилась она. — Так нечестно!

— Ещё как честно! — поддержал я Пашку. — Ты только глянь туда! — ткнул я пальцем в экран. Мы как раз проплывали над одной из «дырочек». — Там тебе не Дисней-Лэнд!

Праздника не получилось. Все сидели понурые и молчаливые. Переваривали новость. Детей, чтобы своей вознёй не мешали взрослой беседе, отправили в бассейн. Оттуда неслись их визги и писки. Однако Сантик не пожелала уходить.

Помогай первым нарушил молчание:

— Моя не понимай.

— Что именно? — отозвался я.

— Почему тот женчин Санька забирай? Твоя сказал: «Моя поломай родина женчин». А почему забирай Санька? Почему забирай самка… подруга для Санька? Почему твоя не забирай?

— Тут и понимать нечего, — сказал Пашка и осторожно положил руку мне на плечо: — Его — попробуй тронь! Браслет кишки выпустит. Вот они и решили действовать обходными путями. Методом давления. Они знают, что Вовчик за друзей — в огонь и в воду! Вот и взяли Саньку с его благоверной в заложники. В качестве приманки.

— А Вовка-то им зачем?! — вспыхнула Настя. — Кто-нибудь мне внятно это объяснит?!

— Ну!.. —

безнадёжно махнул Пашка. — Тут у Вовчика своя теория. Я уж объяснял, чего он там себе понавыдумывал…

— А откуда вообще известно, что гибель той планеты на его совести? — спросила Пашкина Наталья.

— Вот и я об том же! — подскочил Пашка и стал туда-сюда маячить перед нами. — Ты бы хоть для порядку сперва у своего всезнайки спросил, так это, или не так? А то взял моду — чуть что: «Моя вина!» Честь, ум и совесть, понимаешь!

— Я уже спрашивал, — спокойно ответил я.

— Ну и чё? — остановился он передо мною.

— Всё так и есть.

— А ты, случаем, не врёшь? Для поддержки, так сказать, своей теории?

— Какой смысл ему врать? — открыл рот молчавший до сих пор Игорь. — Можно подумать — честь великая!

— А с него станется! — уверенно сказал Пашка, наливая себе из графина какую-то красную жидкость. — Когда Вовчик скорбит, Фёдор Михалыч отдыхает!

Помогай внимательно прислушивался к нашей перебранке, мало чего в ней разбирая. Наконец, горестно вздохнул:

— Моя не понимай…

— Чего твоя опять «не понимай»? — булькнул Пашка, одним махом осушив стакан.

— Зачом наша не ходи на Санька? Зачом сиди? Зачом много говори? Делай надо!

— Вот светлая голова! — хохотнул Пашка и передразнил: — «Делай»! А как «делай», твоя знает?

— Моя такая знай: наша надо ходи! — настойчиво и серьёзно повторил Помогай. — Наша ходи, потом смотри! Искай тама Санька!

— Эт' ты здесь, сидючи на диване, такой умный! — подошёл к нему Пашка, сунув руки в карманы. — А когда перед тобой раскинется целая искорёженная планета, где ты будешь Саньку искать? Браслетик-то — тю-тю! — там не помощник! Там у него нюх не фурычит! Что, будешь каждую трещину обнюхивать?

Но тот не принял шутливого тона:

— А твоя какая думай?

— Моя? — сощурился Пашка и, скривив рот, пожевал один ус. — Моя думай, что надо Вовчику ту мадам снова повидать, да с ней перебазарить. Так, мол, и так, вы нам — Саньку с супружницей, а мы вам — что? Чего, мол, изволите взамен? Не для экзекуции же они его выманивают? Раз пошли на такие хитрости, значит, не дураки, понимают, что им не светит на нём душеньку отвести. Он же у нас ни в огне не тонет, ни в воде не горит! — последние слова Пашка проговорил, обращаясь преимущественно к Насте.

Та судорожно вздохнула:

— А тогда зачем он им?

— Я ж и говорю: хай у той мадамы и поспрошает! Только следующего видения надо дождаться.

— Это что ж такое получается?! — вскипела Сантик. — Мама с дядь Сашей там погибают, а мы будем ждать у моря погоды?!

— Ты это… — поморщился Пашка, помахивая рукой: сиди, мол. — Пургу-то не гони. Ничего с ними не случилось. И не случится. Не для того их брали, чтоб на завтрак употребить. Понимаешь, они — заложники!

— Понимаю! — всхлипнула Сантик и тихо добавила: — Но заложников ведь тоже… убивают…