Чтение онлайн

— Заткнись.

— Да, мэм.

Его насмешливый тон говорит о том, что мы оба знаем, кто здесь главный, и это не я.

Я запускаю руки в его волосы и поворачиваю его голову так, чтобы я могла его поцеловать. Ронан издает низкий стон удовольствия и прижимается ко мне своим телом. Он наваливается на меня всем весом, и его эрекция упирается мне между раздвинутых ног. Мы целуемся до тех пор, пока у меня не начинает кружиться голова и я не начинаю извиваться под ним.

Он отрывается от моих губ и кусает меня за твердый сосок прямо через футболку.

— Без лифчика, —

довольно рычит Ронан. — Трусики?

Когда я всхлипываю, он снова прикусывает мой сосок, достаточно сильно, чтобы было больно. От удовольствия я выгибаюсь и вздрагиваю.

— Проверь сам, — задыхаясь, говорю я, чувствуя, как пульс отдается во всем теле.

Он принимает мой вызов. Задрав мою футболку, Ронан прокладывает дорожку из поцелуев от моего живота к пуговице на джинсах и зарывается носом в область под поясом. Затем расстегивает пуговицу и зубами тянет вниз молнию.

Наклонив голову, он глубоко вдыхает мой запах.

Ронан издает звук, похожий на рычание животного, – низкий гул, эхом отдающийся в его груди и моем тазу. По моей коже бегут мурашки. Соски покалывает. Становится трудно дышать. Когда он стягивает мои джинсы с бедер, я ахаю от неожиданности. У меня нет ни секунды, чтобы прийти в себя, прежде чем он засовывает лицо мне между ног и начинает меня лизать.

Скорее, пожирать. Жадно, как будто я его последний ужин.

Сжимая руками мои ягодицы, Ронан ласкает языком мой набухший клитор, пока я не начинаю стонать и извиваться, двигая бедрами навстречу его лицу. Он вводит в меня палец, и я зарываюсь руками в его густые мягкие волосы. Затем добавляется еще один палец, и я беспомощно вскрикиваю от удовольствия.

— Я никогда раньше этого не делал, — рычит Ронан, вводя и выводя свои толстые пальцы. — Мой рот на твоей сладкой киске. Я мечтал об этом много лет.

У меня перехватывает дыхание. В груди разливается боль. Я шире раздвигаю ноги и быстрее двигаю бедрами, прижимаясь к его губам и борясь с волной эмоций, захлестывающей меня.

Он посасывает мой клитор и тянется вверх, чтобы ущипнуть меня за упругий сосок. Я вздрагиваю и содрогаюсь всем телом, выкрикивая его имя. Ронан что-то бормочет, подбадривая меня, и тянет мой сосок, одновременно кружа свой ловким языком, снова и снова.

Я кончаю ему в рот, впиваюсь ногтями в его затылок и кричу.

Снаружи по небу прокатывается раскат грома, от которого дребезжат окна. Комнату на мгновение освещает вспышка молнии. Затем начинается дождь, который барабанит по стеклам, словно град пуль.

Я извиваюсь и дергаюсь на матрасе, а Ронан продолжает сладкую пытку своими губами и языком, пока я не превращаюсь в дрожащее месиво из содрогающихся конечностей. Я прерывисто дышу, отчаянно пытаясь смахнуть слезы, скапливающиеся в уголках глаз.

Все должно было быть не так.

Я не должна была ничего чувствовать. Это должно было лишь унять зуд, от которого я не могла избавиться, не более того.

Но, видимо, у моего семнадцатилетнего сердца долгая и крепкая память, потому что я чувствую то, чего не чувствовала уже много лет.

Уязвимость.

Смятение.

Страх.

Ронан

садится и снимает с меня ботинки. Отбросив их в сторону, он стягивает с меня джинсы. Они тоже летят на пол, а затем он срывает с меня остальную одежду, и я остаюсь обнаженной.

Устроившись между моих бедер, он страстно целует меня. Его кожа гладкая и обжигающе горячая. Вес его тела восхитителен. Волоски на его груди щекочут мои соски. Я обнимаю его за спину и вздыхаю.

— Если тебе нужно сказать, что ты безумно в меня влюблена, то я не против, — говорит Ронан мне на ухо.

— Тебе повезет, если ты выйдешь из этой комнаты живым.

Сдерживая смех, он прижимается губами к моей шее, запускает руку между ног, обхватывает свой член и вводит его между моих бедер.

— Готова?

— Боже правый. К тому времени, как мы закончим, мне будет сто лет. Просто сделай это уже!

Мощным толчком он входит в меня.

Выгибая спину и задыхаясь от удовольствия, я впиваюсь ногтями в его спину. Его смех звучит как сигнал к эйфории.

Ронан трахает меня короткими, жесткими толчками, пока я не начинаю бессвязно стонать и умолять его не останавливаться. Он, конечно же, так не делает, потому что поступать вопреки моим словам – это его конек. Ронан переворачивается на спину, обхватывает мои бедра руками и смотрит на меня сияющими глазами, его грудь быстро поднимается и опускается.

— Распусти свои волосы из этой чертовой косы.

Его голос звучит хрипло. Ноздри раздуваются. Он облизывает губы, как животное, собирающееся проглотить свой ужин.

Тяжело дыша, я улыбаюсь, потому что он беспомощен.

— Только потому, что ты так мило попросил.

Ронан с нескрываемым интересом наблюдает за тем, как я стягиваю резинку с конца косы. Я не тороплюсь распускать волосы, потому что вижу, что ожидание сводит его с ума. Когда я наконец освобождаю волосы, то провожу по ним руками и встряхиваю головой, позволяя волосам рассыпаться по плечам и спине.

Он молча смотрит на меня, его взгляд медленно скользит по моему телу, задерживаясь на груди, а затем опускается к животу. Он снова сжимает мои бедра, придавливая меня к себе.

— Ты такая красивая, — хрипло шепчет Ронан. — Черт возьми, Мэйвен. Посмотри на себя.

От обожания в его голосе у меня сжимается сердце. Я сглатываю и качаю головой, прикладывая палец к его губам, чтобы он замолчал. Если он продолжит в том же духе, я могу сделать что-то непростительное. Я скорее брошусь в океан и буду съедена акулами заживо, чем заплачу перед своим злейшим врагом.

Вот только «враги» – это уже не совсем подходящее слово для нас. А может никогда им и не было. Возможно, я просто хотела, чтобы это было так, чтобы я могла чувствовать, что защищаю себя, хотя на самом деле никакой защиты от него не было.

Он всегда был тем самым змеем с яблоком, а я всегда была Евой.

У нашей истории нет счастливого конца. Его и не может быть. Наша судьба была предначертана звездами задолго до нашего рождения.

— Перестань думать, — приказывает Ронан и входит в меня, отчего моя грудь подпрыгивает.